Виктор Линник -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Виктор Линник
Антон Осипов
Агроинвестор
июнь 2009
«В какой-то степени мы сами провоцируем рост цен на живок»
Сельское хозяйство — высокотехнологичная отрасль, требующая больших долгосрочных затрат, обучения персонала, развития генетики, инвестиций в строительство
Фото: Д. Абрамов

«Мираторг» вошел в кризис увереннее многих других крупных игроков агрорынка. У компании приемлемое — 4,5 — соотношение долга к EBITDA, по большинству долгосрочных кредитов еще 2−3 года будет grace-period. Холдинг успел запустить 10 комплексов на 1 млн товарных свиней и ввел перерабатывающий комплекс с бойней, где будет создавать добавленную стоимость, поставляя туда все свое сырье. В первом за этот год интервью президент холдинга Виктор Линник рассказал «Агроинвестору», каким бизнесом он занимался до «Мираторга», как в течение года увеличит выручку в 1,5 раза, почему агробизнес компании при 15%-ной доле в обороте генерирует 70% ее EBITDA, а также о том, что нынешний режим квотирования оптимален и его не следует менять.

— Как вы заработали первоначальный капитал?

— В 1991—1992 годах мы с братом Александром занимались туристическим бизнесом: встречали иностранцев, сами проводили экскурсии. Зарплата инженера тогда была 160 руб./мес., то есть $50−60, а в туризме мы могли зарабатывать по $100 В день. Кто-то тратил деньги на покупку квартиры или машины, а кто-то вкладывал их в бизнес. Мы выбрали второй вариант. Среди туристов, которые к нам приезжали, было много предпринимателей. С некоторыми из них мы активно общались, обсуждали варианты развития нашего рынка. Они же подкинули нам пару идей [как можно развить собственное дело], а видя хорошие рыночные перспективы России, еще и предоставили частичный товарный кредит. Мы добавили к этим средствам собственные и начали свой бизнес. Привезли из Голландии машину с сухим молоком и продали ее. В то время мы с братом всем занимались сами — от растаможки до дистрибуции. [Затем] стали возить в Россию, кроме сухого молока, другие продукты питания. Постепенно перешли исключительно на мясо.

— Чем сейчас занимаетесь кроме мясного импорта?

— Производством зерна, комбикормов, производством и переработкой мяса, хранением и транспортной логистикой.

— Как вы относитесь к новому порядку распределения квот? В 2009-м учитываются объем ввоза за 2005−2007 годы, то есть без предыдущего.

— Мы поддерживаем существующий механизм квотирования. Эта схема прозрачна и понятна всем игрокам. За четыре года она подтвердила свою эффективность. Показательно, что за все это время не было ни одного судебного решения, которое подтвердило бы нарушение прав кого-то из импортеров. Сейчас много самых разных предложений по изменению режима квотирования — и от переработчиков, и от импортеров. Есть даже предложение распределять квоты между отечественными производителями. В этом случае квота «Мираторга», конечно, увеличилась бы. Вопрос только в том, насколько производители смогут заниматься импортом, это же совершенно другой бизнес. И может получиться, что они, не справившись, будут перепродавать свою квоту другим компаниям. В результате пострадает потребитель: цены поползут вверх. К тому же ситуация на рынке окажется очень нестабильной. Поэтому я против таких принципиальных изменений режима квотирования.

Одно из главных преимуществ существующего режима — его прозрачность и постоянство, оно дает самое ценное для инвестора: уверенность в завтрашнем дне, знание, что правила игры не будут неожиданно переписаны, что не начнется новый передел рынка с судебными исками, скандалами и т. п. Это очень важно и для выстраивания взаимоотношений с банками. Пока об изменении принципа квотирования только говорят, а банки уже, обсуждая кредиты, интересуются, как импортер будет возвращать деньги, если его квота изменится. Так что сегодня особенно важно указать вектор дальнейшего развития, чтобы все участники рынка понимали, каким образом выстраивать свою стратегию в будущем.

— В этом году «Мираторг» намерен сократить импорт. Не опасаетесь, что из-за этого снизится квота компании на 2011 год?

— В этом году мы полностью выберем свою квоту, а сокращение импорта [в 2010 году] на 30% произойдет за счет отказа от сверхквотных поставок. Так «Мираторг» освободит место на рынке для свинины собственного производства. И мы, кстати, не думаем, что наша квота снизится. Это раньше импортеры действительно воевали за рынок, ввозя мясо сверх квоты, чтобы увеличить ее в будущем. В этом же году почти все откажутся от этой практики.

— Почему?

— Во-первых, из-за повышения ставки на внеквотный импорт свинины на 30−40%. Во-вторых, из-за резкого подорожания доллара.

— «Мираторг» занялся свиноводством благодаря введению квот?

— Это был основной фактор, который побудил нас начать инвестировать в сельское хозяйство. Мы поняли, что правительство перешло от обещаний к конкретным действиям по поддержке российского производителя. Чтобы скорее обеспечить замещение импорта и накормить население, оно начало с самого «быстрого» рынка — птицы, где от рождения до убоя проходит всего 42 дня. Следующим этапом стало развитие свиноводства, где производственный цикл занимает шесть месяцев. Затем, как я понимаю, будет КРС.

— Какова рыночная доля холдинга?

— По импорту мяса — 10−15%. Собственное производство свинины рассчитано на 120−130 т бескостного мяса, или 160−170 тыс. т мяса свинины на кости, в год. То есть на этом рынке у нас лидирующее положение.

— А поголовье свиней у холдинга большое?

— Сейчас у нас 10 свинокомплексов в Белгородской области. В каждом примерно по 5,3 тыс. маток. В этом году наши комплексы произведут 1,15 млн животных.

— Вы планируете отказаться от ввоза свиней, перейдя на свою генетику?

— Сейчас у нас на каждом свинокомплексе порядка 10% свиноматок чистопородных линий, которых мы привезли из-за рубежа. Будем и дальше сотрудничать с мировыми лидерами в сфере генетики: Hermitage (Ирландия), Danbred (Дания) и PIC (Англия). Это необходимо для постоянного повышения эффективности. Например, в этом году мы ставим цель получить от одной свиноматки 23 поросенка на убой. Этот показатель превосходит средний в США и Канаде, но уступает европейским. Через два-три года, думаю, уже будет по 24−25 товарных поросят от свиноматки. Без качественной генетики достичь таких результатов невозможно.

— Как будет дальше развиваться свиноводство «Мираторга»?

— К 2012−2013 годам построим еще 4 комплекса и будем получать 1,5−1,6 млн свиней в год. Таким образом, сможем на 60% обеспечить свой мясоперерабатывающий комплекс живком.

— Комплексы начнете строить в этом году?

— В 2010-м. Кризис вынуждает делать перерыв. Сейчас главная задача — вывести все проекты на полную мощность, снизить себестоимость производства и наладить сбыт.

— Начиная строить комплексы, вы говорили об окупаемости 5−6 лет. Потом из-за подорожания стройматериалов срок вырос до 7−8 лет. Сократился ли он сейчас?

— Стоимость строительства сильно не изменилась. А вот цена реализации живка выросла за полгода с 55 руб./кг с учетом НДС до 75−80 руб. При этом его себестоимость уменьшилась: подешевели зерновые и, как следствие, комбикорма. Год назад, если помните, зерно было 8−9 тыс. руб./т, сейчас — 2,5−3 тыс. руб./т. За счет этого производство живка стало рентабельнее. Так что на сегодняшний день окупаемость может составлять даже 4−5 лет. Однако никто не говорит, что такая ситуация продлится вечно. Могут быть как провалы, так и подъемы. В результате получается, что в среднем свинокомплекс окупается за 7−8 лет.

— Какие еще факторы влияют на рост прибыльности живка?

— Например, запуск в начале этого года нашего мясоперерабатывающего комплекса, который в июле уже выйдет на проектную мощность. Не будь его, предложение на рынке было бы существенно больше, ведь мы бы поставили туда около 1 млн свиней. Теперь этот объем идет на наш завод. Получается, мы сами в какой-то степени провоцируем рост цен на живок. Но нам, как и всем агропроизводителям, этот рост объективно выгоден.

— Какова себестоимость килограмма свинины у «Мираторга»?

— Одна из самых низких: на 15−20% ниже, чем в среднем по стране.

— Каким сырьем планируется загружать новый мясокомплекс?

— Нужно 2 млн свиней в год. В этом используем 1 млн со своих комплексов. До июля-августа нам хватит живка, а потом будем закупать недостающий. В 2010 году вырастим 1,3 млн голов, еще 700 тыс. купим. Уже подписали рамочные контракты с аграриями Белгородской области и других ближайших регионов. Мы бы, конечно, могли построить комплекс меньшего размера и работать только со своим поголовьем. Сначала так и планировали — завод должен был иметь мощность 1 млн свиней. Однако потом поняли, что только на большом комплексе себестоимость убоя и первичной переработки минимальна. К примеру, при мощности в 2 млн она почти вдвое ниже, чем при 1 млн.

— Так надо было строить на 3 млн!

— На 3 млн голов нет живка. Получается замкнутый круг. С одной стороны, в России нет крупных боен и производители свинины не могут переработать свиней в высококачественное мясо для конечных потребителей. С другой, вы не можете построить крупный комплекс, потому что не хватает животных. Поэтому «Мираторг» начал с производства свинины, а чуть позже стал строить предприятия по убою, которое шло параллельно с увеличением объемов производства живка. К моменту, когда мы довели объем до 1 млн свиней/год, наш мясоперерабатывающий комплекс был готов.

— Какую продукцию будет выпускать завод?

— Отруба бескостные и на кости, мясные полуфабрикаты в потребительской упаковке, мясокостную муку, гемоглобин, плазму, кишечное сырье, технический жир и т. д. Всего более 170 наименований! То есть свинина перерабатывается почти полностью. Благодаря тому, что мы сами контролируем качество продукта на всех этапах производства, можем обеспечивать уникальный для России минимальный срок хранения охлажденной свинины — 21 день.

— Кому продаете мясо собственного производства?

— Рознице, food-сервису и мясопереработчикам. Наша цель — наращивать продажи охлажденной свинины по всем сбытовым каналам.

— Какова роль и доля в проекте бойни соинвестора — «АгроБелогорье»?

— В декабре 2008 года мы выкупили их долю 49% и сейчас владеем 100% акций комплекса.

— Комбикормовый завод «Мираторга» в Белгородской области на три года передан в управление голландской Trouw Nutrition. Довольны ли вы сотрудничеством?

— Да. Trouw Nutrition в полтора раза уменьшила стоимость оборудования завода, при этом увеличив расчетную мощность в два раза; предоставила свои рецепты и наладила их производство. Сегодня из десяти видов кормов, которые мы используем на своих свинокомплексах, девять мы производим сами. Голландцы также помогли оптимизировать трудовые затраты. На заводе и элеваторе работает около 100 человек. На любом аналогичном по мощности предприятии, построенном в советское время, штат — в 5 раз больше.

В общем, за полтора года сотрудничества мы многому научились, и в будущем будем управлять заводом самостоятельно. С октября 2008 года завод работает на полной мощности — 240 тыс. т в год.

— Зачем компании второй комбикормовый завод, строящийся в Прохоровском районе Белгородской области?

— С 2010 года нашим свинокомплексам будет нужно до 400 тыс. т комбикорма в год. Первый завод производит 240 тыс. т, второй будет делать еще 360 тыс. т ежегодно. Итого получается 600 тыс. т. Казалось бы, будет запас — 200 тыс. т. Но к 2012−2013 годам мы планируем построить в Белгородской области еще 3−4 комплекса на 5000 маток каждый. Вот тогда и потребуются дополнительные 150−160 тыс. т корма. Проект второго завода и элеватора на 100 тыс. т зерна уже готов. Надеюсь, в мае начнем строить, а через полтора года введем эти мощности.

— Сколько инвестируете в этот проект?

— Сейчас завершаем переговоры с с Центрально-Черноземным банком Сберегательного банка. Объем инвестиций — 1,96 млрд руб., из них 80% кредиты.

— Зерно тоже выращиваете сами?

— Да. Обрабатываем 50 тыс. га в Белгородской и 30 тыс. га в Брянской области. С этого года будем выращивать в основном фуражные сорта с высоким содержанием белка. Рассчитываем на рост производительности: сейчас получаем в среднем 50 ц/га, а будем до 60−70 ц/га. Хочу заметить, что наши зерновая компания и комбикормовый завод работают в рынке, то есть продают и покупают сырье там, где выгоднее. Например, в прошлом году наш комбикормовый завод работал на 50% на собственном зерне и на 50% — на покупном.

— Вы предпочитаете арендовать или покупать землю?

— Земля под всеми свинокомплексами и дистрибуторскими центрами находится в собственности компании. У зернового подразделения в Белгородской и Брянской областях есть как арендованные земли, так и собственные (их доля около 15%). Постепенно планируем выкупить все.

— Сейчас у «Мираторга» 80 тыс. га. Планируете расширяться?

— Пока хотим остановиться. Для нас главное — эффективно обрабатывать земли, которые есть, получая высокий урожай при минимальной себестоимости.

— А как же стопроцентное снабжение кормозаводов своим зерном?

— В этом году мы произведем почти 350 тыс. т зерна. В комбикорме оно занимает около 70%, остальное — премиксы и другие добавки. Так что для запланированного производства комбикорма в 600 тыс. т нам будет хватать собственного зерна.

— Какого баланса собственного производства и импорта Вы хотите достичь?

— По нашей стратегии соотношение должно быть минимум 50:50 с дальнейшим увеличением производства в РФ и импортозамещением. Такое соотношение позволяет значительно повысить стабильность и безопасность бизнеса.

— Какова сейчас доля агронаправления в выручке «Мираторга»?

— По прошлому году она незначительна: до 85% выручки принесла дистрибуция. Но эта обманчивая цифра. В 2008 году было введено несколько объектов, но не все начали продажи. Например, на новых свинокомплексах пока только идет откорм. Получается, что они формируют расходную часть, но еще не приносят дохода. В текущем году ситуация изменится, так что в этом смысле 2008 год был переходным. Однако и сейчас аграрное направление, занимая всего 15% в выручке, образует 72% EBITDA холдинга. А в импорте и дистрибуции у нас большие обороты, но минимальная рентабельность. В собственном же производстве все наоборот. В 2009 году его доля в выручке составит уже 25−40%. Планируемого прироста годовой выручки на 7 млрд руб. мы думаем достичь как раз за счет собственного производства.

— Расскажите о финансовых показателях холдинга на 2009 год.

— В 2008 году выручка «Мираторга» по МСФО увеличилась на 18% до 28 млрд руб. В 2009-м планируем 20−22%-ный рост. Его обеспечат проекты, запущенные в прошлом году: 5 свинокомплексов, бойня и дистрибуторский центр в Калининграде.

— А EBITDA?

— Около 5 млрд руб. (в 2008 году — 3,5 млрд руб). Соотношение долг/EBITDA будет 4,5. Это приемлемый уровень. Чистая прибыль по 2008 году составила более 1,5 млрд. Как и EBITDA, она вырастет в текущем году более чем в 1,5 раза.

— Какую долю в общей задолженности составляют ваши краткосрочные обязательства?

— 4,7 млрд руб. при общем объеме кредитов 22 млрд руб. Банки, с которыми мы работаем (Сбербанк и ВЭБ), готовы их рефинансировать. Большинство наших проектов (на 19 млрд руб.) профинансировано восьмилетними кредитами Центрально-Черноземного банка Сбербанка. По большинству долгосрочных еще действует grace-period, так что погашение [основного долга] начнется только через два-три года.

— Чем закончились переговоры по кредиту IFC на $70 млн?

— Сейчас завершаем оформление сделки. Условия и сумму пришлось пересмотреть из-за кризиса: планируем привлечь $30 млн на три года. Ставка пока обсуждается.

— Вы присматривались к птицеводству и мясному КРС. Что с этими планами?

— Мы обсуждали возможность покупки одного птицеводческого предприятия, но отказались из-за кризиса. Решили подождать год-два. Сейчас главное в ускоренном порядке вывести все наши производственные активы на проектные мощности, ведь так мы сможем снизить себестоимость и повысить рентабельность. Что касается КРС, то мы активно работаем над этим проектом, но без системной поддержки государства не будем его начинать.

— Что вы понимаете под системной поддержкой?

— Хорошо продуманный целостный комплекс дополнительных мер. В частности, это: увеличение в два раза сверхквотной ставки таможенной пошлины по говядине с увеличением размера квоты; отмена специальной ставки в 3 евро/кг для «высококачественной» говядины, которая позволяет ввозить без квот значительные объемы и дестабилизировать цены внутри страны; проектное финансирование под 12−15% с нулевой эффективной ставкой по кредитам.

— На какой стадии проект по КРС?

— Мы занимаемся им полтора года и уже есть основа для начала реализации проекта. Разработан бизнес-план, выбран регион — Брянская область, почти завешено оформление и приобретение земли в четырех районах. Их обрабатывает и приводит в порядок наша зерновая компания. В этом году начнем строить элеватор на 100 тыс. т зерна, локализуем места для строительства площадок откорма и бойни. К его подготовке были привлечены мировые лидеры в производстве мясного КРС из Австралии. Районы Брянской области были изучены их специалистами, и на основании полученных рекомендаций нами были проведены подготовительные работы.

В общем «Мираторг» сделал все для начала запуска проекта, но пока нет системной поддержки со стороны государства и нет финансирования, мы не начнем его реализовывать.

— С каким банком обсуждается финансирование?

— РСХБ принципиально готов нас финансировать. Проект потребует 12 млрд руб., из которых 9 млрд руб. — кредиты. Его окупаемость — 10−12 лет. Коэффициент залога у РСХБ - 0,5, то есть мы должны предоставить активы на 18 млрд руб., что почти нереально для любой российской компании. Поэтому надеемся на компромисс, устраивающий и РСХБ, и «Мираторг».

— Все ваши активы расположены в соседних областях. Свиноводство — в Белгородской области, КРС планируете под Брянском. Вертикальная интеграция внутри региона — это стратегия компании?

— Да. Благодаря тому, что все производство — от выращивания кормов до разделки туши — находится в одном регионе, мы существенно снижаем расходы на логистику и, соответственно, себестоимость. Работа в одном регионе также дает возможность обеспечить выполнение ветеринарных и санитарных требований и провести аттестацию предприятий, а значит, и региона для экспорта в другие страны.

— Планирует ли Мираторг в будущем стать экспортером?

— В будущем мы планируем стать поставщиками ЕС, Китая, Южной Кореи, Японии.

— В Азии выгоднее продавать, чем в России?

—  В Юго-Восточной Азии в связи с культурным и национальными особенностями потребитель готов платить значительно более высокую цену за некоторые продукты. Например, почки, мясо с головы, щековина, кишки, желудок, хвосты, уши пользуются там более высоким спросом, чему у нас. К тому же емкость азиатского рынка огромная. Только в Китае более 1,5 млрд человек, и их покупательская способность растет.

— Что компания делает, чтобы стать экспортером?

— Во-первых, необходимо получить ряд сертификатов соответствия нашего производства стандартам по качеству, анализа рисков и критических точек контроля производства, выполнения экологических требований (ISO-9001, ISO-22000 HACCP, ISO-22000 и ISO-14000). К октябрю этого года мы планируем получить вышеперечисленные сертификаты, на их основании и начнем работу по подготовке экспорта в конкретную страну.

Еще есть важные вопросы — санитарные и ветеринарные, которые мы не в состоянии решить самостоятельно. Сейчас есть сообщения о фактах обнаружения на юге России африканской чумы, поэтому шансов поставлять мясо в ЕС или другие страны в ближайшее время ни у нас, ни у кого-либо еще не будет. Но если правительство сможет локализовать болезнь, то в будущем можно будет провести санитарно-ветеринарную регионализацию страны: после проведения ряда мероприятий дать некоторым регионам статус свободных от опасных болезней и на основании этого обеспечить возможность безопасного экспорта. Особенно важно сейчас поддержать Россельхознадзор, который занимается решением вопросов.

— Еще один возможный канал сбыта — «Макдональдс». Как продвигаются переговоры с этой сетью?

— В данный момент продукция «Мираторга» проходит аттестацию. «МакДональдс» предъявляет высокие требования — даже жестче, чему у Евросоюза — к стандартам и качеству производимой продукции. Если все получится, то до 70% котлет для гамбургеров, потребляемых в России, будет производиться на нашем заводе в Калининграде.

— Будете ли выкупать долю в СП Sadia?

— Идут переговоры, и я воздержусь от комментариев.

— Как вы оцениваете перспективы консолидации мясной отрасли?

— Она будет в любом случае. Сельское хозяйство -высокотехнологичная отрасль, требующая больших долгосрочных затрат, обучения персонала, развития генетики, инвестиций в строительство. Развивая мелкотоварное производство, нельзя достичь низкой себестоимости свинины или любой другой сельхозпродукции. Это под силу только крупным холдингам. Именно поэтому, кстати, во всем мире развивается крупномасштабный индустриальный агробизнес. Россия должна идти по тому же пути, что страны-лидеры производства мяса. И кризис только ускорит процесс консолидации. Например, в свиноводстве останется порядка десяти крупных компаний.

— Зампред правительства Виктор Зубков считает, что в этом году объем производства в животноводстве может увеличиться на 600 тыс. т (10%), а к 2012 году мы полностью обеспечим себя мясом птицы и свининой. А вы как думаете?

— Говорить об этом нужно очень осторожно. Слишком многие факторы влияют на развитие животноводства. Во многом дальнейший рост производства зависит от того, продолжат ли банки финансировать проекты, которые уже на 50−90% реализованы. Если да, то положительная тенденция продолжится: прирост производства живой свинины будет и в 2009-м, и в 2010 году. Ведь проблема в том, что многие агрохолдинги частично финансировали долгосрочные проекты за счет привлечения краткосрочных кредитов или облигационных займов, рефинансировать которые необходимо каждый год. Если сейчас, в условиях кризиса, им не удастся это сделать, то многие крупные компании, которые занялись строительством свинокомплексов, птицеферм и мясопереработкой, начнут трещать по швам.

Еще один фактор — государство. Пока оно не перейдет от слов к реальной поддержке, сложно рассчитывать на хорошую динамику производства даже в 2010 году. Поэтому, когда Виктор Алексеевич говорит, что к 2012 году не будет никакой зависимости от импорта свинины и мяса птицы, нужно помнить: для этого всем, в том числе государству, нужно приложить огромные усилия. Важно, чтобы правила игры на рынке в это время, то есть минимум на ближайшие три года, мы понимали уже сейчас.

— У вас и брата есть бизнесы, кроме «Мираторга»?

— Нет. Этот бизнес занимает все наше время. Мы пытались инвестировать в разные направления. Но пришли к выводу, что когда сам лично не занимаешься бизнесом, не уделяешь ему достаточно времени, ни к чему хорошему это не приводит. У нас есть долгосрочная стратегия. И тратить время на другие проекты, где шансов меньше, чем в сфере, где мы профессионалы, думаю, не стоит.

— Успеваете отдыхать?

— Один-два раза в год уезжаю с семьей на неделю-две отдыхать в Европу, на Сейшелы, в Бразилию. Часто пытаюсь совмещать отдых и переговоры по бизнесу, тем более что с большинством партнеров у нас установились дружеские отношения.

Мираторг
Агропромышленный холдинг. Основан в 1995 г. Бизнес-направления — производство, переработка и импорт мяса, выращивание зерновых, производство комбикормов, транспортировка и логистика. Производственные мощности расположены в Белгородской и Брянской областях. Активы — 2 зерновые компании, элеватор, комбикормовый завод, 10 свинокомплексов, предприятие по убою и первичной обработке мяса, завод полуфабрикатов, логистическая компания, 3 дистрибуторских центра.
Объем освоенных инвестиций — более 25 млрд руб. Выручка по МСФО в 2008 г. — 28 млрд руб., EBITDA — 3,49 млрд руб. Основные владельцы — Виктор и Александр Линники.
Виктор Линник
Президент агрохолдинга «Мираторг»
Родился 28 октября 1967 г. в Москве. В 1987 г. закончил МИИГАИК, специальность — инженер. В 1989 по 1992 г. работал инженером-конструктором в ИВТ «Особое конструкторское бюро» АН СССР и на малом предприятии «Плазменные процессы» (Москва). С 1992 по 1995 г. занимался туристическим бизнесом, затем трейдингом FMCG-товаров. В 1995 г. учредил с братом Александром Линником компанию «Мираторг». С 2008 г. — президент АПХ «Мираторг».
Лауреат Национальной премии им. Петра Столыпина «Аграрная элита России» (2007 г., номинация «Агроуспех года»).
Женат, имеет дочь.
Не до быков
«Климат Канады и США похож на российский, и эти страны успешно конкурируют на рынке говядины. В России тоже есть все условия для производства КРС, свинины и птицы. Нужно просто какое-то время поддерживать производителей, чтобы они создали большие вертикально-интегрированные холдинги, которые могли бы конкурировать с мировыми лидерами мясного производства. Но государство, с одной стороны, принимает программы поддержки мясного скотоводства, а с другой — до сих пор не создало стратегических условий инвестирования. Так что крупные игроки в этот сектор сейчас вряд ли пойдут».
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще