Не покупка, а инвестиция -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Не покупка, а инвестиция
Татьяна Кулистикова
Агроинвестор
февраль 2014
Как и в какую технику вкладывают участники агрорынка

Рост цен на агрокультуры в текущем сельхозсезоне увеличивает cash flow растениеводства и позволяет финансово устойчивым аграриям активнее вкладывать в самоходную технику. Все больше компаний рассматривают ее приобретение не как имиджевую (часто импульсивную) покупку, а как инвестиционное вложение. Это правильно, одобряют эксперты: техника — вторая после земель статья капитальных затрат.

Для растениеводческих предприятий инвестиции в технику являются второй по значению статьей капиталовложений после земельного банка, говорит ведущий аналитик Центра экономического прогнозирования «Газпромбанка» Дарья Снитко. При этом активность инвестиций, по словам директора ассоциации «Росагромаш» Евгения Корчевого, зависит от доходности сельхозпроизводителей, их бизнес-планов и перспектив. «Если у агрохолдинга есть уверенность в получении дохода, он может купить технику в кредит или взять в лизинг; если же [рыночные] перспективы негативны, то компания не будет вкладывать средства в ее обновление, даже если у нее есть деньги, — поясняет он. — У нас основным фактором доходности сельхозпроизводителей является цена на продукцию, тогда как за рубежом при плохой рыночной конъюнктуре доходность гарантирует государство: там нет сверхдоходов, но нет и убытков. Участники рынка стабильно работают с рентабельностью 20−25% и не зависят от волатильности цен».

В середине 2012-го года продажи техники в России упали до рекордного минимума за последние лет десять, делится Корчевой. Если бы не рост цен на зерно и последовавшее увеличение продаж, то по итогам 2012 года реализация сельхозмашин могла быть на 30−35% ниже, чем годом ранее.

Рациональный подход

Корчевой говорит, что инвестиции компаний в технику нельзя считать приоритетом: приобретя дорогие современные комбайны, но при этом сэкономив на семенах, удобрениях и средствах защиты растений, можно не получить расчетной прибыли и не окупить вложения. «Должна быть цель: снижение производственных затрат, повышение урожайности или рост реализации, — добавляет он. — Исходя из цели, нужно принимать решение об инвестициях». В целом по стране состояние технического парка отражает удручающую ситуацию с инвестициями в растениеводство: техника устаревшая, выработавшая амортизационные сроки, энергообеспеченность недостаточная (151,5 л. с./100 га по данным Минсельхоза), сетует директор «Росагромаша». По данным МСХ, на 1 января 2013 года количество тракторов со сроком эксплуатации до 3 лет составляло у сельхозпроизводителей менее 11% от общего, зерноуборочных комбайнов — было на уровне 15,5%.

В период формирования агрохолдингов был заметный приток инвестиций в техническую модернизацию — непрофильные игроки, приходя в сельское хозяйство, стремились полностью переоснастить производства. Но из-за недостаточной компетентности нередко закупали неподходящую технику — например, тракторам не хватало мощности для работы с прицепными агрегатами и парк долго приходилось совершенствовать. «Судя по динамике продаж, это увлечение прошло: инвесторы начали понимать, что при покупке техники нужно исходить из перечня возделываемых культур и технологии, а также учитывать имеющиеся машины, чтобы их можно было комбинировать с новыми, — замечает он. — Сейчас деньги на технику тратятся более взвешенно — учитывается экономическая эффективность вложений».

Тем не менее, по мнению гендиректора дилерской компании «Агро-Нова» Сергея Пеннера, многие агрохолдинги и теперь при выборе техники действуют «не совсем рационально» из-за не всегда достаточной квалификации специалистов, принимающих решение о выборе машин. «Конечно, с каждым годом ситуация улучшается, но подбору техники все еще уделяется много времени, а результат при этом не всегда соответствует затратам, — уверен он. — В Европе, если фермер приходит покупать трактор, он точно знает, что ему нужно. У нас же месяцами ведут переговоры с продавцами, пытаясь ликвидировать собственную безграмотность».

При компетентном подходе к инвестициям, выбирая самоходную технику, агрохолдинги обращают внимание на ее окупаемость. «Основания для расчета окупаемости — производительность машин и расход топлива, поскольку эти показатели дают представление о затратах на эксплуатацию и доходах, которые обеспечивает использование техники, — поясняет Дарья Снитко. — Но такой расчет может быть непростым, поскольку часть техники используется для работ на разных агрокультурах или ограниченное время». Снитко советует агрохолдингам обращать внимание на альтернативные покупке варианты: например, зерноуборочный комбайн может окупаться дольше, чем у предприятия горизонт планирования (более пяти лет), и тогда стоит рассмотреть аренду комбайна на период уборки либо лизинг.

При выборе самоходной техники нужно учитывать ее надежность, экономичность и, главное, влияние на себестоимость производства продукции, перечисляет Сергей Пеннер. Правда, на деле, по его словам, это бывает непросто, поскольку картину расчетов часто искажает государство, вводя или отменяя те или иные субсидии. Поэтому расчеты приходится корректировать. Корчевой добавляет, что у каждой компании-производителя техники есть методики, позволяющие рассчитать экономическую эффективность машин для конкретного хозяйства. «Конечно, инвестиции в современную технику дают определенный экономический эффект за счет снижения расходов на персонал в силу ее большей производительности (по сравнению с машинами, произведенными 20−30 лет назад), сокращения расходов на содержание, ремонт и т. д. Но всегда нужно сравнивать эффективность вложений [в разные модели техники]", — напоминает он. Важным критерием выбора самоходной техники является доступ к постпродажному обслуживанию, продолжает Дарья Снитко, поскольку в короткий период сельхозработ, когда она используется, простой из-за невозможности получить запчасти или обеспечить ремонт в кратчайшие сроки может сгенерировать убыток. «Поэтому некоторые хозяйства делают выбор в пользу техники, которую можно ремонтировать своими силами, другие выбирают популярных поставщиков с развитой сетью ремонтных центров», — рассуждает аналитик. Агрохолдинги сейчас действительно обращают внимание на сервис, подтверждает Пеннер, поскольку даже один день простоя трактора или комбайна может дорого обойтись.

Практический выбор

В оренбургском хозяйстве «Елань» (около 25 тыс. га) при выборе самоходной техники обращают внимание на ее надежность, доступность сервиса и цену, рассказывает гендиректор Алексей Орлов. «Стараемся ездить на выставки и заводы производителей, смотрим, какие машины работают у соседей, — делится он. — Мы инвестируем в сельхозпроизводство уже около 10 лет и за это время определили для себя самые подходящие марки: тракторы у нас в основном John Deere, комбайны — Claas и John Deere». В хозяйстве 15 импортных тракторов восьмого тягового класса и около 20 отечественных и белорусских машин мощностью 120−130 л. с., восемь зерноуборочных комбайнов. Энергообеспеченность, по его словам, недостаточная: несмотря на то, что в сезон тракторы работают почти круглосуточно, «Елань» вынуждена пользоваться услугами МТС.

Инвестиции в современную технику для компании важны еще и потому, что в регионе дефицит рабочей силы. «Если мы не будем покупать хорошую высокопроизводительную технику, то просто не сможем работать: парк старых машин требует квалифицированных ремонтников, а их нет, — поясняет Орлов. — К тому же мощный импортный трактор заменяет два отечественных — соответственно, нужен один механизатор. Если мы будем работать на старой технике, то экономическая эффективность производства будет очень низкой, если не нулевой».

В «РЗ Агро» (более 90 тыс. га в Ростовской области) при выборе самоходной техники тоже ориентируются на рынок кадров, а также на расход топлива, точность работы машин, цену и стоимость их обслуживания. «Главное — надежность: крайне важно не терять время из-за поломок, выполняя посев или уборку урожая в оптимальные агротехнические сроки, — говорит гендиректор компании Стефан Мак Фарлан. -- Не менее принципиален класс тракторов. Они должны подходить для используемых прицепных или навесных агрегатов. Ведь можно купить дорогую сеялку, а мощности трактора просто не хватит, чтобы задействовать ее. Взять мощный комбайн, который вы будет использовать лишь на 50% его возможностей — это тоже деньги на ветер».

По его словам, современная качественная техника дает определенные преимущества, но она может быть неоправданно дорогой и не всегда подходить конкретному сельхозпредприятию, в том числе из-за проблем с сервисным обслуживанием, высоких цен на запчасти и задержек их поставок. «Всем нравятся дорогие автомобили, — приводит пример Мак Фарлан. — Но если у вас плохой гараж и разбитые дороги, то, согласитесь, не слишком целесообразно покупать «Мерседес». Так же нет смысла ставить на комбайны дорогие спутниковые системы, если у вас проблемы с квалификацией сотрудников». Иногда лучше взять технику попроще, но ту, которая будет гарантированно работать в ваших условиях, резюмирует Мак Фарлан.

В «РЗ Агро» при обновлении парка машин ориентируются на свой опыт инвестирования и практику соседних хозяйств, оценивают уровень сервиса и то, могут ли инженеры холдинга самостоятельно обслуживать новую машину. В компании большой парк самоходной техники, включающий «Ростсельмаш», Buhler, John Deere, CLAAS, Case/New Holland. У каждого производителя свои достоинства, дипломатичен Мак Фарлан.

В ростовском «Валиноре» (230 тыс. га), напротив, отдают предпочтение только машинам CNH (New Holland) и John Deere, говорит директор компании Эдуард Курочкин. Хотя еще лет восемь назад, по его словам, в холдинге даже не думали, что будут работать на импортной технике. При выборе машин обращают внимание не только на цену, качество, производительность и расход топлива, но и на наработку до отказа.

При выборе самоходной техники оптимальным критерием является срок окупаемости, который минимизируется, если использовать высокопроизводительные и экономичные машины, говорит замгендиректора «ЭкоНива-АПК Холдинга» (138 тыс. га) Василий Лифанов. Как и многие другие участники рынка, компания делает такой выбор из-за нехватки квалифицированных механизаторов, постоянного повышения стоимости ГСМ, возрастающей нагрузки на машины в связи с увеличением посевов и списанием старой техники.

Лифанов замечает, что самоходная техника — основной «локомотив», который обеспечивает своевременное выполнение работ в растениеводстве, особенно при заготовке кормов, сборе зерновых и зернобобовых. В компании используется главным образом самоходная техника John Deere, дилером которой является «ЭкоНива-Техника», у которой с «ЭкоНивой-АПК» общие совладельцы. Это энергонасыщенные тракторы (344 машины, энергообеспеченность — 42 л. с/100 га), кормо- и зерноуборочные комбайны (61, средняя нагрузка — 679 га уборочной площади на единицу), самоходные косилки и опрыскиватели.

В алтайском холдинге «Алейскзернопродукт» пять хозяйств, пашня — около 65 тыс. га. С 2005 по 2009 годы компания активно инвестировала в обновление техники, почти полностью заменив машины. Осталось лишь несколько старых отечественных тракторов. Прежде чем покупать трактор или комбайн, в компании подбирают оптимальное решение по соотношению цены, качества и возможности максимальной эксплуатации — чтобы машины работали не один день в году, рассказывает руководитель сельскохозяйственного отдела Иван Поправка.

Поскольку «Алейскзернопродукт» использует широкозахватную посевную технику производительностью от 100 га за смену, приходится покупать тяжелые импортные трактора мощностью от 375 л. с. и выше, предпочтение отдается New Holland. Из комбайнов вполне устраивают «Доны» и «Полесье» пропускной способностью 12−14 кг/сек., говорит Поправка. «Некоторые уверены, что с урожайностью 12 ц/га нам не нужны «Доны» — можно использовать менее производительные комбайны, но у нас большие поля, так что слабая техника ни к чему, — делится он. — Мы проводим двухфазную уборку: делаем сдвоенный валок и обмолачиваем зерно не с 6−7 м, а с 14−15 м, тем самым обеспечивая оптимальную загрузку комбайна».

Вся импортная техника «Алейскзернопродукта» сосредототочена в собственной МТС для оптимизации обслуживания, эксплуатации и подбора кадров. «Конечно, балансовая стоимость импортной техники высокая, сервис дорогой, но она производительнее, надежнее отечественной и позволяет экономить на ГСМ, зарплате механизаторов и запчастях», — объясняет Поправка.

Региональные нюансы

Ученые выделяют в России до 11 абсолютно разных агрофонов (состояние почвы, влияющее на урожайность), поэтому при инвестировании в технику важно учитывать еще и зональность, напоминает Корчевой из «Росагромаша». Комбайн, который успешно работает на Кубани, может не очень хорошо показать себя в Сибири. Сергей Пеннер из «Агро-Новы» соглашается, что почвенно-климатический фактор имеет значение при выборе сельхозмашин. «Например, роторные комбайны очень эффективны при уборке кукурузы или подсолнечника, но севернее Воронежской или Липецкой областей никто их не сеет, а комбайны все равно покупают, считая их хорошими, — говорит он. — Но если он работает на влажной пшенице, то это не хороший, а очень плохой комбайн: расход топлива может быть в два раза больше, чем на правильно подобранной машине».Есть зональные машинно-испытательные станции, которые ежегодно в сезон полевых работ самостоятельно или по заказу производителей проводят испытания техники, говорит Корчевой. Цена ошибки при выборе техники, по его словам, велика, но в случае с самоходными машинами, в силу их универсальности, она все-таки меньше, чем при покупке и эксплуатации прицепного оборудования — тех же сеялок. «Можно купить сеялку, которая просто не будет работать на ваших почвах — это выброшенные деньги. А при ошибке с самоходной техникой вы получите потери: повышенные затраты на содержание, лишний расход ГСМ, недостаточная нагрузка или перегрузка и т. д.», — сравнивает он. Потери становятся особенно очевидными в кризисные сезоны, когда фактор эффективности техники может стать решающим. По словам Корчевого, современные комбайны позволяют убирать урожай почти в любых условиях: есть машины, которые спокойно работают по воде, могут очесом собрать сухое зерно. Но любые технологии требуют капиталовложений, что при неблагоприятной конъюнктуре может привести к серьезным издержкам.

Сельхозпроизводители не уверены, что важно учитывать региональные особенности при выборе техники. «Мы же не пашем и не убираем в горах, где действительно нужны специальные машины, — поясняет Курочкин из «Валинора». — Разделения, что этот трактор будет работать на наших почвах, а этот не будет, тоже нет». С ним соглашается Орлов из «Елани»: летом нет существенной разницы, где работает техника — в Калифорнии, Германии или России — климатические условия примерно одинаковы. Правда, поскольку тракторы в хозяйстве используют и зимой, то обращают внимание на возможность машин работать в морозы. В отличие от других участников рынка, «РЗ Агро» при выборе техники обязательно учитывает почвенно-климатические характеристики и севооборот. «Не то чтобы один и тот же трактор или комбайн совсем не могли работать в разных регионах, но везде различны агрокультуры, погода и почвы, — говорит Мак Фарлан. — Поэтому для большей эффективности производства техника должна быть адаптирована к конкретным условиям. Если машина не совсем правильно подобрана, то могут быть потери при уборке или высокие расходы ГСМ, а может не хватить мощности на тяжелых почвах».

Поскольку сельхозпредприятия «ЭкоНивы-АПК» расположены в разных почвенно-климатических зонах (ЦЧР, Калужской, Оренбургской, Тюменской и Новосибирской областях), компания тоже подбирает машины с учетом зональных особенностей. «Необоснованное применение классической (европейской) технологии в степной зоне (Оренбургская область) может привести к снижению урожайности на 30−50% и финансовым потерям», — приводит пример Лифанов.

Ежегодный апгрейд

Нормативный срок службы сельхозмашин обычно составляет 7−10 лет. После 10 лет расходы на содержание «катастрофически растут», говорит Корчевой, причем, если отремонтировать простые отечественные машины, выпущенные 20−30 лет назад, может любой слесарь, то поддерживать в рабочем состоянии десятилетнюю технику с автоматизированной системой управления и гидравликой намного сложнее и дороже. Динамика обновления машин зависит от экономики агропредприятий. «Холдинги первого эшелона, как правило, окупают самоходную технику за два-четыре года и продают, заменяя новой, — рассказывает эксперт. — Компании второго эшелона, обладающие более низкой доходностью, обычно берут машины на вторичном рынке или новые, но используют их по семь-восемь лет. Хозяйства третьего эшелона из-за нехватки финансирования часто не могут купить не то что новую, но и работоспособную подержанную технику, и там работают машины, выработавшие ресурс, морально и физически изношенные».

Сергей Пеннер из «Агро-Новы» считает, что обновлять парк техники необходимо в среднем один раз за пять-семь лет — тогда не будет лишних затрат на запчасти, увеличивающих себестоимость сельхозпродукции. «Капитальный ремонт подержанной зарубежной техники достаточно дорог, — соглашается Лифанов. — Кроме того, несвоевременность ремонта, например, отсутствие запчастей на складе в России, оснастки для проведения сложного ремонта приводят к простоям, срыву агротехнических сроков и потерям урожая».

В «Елани», по словам Орлова, ежегодно стараются покупать что-то новое, обновляя около 10% парка и вкладывая по 30−40 млн руб. Средний возраст новых машин компании — около четырех лет. Мак Фарлан из «РЗ Агро» считает нужным заменять 10−20% техники каждый год, оценивая затраты в $30/га. «Алейскзернопродукт» в прошлом году не купил ни одного комбайна, но обновил тракторный парк. По словам Ивана Поправки, комбайны, купленные в 2006—2007 годах, пока в нормальном состоянии, но уже выработали ресурс. В этом и следующем годах, возможно, придется покупать новые, думает он: «Главное, чтобы были урожай и деньги». «ЭкоНива-АПК» инвестирует в новую самоходную и прицепную технику каждый сезон — к примеру, в прошлом году вложено 488 млн руб. «Для минимизации затрат, — говорит Лифанов, -- необходимо продавать подержанную технику на вторичном рынке, только он в России, к сожалению, неразвит». Средний возраст тракторов в компании составляет пять лет, комбайнов — шесть лет. Однако из-за высокой загрузки (в пиковые периоды тракторы работают круглосуточно) 15% машин уже выработали свой ресурс, констатирует топ-менеджер.

Окупаемость вложений

По словам Дарьи Снитко из «Газпромбанка», вести расчеты сроков окупаемости сельскохозяйственной техники очень сложно. Например, затраты на обслуживание трактора распределяют по всем выращиваемым агрокультурам, поэтому при отклонениях от прогнозной урожайности будут отклонения в расчете окупаемости, причем каждый год они могут быть как лучше, так и хуже прогнозных значений. «Сократить срок окупаемости можно, планируя парк техники с учетом ее взаимодополняемости: например, при использовании самоходных машин (опрыскивателей, косилок, кормоуборочных комбайнов) сокращать количество тракторов в пользу более мощных, а при большом числе прицепной техники — задуматься об увеличении числа тракторов, но, возможно, менее энергонасыщенных, — советует аналитик. — В любом случае, инвестиционное планирование при покупке техники стоит начинать с анализа графика сезонных работ и оценки имеющегося парка».

По словам Пеннера из «Агро-Новы», на юге самоходные машины могут окупаться быстрее (за три-четыре года), чем на сервере (пять-семь лет), поскольку там можно возделывать больше агрокультур, а сроки посева и уборки длительнее. «Покупка дорогих машин предполагает серьезные начальные инвестиции, но окупается качественная техника лучше, чем простая и дешевая, которая чаще ломается, — рассуждает он. — Однако это не значит, что всем нужно покупать только мощные высокопроизводительные машины: если они будут работать вхолостую, то это неоправданные вложения. Любой производитель техники обычно выпускает машины с большим диапазоном мощности, так что всегда можно найти оптимальный вариант. Другое дело, что часто агрохолдинги вынуждены брать мощную технику, потому что некому работать».

Окупаемость инвестиций зависит от загруженности техники, снижения эксплуатационных затрат (зарплата, ГСМ, ремонт), повышения урожайности за счет сокращения агротехнических сроков выполнения полевых работ и других факторов, перечисляет Лифанов из «ЭкоНива-АПК»: «Чем интенсивнее используется машина, тем быстрее окупаются инвестиции».

В «Елани» самоходная техника окупается в среднем за пять лет, говорит Орлов, но бывают форс-мажоры. Например, один трактор в хозяйстве два сезона простаивал из-за серьезной поломки, что увеличило срок его окупаемости. «Вообще мощные машины окупаются в полтора-два раза быстрее менее производительной техники», — сравнивает он. Стефан Мак Фарлан из «РЗ Агро» не согласен, что инвестиции в мощную технику всегда возвращаются быстрее: иногда целесообразнее взять российский комбайн, и он справится — например, если урожайность в хозяйстве не очень высокая, то нет смысла рисковать, покупая дорогие машины. По его мнению, качество российской техники за последнее время существенно улучшилось. Самоходная техника у холдинга окупается за четыре-пять лет в зависимости от машины и региона ее эксплуатации.«Алейскзернопродукт» закладывает восьмилетнюю окупаемость комбайнов и 10-летнюю — тракторов, но они, как правило, окупаются за семь-восемь лет. «Если бы наши тракторы по качеству были равны импортным и при этом дешевле, то, конечно, мы бы покупали российские, — рассуждает Иван Поправка. — А вот комбайнов вполне хватает отечественных». Примерно раз в три года «Елань» «поддерживает отечественного производителя» — покупает российский трактор или комбайн. Но они, по словам Орлова, заметно уступают в качестве зарубежным машинам, хотя постепенно приближаются к ним по цене.

Сергей Пеннер соглашается, что если бы отечественные производители техники выпускали более надежные машины, то они пользовались бы не меньшим спросом, чем импортные. «Сейчас предпочтение отдается западной технике именно из-за ее надежности, а не производительности — по последнему показателю российские машины смотрятся как раз очень неплохо», — сравнивает он. Корчевой из «Росагромаша» вспоминает, что еще лет пять назад холдинги покупали самую дорогую технику «для имиджа», но когда собственники начали понимать, что это инвестиционный товар, они стали оценивать экономическую эффективность вложений, и теперь чаще отдают предпочтение отечественным машинам.

Рост производства зерна прямо связан с модернизацией техники и применением новых технологий, подчеркивает Мак Фарлан. «За последние 15 лет парк машин в России сократился более чем на 60%, процесс обновления/замещения — один из самых острых вопросов, — уверен он. —  Поэтому возможное введение [повышенных] пошлин на ввозимую импортную технику без реализации программы замещения импортируемых машин российскими снизит конкурентность рынка техники, доступность мощных и эффективных машин и, в конечном счете, будет значительно сдерживать рост производства зерна».

Евгений Корчевой, директор ассоциации «Росагромаш»
Сегодня в России нет мер господдержки, которые бы способствовали инвестициям в сельхозтехнику. Впрочем, когда у сельхозпроизводителя отсутствует уверенность в завтрашнем дне, его никакими мерами не заманишь купить технику. Но если эта уверенность появляется и при этом появляется доход, необходимы меры, которые позволили бы эффективно инвестировать в техмодернизацию. Во всем мире это субсидирование до 50% (а в некоторых странах — до 80%) стоимости машин, дешевые кредиты, льготные условия лизинга. Новая госпрограмма развития сельского хозяйства вместо субсидирования кредитных ставок на покупку техники предусматривает субсидии в 15% от стоимости машин, выплачиваемых производителям техники. Но механизм реализации этой меры еще не утвержден, поэтому продавать технику со скидкой сейчас невозможно.
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще