Не так спланировали

С 2006 года действует федеральная целевая программа «Сохранение и восстановление плодородия почв…», а в 2002—2005 годах работала аналогичная ФЦП — «Повышение плодородия почв…». Но ее выполнение было частичным. Например, в 2002—2005 годах рассчитывали внести 14,7 млн т минеральных удобрений в действующем веществе. Однако из текста новой программы следует, что фактический показатель был в два раза меньшим — 6 млн т. План на 2006−2010 годы тоже пересмотрели, сократив объем внесения агрохимии до 9,8 млн т (действующее вещество). Защитные лесополосы за время действия первой программы должны были появиться на 500 тыс. га, а на самом деле заняли только 45 тыс. га.
Новая программа, как и предыдущая, должна способствовать сохранению и рациональному использованию сельскохозяйственных земель. Для этого планируется орошать и осушать почвы, снижать кислотность, бороться с опустыниванием и выветриванием, проводить агрохимические обследования, увеличивать объем внесения минеральных удобрений. Научные исследования помогут усовершенствовать дождевальные машины, разработать современные технологии восстановления почв. В результате класс их пригодности, рассчитывают авторы программы, повысится на 0,5−1,5 разряда, будет предотвращено выбытие из сельхозоборота 5,55 млн га земель. Агропродукции станет больше на 100 млн т (в зерновых единицах — условном показателе для сопоставления разных продуктов растениеводства).

Владельцы агрокомпаний, сформировавшие земельные банки объемом в десятки и сотни тысяч гектаров, теперь думают, как минимизировать вложения в возделывание сельхозкультур и при этом получать максимальные урожаи. Эксперты советуют ресурсосберегающую обработку почв. Некоторые инвесторы уже работают по новым технологиям и замечают, что рентабельность в этом случае повышается на 15−20%. Правда, переход на них обходится в $1 млн/га.

Минсельхоз (МСХ) объявлял 2008 год «годом ресурсосберегающих технологий». За это время площадь земель, где они используются, увеличилась с 21,6 млн га до 26,8 млн га, сообщал в феврале Алексей Гордеев, бывший тогда министром сельского хозяйства. Наступивший 2009 год в аграрном ведомстве решили посвятить схожей теме, назвав его «годом российской пашни». Чиновникам действительно пора бы уделять пашне больше внимания.

Агроземли, по данным МСХ, занимают около 220 млн га. Как выяснилось после подведения итогов Всероссийской сельхозпереписи, из них 40 млн га не используются, в том числе 13,9 млн га являются залежными.

Оправданное снижение «В конце 1980-х годов в России распахивали почти 115 млн га, а сейчас в обороте менее 80 млн га», — сравнивает Андрей Сизов, исполнительный директор центра «СовЭкон». Правда, посевы зерновых и масличных в последние несколько лет увеличиваются, но многолетние насаждения и пастбища занимают все меньшие площади, замечает он. В советское время использовались экстенсивные технологии обработки почвы, так что были задействованы избыточные площади, объясняет Иван Стариков, научный руководитель Школы экономики земельного рынка АНХ. Наиболее распространенный порядок работы включал вспашку, несколько культиваций, боронование, предпосевное выравнивание, сев и прикатывание, напоминает Стариков. Мощность тракторов, глубина вспашки и ширина захвата плугов постоянно росли. Из-за этого верхний слой почвы становился рыхлым, и его уносило ветром. Эрозия охватила десятки миллионов гектаров, а содержание гумуса в лучших черноземах упало с 10−12% до 5−6%, рассказывает Стариков. Такая технология, которую до сих пор применяют в большинстве хозяйств, не только истощает почву, но и требует больших затрат на ГСМ и рабочую силу.

Чем заменить

Аграрии во всем мире переходят на ресурсосберегающие технологии, говорит Людмила Орлова, президент Национального фонда развития сберегающего земледелия. При безотвальной обработке землю рыхлят на глубину 10−15 см, а энергоемкий оборот почвенного пласта исключают. Для очистки полей от сорняков применяют гербициды. Так сельхозпроизводители экономят топливо и получают более хорошие условия для роста и развития растений по сравнению с традиционной технологией, объясняет Орлова. Следующий этап — mini-till (минимальная обработка): почву рыхлят на глубину, необходимую для заделки семян. Это даже меньше, чем для безотвальной технологии, уточняет Орлова. Mini-till сохраняет плодородие черноземов и помогает справиться с засухами, уверяет она. Но самый эффективный метод, доказывает Орлова, — no-till, или нулевая обработка, создающая условия для естественного формирования оптимальной структуры почвы. «В идеале» при no-till на нее вообще не воздействуют агромашины (исключение — работа сеялки), говорит Орлова.

По ее подсчетам, no-till сокращает трудозатраты в 4 раза, использование ГСМ и амортизацию — в 3 раза, повышает рентабельность растениеводства на 20%. Западные аграрии ценят эти преимущества. В Канаде и Австралии по no-till обрабатывают по 9 млн га, в Аргентине — 20 млн га, в США и Бразилии — по 23 млн га. «В России миллиона гектаров не наберется», — сокрушается Орлова. Неразвита и минимальная обработка, признает она.

Участники рынка пробуют использовать ресурсо-сбережение, но многие не получают обещанной экономии и отказываются от таких технологий. Чтобы иметь нужный результат, необходимо строго следовать технологии, замечает Орлова. «А у нас их изучают мало или бессистемно, — считает она, — [и применяют не полностью]: то нет денег на гербициды, то не хватает сеялки для прямого посева». Минимизация обработки в России чаще происходит не потому, что аграрии рассчитывают экономическую эффективность, а потому, что у них нет денег для покупки современных плугов, которые при ресурсосберегающих технологиях, как правило, не нужны.

Региональная разница

Тип подходящей ресурсосберегающей технологии зависит от зоны, в которой расположены земли, замечают эксперты: в степных районах используют бе-зотвальный, в Центральном Черноземье — отвальный метод. Карту нужно разрабатывать для каждого поля и индивидуально выбирать технологию, предлагает Стариков. Выбор способа обработки зависит даже от района и принятого в хозяйстве севооборота, добавляет Сизов. По его данным, в России чаще всего применяются пропашная и минимальная технологии.

Земли группы «Имтеп» — 25 тыс. га — в разных регионах: Воронежской, Нижегородской, Липецкой, Белгородской областях и Краснодарском крае. Поэтому приходится применять разные технологии, соглашается с экспертами Сергей Бигачев, коммерческий директор «Имтепа». Их выбор также зависит от севооборота, замечает он. Но радикально менять технологию необязательно. Продуманное чередование агрокультур (сахарной свеклы, подсолнечника, рапса, зерновых) позволяет отказаться от некоторых удобрений и уже за счет этого сэкономить 15−20% затрат, приводит пример Бигачев.

Способ обработки земли зависит от агроклиматической зоны, в которой она находится, соглашается Кирилл Подольский, гендиректор группы Valars. Его компания использует поверхностную обработку, уменьшая количество агротехнических операций. Для этого в хозяйствах холдинга меняют старую технику на импортные универсальные агрегаты. Они вспахивают, сеют, вносят удобрения, а комбайны не оставляют стерни. Сейчас Valars обрабатывает 340 тыс. га, из которых 220 тыс. га в Ростовской области, Ставропольском и Краснодарском краях, остальные на Украине. «Одни хозяйства уже приведены в полный порядок, другие в стадии модернизации [и смены технологий ведения растениеводства]", — говорит Подольский. Там, где техника обновлена и с управлением все в порядке, затраты, по его словам, ниже, а урожайность выше. В среднем на обработку гектара тратится минимум $300, оценивает Подольский.

К июлю 2010 года Valars расширит земельный банк до 450 тыс. га, продолжает он, и планирует увеличивать его на 100 тыс. га/год. Компания стремится покупать качественные земли, которые быстро дают максимальную урожайность, уточняет Подольский. «Мы уже не рассматриваем даже север Ростовской области, потому что плодородие почвы там начинает снижаться», — приводит он пример. По расчетам Подольского, средняя продуктивность озимой пшеницы на землях, которые могут заинтересовать группу, должна быть не менее 40 ц/га. Залежи, выпавшие из оборота, Valars не покупает и не арендует. Угодья, на которых не прекращались сельхозработы, находятся в лучшем состоянии и поэтому требуют не таких больших затрат, как залежные, говорит Подольский.

Оценили

Сократить затраты топлива на 33−35% по сравнению с классической обработкой земель удалось в прошлом году самарскому холдингу «СВ-Поволжское». Безотвальная обработка почвы и многофункциональные посевные комплексы, используемые в компании, помогают снизить прямой расход ГСМ на 30−40% до 25 л/га, подсчитал председатель совета директоров компании Алексей Гриншпун. Такая техника за один проход выполняет предпосевную обработку, сев, вносит гранулированные минудобрения и выполняет прикатывания. Кроме экономии денег это позволяет сохранить достаточно влаги в почве, предотвратить ее эрозию, радуется Гриншпун.

У «СВ-Поволжское» около 77 тыс. га, из них около 24 тыс. га в собственности, остальные земли — в аренде на 5−10 лет. Компания выращивает зерновые (пшеницу, ячмень, овес, гречиху, просо), многолетние и однолетние травы. В следующем году Гриншпун планирует добавить в севооборот кукурузу, чтобы усовершенствовать кормовую базу для собственного свинокомплекса и проекта откорма КРС.

Ресурсосберегающие технологии позволяют увеличить урожайность, не сомневается Гриншпун. Введя их, «СВ-Поволжское», как и Valars, рассчитывает на урожаи 40 ц/га. При этом рентабельность растениеводства должна повыситься на 20−30%. Себестоимость кормов снизится, благодаря чему вырастет конкурентоспособность мясного бизнеса, делает вывод Гриншпун. Будет ли применение новой технологии успешным, по его мнению, зависит от многих факторов. Так, нужно разработать зернопаровой севооборот, который позволит получить наибольший урожай, много значит переход на районированные интенсивные сорта семян, перечисляет глава «СВ-Поволжского». Он даже собирается создать собственное семеноводческое хозяйство на основе растениеводческого субхолдинга своей компании — «СВ-Агроинновации». Сезонную нагрузку на трактор, продолжает Гриншпун, следует довести до 7−8 тыс. га, на зерноуборочный комбайн — до 2,5−3 тыс. га.

По технологии no-till работают хозяйства группы «Юг Руси». Компания выращивает зерновые, масличные, кормовые агрокультуры на 200 тыс. га в Ростовской, Волгоградской областях и Краснодарском крае. При использовании минимальной технологии в некоторых территориях рентабельность увеличивается на 15−20% от исходной, утверждает советник президента «Юга Руси» Сергей Каменецкий. К тому же no-till позволяет собирать более высокие урожаи, замечает он, не уточняя цифр.

Придется потратиться

Переход на ресурсосбережение обходится недешево: на 1 тыс. га требуется до $1 млн инвестиций, подсчитывает Стариков из Школы экономики земельного рынка. Импортный трактор стоит $400 тыс., комбайн — $200 тыс., комплекс для посева и подготовки почвы — $150 тыс., опрыскиватель — около $30 тыс., $200 тыс. нужны для покупки семян и удобрений, говорит он. По опыту аграриев, можно обойтись меньшими затратами. К примеру, «Имтеп» за последние три года инвестировал в покупку техники до $4 млн. При этом земельный банк компании ежегодно увеличивается, например, в 2009 году он вырос на 4 тыс. га.

При классической технологии тратится до 15 тыс. руб./га, а ресурсосберегающая обходится в три раза дешевле, подсчитал Гриншпун из «СВ-Поволжское». Инвестиции в растениеводство, по его данным, начинают окупаться после третьего года с начала обработки. Холдинг вложил в это бизнес-направление «700−800 млн руб.», уточняет Гриншпун.

Высокая стоимость перехода на новые технологии сдерживает аграриев. Вводить no-till со следующего года собирались в липецком «Агрохолдинге АСТ», выращивающем зерно на 27 тыс. га. Чтобы заменить минимальную технологию, по которой компания работает уже три года, нулевой, нужно купить специальную технику, например, сеялку стоимостью более 5 млн руб. «Если цена на зерно в предстоящем сезоне упадет, с нулевой технологией придется повременить», — говорит Александр Кириченко, гендиректор «Агрохолдинга АСТ». — А при условии, что стоимость зерна останется хотя бы на прошлогоднем уровне, мы приобретем две сеялки и осенью обработаем часть земли по no-till». Одна сеялка, уточняет Кириченко, рассчитана на 1,5−2 тыс. га.