МХП пришел за маржой -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

МХП пришел за маржой
Татьяна Кулистикова
Агроинвестор
март 2014
Зачем украинскому холдингу агробизнес в России
Фото: pixmac/fotoimedia

«Мироновский хлебопродукт» — публичный холдинг с годовой выручкой $1,4 млрд — намерен вложить $20 млн в развитие российского агропредприятия, купленного в прошлом году за $50 млн у «Русгрэйна» Ивана Тырышкина. Это только начало: компания присматривается к другим активам в нашей стране. У холдинга в России серьезные намерения и неплохие шансы на успех, считают эксперты.
В июле 2013 года «Мироновский хлебопродукт» (МХП) закрыл сделку по покупке «Воронеж Агро Холдинга» — растениеводческого активах основанного Иваном Тырышкиным «Русгрэйн Холдинга». В конце января МХП сообщил, что за 2014 год планирует вложить в развитие российской компании $20 млн. Эти деньги нужны для покупки техники. Ранее холдинг уже приобрел для нее агротехники на $8,6 млн. У воронежского предприятия есть 40 тыс. га земли (60% — в собственности, 40% — в долгосрочной аренде) и два элеватора общей емкостью 200 тыс. т. «Актив очень хорошо структурирован, поэтому мы не намерены проводить дополнительных оптимизаций», — говорил председатель правления холдинга Юрий Косюк после заключения сделки. Ее сумма составила $50 млн, рассказывала порталу Latifundist.com руководитель отдела по работе с инвесторами МХП Анастасия Соботюк. Косюк говорит, что покупка — очередной шаг в реализации стратегии географической диверсификации. Через пять лет он видит МХП международной компанией с филиалами на Украине и в России. Холдинг активно присматривается к растениеводческим и перерабатывающим предприятиям в нашей стране, интересуют его и птицеводческие активы, писали украинские СМИ. На письменный запрос «Агроинвес­тора» МХП не ответил.

Интересная покупка

МХП давно рассматривал возможность приобретения аграрных активов в России, знает специалист департамента инвестиционного банкинга компании Pro Capital Investment (Украина) Сергей Парпуланский. По его словам, у холдинга серьезные намерения, связанные как со стратегией географической диверсификации, так и с необходимостью снижать торговые риски. Компания готовится к ситуации, когда Россия, реализующая политику замещения импорта, может ужесточить режим ввоза продукции, поясняет вице-президент по корпоративным финансам украинской инвесткомпании SP Advisors Олег Пронин. В начале февраля были приостановлены поставки бройлера с «Мироновской птицефабрики» МХП в страны Таможенного союза (ТС). На момент написания этой статьи их не возобновили. Госветслужба Украины прекратила сертификацию экспорта продукции этого предприятия: Россельхознадзор проинформировал ее, что в мясе птицы обнаружены антибиотики и вредные бактерии. Проблемы с его экспортом в Россию и Казахстан возникали у компании и раньше. По итогам 2013 года на ТС пришлось 45% экспортных поставок МХП. В этом году холдинг планировал снизить их долю до 28−30% и продать около 50 тыс. т мяса птицы, в том числе примерно 25 тыс. т — в Россию, сообщало информагентство УНИАН со ссылкой на Анастасию Соботюк. Теперь объемы, которые МХП хотел экспортировать в ТС, могут быть отправлены в страны Ближнего Востока и Африки. Однако российский рынок интересен компании. Он более емкий, чем украинский, поскольку покупательная способность российского населения на порядок выше, чем украинского, продолжает Пронин. «Экономика России продолжает развиваться. В прошлом году Всемирный банк присвоил ей статус страны с высоким уровнем доходов, — напоминает глава Украинской аграрной ассоциации Владимир Макар. — В 2014 году ВВП на душу населения Украины составит около $4 тыс., тогда как в России он достигнет $15 тыс. Компании здесь есть куда расти, и она достаточно амбициозна, чтобы побороться за этот рынок». К тому же, добавляет Макар, МХП добился максимальной доли украинского рынка мяса птицы (50% в натуральном выражении по итогам 2012 года), контролировать которую позволяет антимонопольное законодательство страны. Поэтому ему кажется логичным приобретение группой воронежского актива. «Мы готовы покупать компании в странах, куда сложно экспортировать и где возможен такой же быстрый рост, как в Украине», — говорил Косюк в 2012 году Forbes Украина. Географическая диверсификация в любом случае интересна собственнику для снижения рисков, думает независимый консультант по птицеводству Валентин Корыпаев. «Не исключено, что за счет бизнеса в России МХП получит возможность для развития производства на Украине: например, если в будущем станет поставлять оттуда для своих российских предприятий комбикорма или инкубационное яйцо», — предполагает он. Выбор региона экспертам тоже понятен. «По итогам 2013 года Воронежская область вошла в пятерку российских лидеров по объему собранных зерновых и масличных, — подчеркивает Пронин. — Приобретение активов в этом не засушливом черноземном регионе выглядит целесообразным с точки зрения компании, основным бизнесом которой является птицеводство и растениеводство». Регион географически близок к Украине, что удобно для контроля над активом, плюс там неплохие почвы, соглашается Макар. Воронежский регион близок к Украине не только территориально: климатические условия сопоставимы с Черкасской областью, сравнивает вице-президент инвесткомпании «Атон» Иван Николаев. «Насколько я понимаю, «Воронеж Агро Холдинг» — это два кластера, причем оба с инфраструктурой, техникой и элеваторами, — говорит он. — Земля обрабатывалась, то есть новый собственник мог сразу начать деятельность. Хороший финансовый ресурс, который обеспечивает высокая рентабельность МХП, и возможность привлекать деньги на западных рынках также помогут холдингу в развитии здесь агробизнеса». Угодья в Воронежской области недооценены, а значит, есть потенциал их капитализации. Стоимость частной сельхозземли в центре, на западе и на севере региона доходит до 25 тыс. руб./га. В южных и восточных районах они дешевле: там на песчаные земли даже за 10−12 тыс. руб./га трудно найти покупателя, рассказывает управляющий директор аудиторско-консалтинговой компании BEFL Владислав Новоселов. Он считает, что МХП купил в целом интересный актив: конкуренция за сельхозземли в центре Черноземья достаточно высокая, к тому же компания владеет не только участками, но и техникой, и элеваторами. «Немаловажно, что большая часть земли «Воронеж Агро Холдинга» — собственная. На украинском рынке такая покупка в принципе невозможна, поскольку агрокомпании не могут иметь землю в собственности, — поясняет он. — Объявленная цена тоже достаточно привлекательна для покупателя. Хотя не исключено, что вместе с активом МХП перешли его обязательства». Топ-менеджмент «Русгрейн Холдинга» был недоступен для комментариев.

Куда инвестировать

МХП не делает неожиданных приобретений, тем более на непрофильных товарных рынках, рассказывает Макар: «Поэтому не стоит ожидать от них приобретений, скажем, молочных ферм или кондитерского бизнеса». По его мнению, в перспективе холдинг будет расширять земельный банк, в том числе в России, наращивать производственные мощности птицеводства и, возможно, займется свиноводством. На начальном этапе МХП планирует стать заметным производителем зерновых и масличных в России, знает Пронин, и планирует расширение земельного банка в центрально-европейской части страны. Новоселов считает, что можно ожидать привлечения МХП к животноводческим проектам. Для воронежских властей это распространенная практика. Учитывая торговые препятствия со стороны России, скорее всего, МХП будет рассматривать покупку птицефабрики и перерабатывающих предприятий, предполагает Парпуланский. «Птицеводческие активы интересны МХП в силу специфики бизнеса. Исходя из стратегии компании, в ближайшие два года следует ждать новых приобретений холдингом агропредприятий в России», — делает вывод он. В России производство мяса бройлеров уже достаточно консолидировано, условия конкуренции жесткие, а импорта почти нет, и идут разговоры об экспорте мяса птицы, перечисляет Николаев. При этом, чтобы начать вывозить продукцию, нужно снижать издержки производства, чтобы быть конкурентоспособными на внешнем рынке. «Поскольку около 70% себестоимости мяса птицы приходится на корма, а у нас плодородная земля и хороший потенциал роста производства зерна — мы можем производить курятину дешевле, чем в Европе, — рассуждает Николаев. — В этом плане, если МХП решит заняться птицеводством в России, у них хорошие перспективы». Как вариант, МХП может начать и проект по производству мяса индейки или куриного яйца, добавляет он. Издержки производства мяса птицы у МХП ниже, чем у большинства наших предприятий, знает независимый бизнес-консультант Валентин Корыпаев. К тому же у компании есть опыт международной торговли. В 2012 году 15% продукции она реализовала на внешних рынках. «МХП продает курятину в арабских странах, конкурируя с США и Бразилией, поэтому выйти на российский рынок и успешно здесь работать — посильная задача для холдинга, — думает Корыпаев. — Потеснить небольших и менее эффективных производителей такой большой и опытной компании не составит труда». Даже если МХП начнет с проекта на уровне 40 тыс. т мяса в год, то все равно существенно повлияет на региональные рынки и заставит других игроков корректировать планы, уверен он. Если МХП поставит цель стать заметным игроком на рынке мяса птицы в России, достичь ее будет непросто, поскольку придется конкурировать с местными производителями, но за счет лучшей операционной эффективности это возможно, полагает Николаев. А вот для того, чтобы занять лидирующие позиции в сельхозпроизводстве, у холдинга пока недостаточный земельный банк в России, впрочем, никто не мешает им его наращивать, добавляет он. Строительство российского бизнеса с нуля не входит в стратегию холдинга, и на данный момент МХП рассматривает только возможность покупки, продолжает Парпуланский. «Наиболее органично в бизнес группы вписались бы, скажем, предприятия мясной промышленности и растениеводческие хозяйства», — считает он. «В последнее время МХП старается строить с нуля — к примеру, сейчас создает в Винницкой области один из самых больших птицекомплексов в мире мощностью 440 тыс. т курятины в год [будет полностью введен в 2015 году — «АИ"], — рассказывает Макар из Украинской аграрной ассоциации. — Однако если холдинг увидит интересное действующее предприятие, то, вполне возможно, приобретет его». Птицеводческий объект лучше создавать заново, советует Корыпаев: перестраивать и переделывать всегда сложнее, а на действующих комплексах могли быть допущены какие-то ошибки или реализованы неприемлемые для МХП решения. «Но многое зависит от цели, — оговаривает он. — Если холдинг захочет получить место на полке и долю рынка, то может поглотить компанию, у которой это место и доля есть, плюс построить небольшой комплекс. Если решит строить большое производство с нуля — придется отвоевывать рыночную долю». Косюк, похоже, не считает птицеводческие greenfield-проекты оптимальным решением. Строительство одной только первой очереди Винницкого птицекомплекса обошлось в $800 млн. «Комплекс получился очень дорогим. Поэтому дальнейшее развитие холдинга мы планируем осуществлять за счет покупок — как на европейском, так и на российском рынке», — говорил бизнесмен после закрытия сделки по покупке «Воронеж Агро Холдинга». При этом Иван Николаев из «Атона» не исключает, что МХП могут заинтересовать и проблемные активы, которых немало на российском рынке. «В нашем агробизнесе долгосрочные инвестпроекты нередко финансируют краткосрочными кредитами. Если на финансовых рынках возникают проблемы (как сейчас), долг могут не рефинансировать, компания столкнется с дефолтом», — рассказывает эксперт. По его мнению, такие активы вполне можно покупать. Другое дело, если предприятие неудачно расположено или мощности существенно изношены — брать подобные активы нецелесообразно. С приобретением новых активов в России холдинг не спешит, и сделок пока не анонсирует. МХП занят повышением эффективности и, в частности, рентабельности купленного предприятия, знает Парпуланский из Pro Capital Investment. «Цель — достичь доходности с гектара, близкой к той, которую мы имеем на Украине. Для этого необходимо около двух-трех лет», — говорила в январе Latifundist.com финдиректор МХП Виктория Капелюшная. Доходность растениеводческого комплекса МХП на Украине превышает $450/га по EBITDA. Для роста прибыльности российского актива компании придется как минимум увеличивать урожайность. По итогам 2012 года урожайность кукурузы у «Воронеж Агро Холдинга» была 7,4 т/га, подсолнечника — 2 т/га, пшеницы — 3 т/га. Показатели МХП, следует из отчета о финрезультатах за третий квартал 2013 года, выше: кукуруза — 9,4 т/га, подсолнечник — 3,7 т/га, пшеница — 5,5 т/га. Планируется 20−30-процентный рост урожайности на землях российского предприятия, говорила ранее Соботюк из МХП.

Риски и трудности

Главной проблемой, с которой МХП может столкнуться в России, Корыпаев считает местный протекционизм. «Думаю, крупные компании увидят опасность в приходе холдинга, и на местном уровне будут чинить препятствия», — предполагает он. Николаев говорит, что, если у МХП возникнут проблемы на Украине, российский проект станет последним приоритетом, поскольку пока он небольшой относительно всего бизнеса компании. Поэтому украинские страновые риски косвенно могут влиять на работу воронежского предприятия. Никуда не деться и от стандартных погодных рисков, а так же традиционного execution risk. «Если МХП будет экспортировать растениеводческую продукцию из России, то компания так же столкнется с проблемой логистики и нехватки инфраструктуры», — добавляет Николаев.
Парпуланский соглашается, что агробизнес России и Украины сталкивается с одинаковыми сложностями: нехватка кадров, административное влияние на бизнес, слабо развитая инфраструктура, снижение рентабельности, высокая стоимость финансирования и др. «МХП на Украине — абсолютный лидер по производству мяса птицы, один из крупнейших агрохолдингов. В России же компания вошла в новые условия большого рынка, где ей придется вести конкурентную борьбу», — комментирует он.
Владимир Макар из Украинской аграрной ассоциации говорит о политических и бизнес-рисках для МХП. «Даже при производстве товара в России (то есть без перевозки через границу) украинскую компанию могут обвинить в нарушениях фитосанитарных норм по политическим причинам: отношения наших стран сейчас не самые простые», — рассуждает эксперт. К бизнес-рискам он относит большую территорию России и сложную логистику.
Несмотря на возможные риски и трудности, инвестиционный климат в России все равно благоприятнее, указывают эксперты. На Украине политический кризис, тяжелая экономическая ситуация и высокий уровень коррупции, перечисляет Парпуланский. «Из Украины вышли почти все западноевропейские банковские группы», — говорит он. В России значительно меньше коррупции, соглашается Макар. Справки, сертификаты и другие разрешительные документы, которые на Украине без взятки не получишь, в России выдаются без вымогательства, приводит он пример.
Правда, в нашей стране тоже не все благополучно: если на Украину капитал не приходит, то у нас наблюдается его масштабный отток — более $60 млрд по итогам 2013 года. За последние пять лет, по данным ЦБ, из страны выведено больше $400 млрд. В этом году тренд сохранится, считает Парпуланский: по мере сворачивания программы количественного смягчения федрезервом США многие инвестфонды выводят средства из развивающихся стран.
Однако бизнес-среда в России привлекательнее, чем на Украине, признает он, связывая это с политической стабильностью и низкими рисками экономики страны. Николаев из «Атона» соглашается, что российский страновой риск меньше украинского, хотя на Украине больше ценят агросектор — он является основным источником валютной выручки. Но события, происходящие на Украине в последние годы и особенно месяцы, не добавляют стабильности, а у нас в ближайшие лет десять существенных изменений на властном уровне не предвидится, думает Корыпаев. «У нас более прозрачные правила игры, поэтому я вполне понимаю желание МХП диверсифицировать бизнес и иметь активы в России», — говорит он. В любом случае, в своей стране МХП сложно расти дальше, тем более что там нельзя иметь землю в собственности. «Россия выглядит привлекательнее: земля хорошая и относительно недорогая, к тому же ее много и не вся в обработке, — говорит Николаев. — С опытом игрока, владеющего передовыми технологиями, здесь можно хорошо зарабатывать, создавать стоимость». Это положительно скажется на котировках компании и отношении инвесторов к ней, заключает он.

Юрий Косюк: человек с $1,6 млрд
Косюк родился 27 мая 1968 года. Окончил школу с золотой медалью, затем — Киевский институт пищевой промышленности по специальности «инженер-технолог по переработке мяса и молока». В 1990 году пошел на тренинг по брокерству, хотя, по его словам, в то время понятия не имел, что такое товарная биржа. В детстве мечтал стать директором мясокомбината, и возможность реализовать амбиции увидел именно в работе брокером. Карьера складывалась удачно: он получал 25% от суммы, которую приносил компании и, учась на пятом курсе, за год смог купить себе две квартиры и две машины. В 1992 году Косюк решил осуществить мечту и купил за $100 тыс. мясокомбинат в родной для себя Черкасской области. Проект оказался убыточным, и его пришлось закрыть. «Я был производственником, но не бизнесменом, который умеет смотреть на вещи глазами потребителя», — признавал позже Косюк (цитаты в этом врезе — Forbes Украина).
В 1993 году он начал заниматься импортом мебели из Польши, затем — производством кухонь. Созданная им компания Roda до их пор остается одним из лидеров рынка. Правда, Косюку этот бизнес быстро надоел, и он оставил его партнеру, а сам занялся экспортом спирта и зерна.

К 1996 году в сферу интересов бизнесмена попал «Мироновский завод по производству круп и комбикормов». Затем он начал инвестировать в птицефабрику, которую выкупил в 1998 году. Постепенно Косюк отошел от зернового трейдинга и сконцентрировался на птицеводстве. «Торговля зерном у меня получалась, но морального удовольствия от того, что я всегда иду позади международных гигантов Louis Dreyfus, Alfred Toepfer, Cargill, конечно же, не было, — вспоминал Косюк. — Я привык быть первым, а на этом рынке добиться первенства было практически невозможно». При этом после заграничных поездок в 1999 году он понял, что Украина должна не импортировать, а экспортировать мясо птицы. Став теперь лидером в его производстве на Украине, Косюк планирует сделать МХП первым в Европе.

Вертикальная интеграция бизнеса МХП обеспечивает компании полный контроль за качеством и себестоимостью продукции. «Лучше углубляться и уходить вниз, чем расходиться поверху, — убежден Косюк. — В украинской индустрии есть много примеров, когда у человека двадцать бизнесов, и только два из них генерируют кэш». Именно поэтому он не выделяет производство молока, фруктов, говядины и разведение гусей (активы достались МХП вместе с сельхозземлями) в полноценные бизнесы.

Главный принцип Косюка, фактически ставший девизом компании — держать все под контролем. «У меня в жизни есть правило: хочешь сделать что? то хорошо — сделай это сам», — говорит он. Сейчас в холдинге более 20 предприятий, при этом у компании не было крупных поглощений. Косюк говорил, что даже те небольшие фабрики и аграрные компании, которые покупал МХП, требовали усилий — выстраивания менеджмента и налаживания бизнес-процессов. Главное для него — не только быть первым, но и хорошо зарабатывать. «Бежать нужно не за ростом, а за маржой, — любит говорить бизнесмен. — Здраво оценивайте свои возможности перед тем, как что? то съесть, иначе могут быть проблемы с перевариванием». По признанию Косюка, когда-то он «боялся земельного банка, как черт ладана». Но в 2003 году земли, полученные с птицефабрикой «Дружба народов» (13 тыс. га), показали хорошие результаты, и он понял, что это интересно. В ближайшем будущем МХП планирует расширить свои угодья до 450 тыс. га. Косюка считают трудоголиком и перфекционистом. Бизнес — его главное хобби. «МХП — мое самое большое личное достижение, с ним я абсолютно счастлив», — говорил он. В 2008 году Косюку присвоили звание Героя Украины. Его состояние украинский Forbes оценивает в $1,6 млрд — шестое место в рейтинге топ-100 богатейших предпринимателей страны.
Кто еще вошел
Недавние торговые эмбарго поставили многие украинские компании перед необходимостью развивать производства на территории своих ключевых рынков, говорит Парпуланский из Pro Capital Investment. «В 2011 году украинская Kernel за $60 млн приобрела компанию «Русские масла», которая владела тремя маслоэкстракционными заводами в Краснодарском и Ставропольском краях общей мощностью переработки 400 тыс. т подсолнечника в год, — напоминает Пронин из SP Advisors. — Правда, в начале 2014 года Kernel продала один из приобретенных заводов (Невинномысский МЭЗ) «Югу Руси». Kernel неоднократно заявляла, что рассматривает возможности строительства в России завода по переработке подсолнечника мощностью 500−600 тыс. т семян в год, напоминает он, а в 2012 Kernel и Glencore приобрели зерновой терминал в морском порту Тамань за $265 млн.

Крупные украинские производители молочной продукции тоже приобретали активы в России и инвестировали в строительство мощностей. Milkiland в начале 2013 года за €2,1 млн купила завод «Сыродел» в Курской области. Также компания владеет «Останкинским молочным комбинатом» в Москве. В 2013 году украинская «Терра Фуд» запустила на своей фабрике «Тульчинка» в Белгородской области производство сыров.
Бизнес МХП. от земли до фуа-гра
МХП — один из крупнейших агрохолдингов Украины. Он основан Юрием Косюком в 1998 году на активах «Мироновского завода по изготовлению круп и комбикормов». Год спустя компания купила свою первую птице­фабрику «Перемога» (после реконструкции — «Перемога Нова»). В 2002 году МХП вывел на рынок первый на Украине бренд охлажденного куриного мяса — «Наша Ряба». Для вертикальной интеграции бизнеса в 2003—2006 годах компания начала заниматься растениеводством и мясопереработкой (холдинг построил первый украинский завод по изготовлению мясных полуфабрикатов «Легко»), а также производить говядину премиум-класса и фуа-гра.
В 2006 году компания завершила выпуск еврооблигаций на $250 млн. Двумя годами позже МХП провела IPO на Лондонской фондовой бирже, став первой украинской компанией, разместившейся на основной площадке LSE. Холдинг привлек $322,5 млн, продав GDR по $15 за бумагу. Free float составил 19,41%, капитализация — $1,66 млрд. В 2010 году компания провела там же SPO, продав примерно 10% акций — free float вырос до 35%. По ожиданиям Косюка, в 2015 году капитализация МХП на Лондонской бирже достигнет $5 млрд. МХП — крупнейший на Украине производитель мяса бройлера (50% рынка): в 2013 году произвел 472,8 тыс. т. Сегмент птицеводства включает пять бройлерных фабрик и две — по разведению родительского поголовья и производству инкубационного яйца.

Земельный банк компании — 325 тыс. га (с учетом актива в России). МХП является лидером мясопереработки Украины с долей 10%. В состав холдинга входит «Крымская фруктовая компа­ния», выращивающая фрукты и ягоды. МХП — единственный украинский производитель фуа-гра. Гусей для нее разводят на фабрике «Снятинска Нова».
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще