Уйдут в непроизводство -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Уйдут в непроизводство
Оксана Гончарова
Агроинвестор
октябрь 2011
Ученые прогнозируют 40%-ное сокращение занятых в АПК

Число занятых в сельском хозяйстве в ближайшие 15 лет будет сокращаться быстрее, чем в других отраслях, прогнозирует РАН в докладе для обновления «Стратегии-2020». Чтобы продолжить развивать бизнес, агрокомпаниям нужно активнее автоматизировать свои производства, советуют эксперты. Но автоматизация, гарантирующая рост инвестиционных затрат, не решает проблемы дефицита кадров, а главное — их низкого качества, указывают участники рынка. Многие признаются, что о 10−15-летней перспективе даже не думают.

9,2% занятых в национальной экономике сейчас работают в сельском хозяйстве. Это следует из доклада Института народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН «Состояние сферы занятости и рынка труда в России: макроэкономическая оценка», написанного для рабочей группы по обновлению правительственной «Стратегии-2020». АПК — третий по числу занятых после оптовой и розничной торговли (18,4%) и обрабатывающей промышленности (до 15%). Но так будет не всегда: к 2025 году доля традиционной экономики, к которой относятся эти сектора, сократится, уступив место непроизводственному сектору, пишет автор доклада Андрей Коровкин. В торговле, прогнозирует ИНП, будет занято 20−22,5%, в финансовом секторе — 2,4% (сейчас — 1,7%), в госуправлении — 7% (6%) населения.

Несмотря на рост численности поселений в окрестностях крупных городов центральных и южных регионов, в которые включают сельские населенные пункты, создавая городские округа и т. д., население села будет оставаться на одном уровне — из этого исходит действующая «Стратегия-2020». А вот по прогнозу ИНП, доля занятых в агросекторе людей сократится больше, чем в других отраслях — на 40 с лишним процентов (см. таблицу). Сравнимым будет сокращение только в добыче полезных ископаемых (31,7−35,1%) и обрабатывающей индустрии (29,7−34%). С учетом тенденции падения общей численности населения и вымывания жителей сел в города снизится не только доля в экономике, но и номинальная численность работающих в сельхозотраслях. При этом даже сейчас агробизнесмены сетуют на нехватку кадров — от рядовых специалистов до управленцев. Возникает вопрос — как в ближайшие 10−15 лет они смогут если не увеличивать, то хотя бы поддерживать достигнутые уровни производства?

Что делать

Первое, что приходит в голову, — инвестиции в автоматизацию и новейшие технологии. Однако не все так просто: упомянутый выше вопрос корреспондента «АИ» застал врасплох подавляющее большинство опрошенных. Многие признавались, что не загадывают на такую «длинную» перспективу. Другие решили проблему техмодернизации и теперь делают ставку на постепенное обучение нужных им специалистов, не отказываясь, впрочем, от ручного труда. «Многие технологии интересны и полезны, но не настолько, чтобы без него обойтись, — говорит гендиректор свиноводческой компании «Неофорс-Калининград» Георгий Глуховский. — К тому же мы все, что можно, давно автоматизировали. И потом, есть вещи, которые невозможно автоматизировать». Период супоросности у свиней — три месяца и три недели. «Меньше этого срока матка беременна не будет, хоть миллионы долларов вложи», — шутит Глуховский. Еще один пример — приучение свиней к новому оборудованию. В компании установлены четыре системы, каждая из которых рассчитана на единовременное кормление 60 животных (инвестиции в проект составили около €100 тыс.). «Автоматизация — дело хорошее, только 6−7-месячных свинок трудно научить кормиться в такой станции, а 8−10-месячных — уже почти невозможно, — говорит Глуховский. — Обучает их этому оператор, причем опробованным временем простым способом: берет в руку корм, становится на четвереньки и, пятясь, заманивает свинку в станцию». По его словам, на обучение группы из 60 ремонтных свинок уходит две-три недели. «Сельское хозяйство — это рутинная, тяжелая физическая работа, и, естественно, число желающих заниматься ей уменьшится», — комментирует выводы ИНП Андрей Даниленко, президент подмосковной группы «Русские фермы». А значит, будет сложнее найти качественную рабочую силу для работы на новом оборудовании и тем более минимизировать фактор человеческих ошибок, которые дорого обходятся молочным компаниям. Один плохой замес кормов — и надои могут снизиться чуть ли не на месяц, приводит пример Даниленко. Но все равно инвестор несколько раз подумает, прежде чем одобрить вложения в автоматизацию любых производственных процессов, считает он. Например, традиционную систему линейной дойки, когда на 20−25 коров приходится одна доярка, можно заменить доильным залом, где она обслужит уже больше 100 КРС. Но оборудование такого зала может стоить от €0,2 млн до €1,5 млн. Любой фермер задастся вопросом: «Я сэкономлю на рабочей силе, а вложения вернутся через пять-шесть лет. Поэтому, может, оставить все как есть?» — рассуждает Даниленко. Тем более что резкого роста дефицита кадров в сельском хозяйстве эксперты не прогнозируют.

Без людей никуда

Чтобы бизнес не пострадал от ожидаемого снижения предложения качественных кадров на рынке труда, можно автоматизировать даже самые трудоемкие процессы, уверена Наталья Яковлева, президент группы «Авис» (занимается внедрением инновационных технологий). Так, в птице- и свиноводстве это подготовка поголовья к забою и вся мясопереработка — разделка туш, обвалка и пр., говорит она. Еще один путь — развитие аутсорсинга. В европейских странах, говорит консультант, один ветеринар обслуживает несколько сельскохозяйственных объектов, часто посещая фермы только по приглашению. Западные фермы так автоматизированы, что человек туда почти не заходит, описывает Яковлева: свето-день, подача корма, воды, климат-контроль регулируются автоматически. Ночью ферму просто закрывают на ключ, работу всех систем можно видеть на экране компьютера, оснащеннного системой экстренного оповещения в чрезвычайных ситуациях, говорит она.

Иностранцы часто лукавят, когда рассказывают об автоматизации, спорит Глуховский. «Может, у них 6 тыс. свиноматок и обслуживают два человека, но только в период опороса они нанимают еще 15−20 студентов, волонтеров или других наемных рабочих», — указывает он. И потом, животные «умеют обманывать технику», говорит Глуховский, и решать связанные с этим проблемы может только квалифицированный персонал. В ухе каждого животного крепится круглая бирка с микрочипом, поясняет он мысль на примере своей компании: когда матка подходит к станции, дверь перед ней открывается (если по информации считывающего компьютера она в этот день не ела или еще не съела положенную ей норму корма). После ее входа в станцию двери пневматически закрываются. Двигаясь по коридору, она подходит к автоматической кормушке, над которой установлено второе считывающее устройство. Кормушка снабжена системами импульсной подачи корма и воды. Раз в 10−15 секунд в нее порциями подается корм (по 60 г) и вода (по 15 мл). Интервал подачи и вес порции устанавливает зоотехник.

Но это в идеале, а на практике с автоматизацией случаются казусы, улыбается Глуховский. Предположим, компьютер считывает чип еще не питавшейся свинки, открывает двери, а вместе с ней в станцию заходит вторая — более сильная и доминантная. Последняя, несмотря на то, что была накормлена ранее, получает новую порцию корма: она подталкивает первую, идет за ней по узкому коридору, компьютер считывает ее чип, срабатывает второй датчик, открывается кормушка и начинается подача корма и воды. Поскольку развернуться в станции невозможно, доминантная свинка выталкивает из нее первую, а сама вторично получает корм. Через месяц зоотехник хватается за голову: по показаниям компьютера одинаково питается все поголовье, нарушений нет, но почему-то у одних животных прибавляется вес, а у других, наоборот, снижается.

Как ищут кадры

Обучать новых специалистов «Неофорс-Калининграду» помогают поставщики оборудования и технологий, причем бесплатно, доволен Глуховский. Компания платит только за их перелет, проживание и питание. Крупные игроки поступают проще: нанимают западных специалистов, переманивая их зарплатами и бонусами, делится предприниматель. Даниленко из «Русских ферм» признается, что раньше тоже приглашал иностранных менеджеров, но разочаровался. «Как правило, из западных компаний уезжают не самые лучшие специалисты», — поясняет он.

По словам Глуховского, для такого предприятия, как «Неофорс-Калининград», главное — наличие хорошего зоотехника: если найти и обучить его, можно обучить всех остальных и проблем с кадрами не будет. А чтобы не уходили, таким специалистам хорошо, по местным условиям, платят: оклад зоотехника в Калининградской области в зависимости от масштаба предприятия и сложности задач составляет от 30 тыс. до 100 тыс. руб., отмечает гендиректор.

Самая лучшая мера — обучать собственных сотрудников, соглашается Даниленко: готовых специалистов на рынке мало, при этом новые технологии появляются каждый год. Его компания вопросы обучения тоже решает через поставщиков оборудования и российских консультантов, которых, по словам главы «Русских ферм», сейчас много.

Тем не менее участники рынка фактически подтверждают описанные в докладе АНХ тенденции, признавая, что искать персонал — как технический, так и управленческий — становится все сложнее. Приглашать людей приходится из соседних областей, что влечет дополнительные расходы. Кирилл Ершов, гендиректор агрохолдинга «Молочный продукт», недавно жил в Москве, работая первым замгендиректора компании «Разгуляй-агро», а теперь уехал в Рязанскую область за 200 км от столицы. «Решение о переезде было принять не просто — семью навещаю теперь только по выходным», — вздыхает Ершов. Приходится адаптироваться самому и одновременно убеждать других переехать работать в его компанию. «Мой заместитель и главный инженер, например, из Подмосковья, директор элеватора — из Воронежа, много других сотрудников — из Самары, Новосибирска и прочих городов», — рассказывает Ершов. Чтобы расселить всех, пришлось реконструировать здания, предоставив людям 12 жилых квартир и вложив 8 млн руб. В планах — приглашать специалистов и дальше, а значит, продолжать строить жилье.

Сейчас в «Молочном продукте» около 2,5 тыс. сотрудников. Кроме молочного животноводства (17 тыс. КРС, из них 8 тыс. — дойное стадо), холдинг строит свинокомплекс, планирует еще несколько, занимается растениеводством — выращивает пшеницу 3 класса и пивоваренный ячмень. Свинокомплекс, по словам Ершова, — самое автоматизированное производство. Сейчас на нем занято 350 человек, на каждого рабочего приходится более 2 млн руб. выручки в год. На запуск пяти планируемых площадок понадобится 4,7 млрд руб., подсчитали в компании. «Сейчас нет проблем купить технику, — рассуждает гендиректор. — Проблема в том, где найти специалистов, которые будут ее обслуживать». Он рассказывает, что, несмотря на обостряющуюся нехватку кадров, рабочий и линейный персонал проходит отбор в несколько этапов: собеседование, работа на испытательном сроке, аттестация и только потом зачисление в штат. Однако холдинг может позволить себе такие строгие правила — средняя зарплата на свинокомплексе, говорит Ершов, выше, чем в области, и составляет около 24 тыс. руб.

Нам бы их условия
Хеджировать среднесрочные риски кадрового дефицита, вводя новые технологии, удобнее на Западе, чем у нас, сетуют участники рынка. В мире нормальная практика — компенсация государством до 50% расходов на модернизацию, говорит Даниленко. «Модернизироваться можно, но сначала нужно поменять кредитную политику, — рассуждает Глуховский из «Неофорс-Калининграда». — В России компенсируется ставка рефинансирования ЦБ — 8%. Но это существенная помощь только для крупных заемщиков, имеющих доступ к длинным, до 10 лет, кредитам с низкой процентной ставкой — до 11−12% годовых в рублях». Для средних предприятий и тем более фермерских хозяйств ставки по кредитам составляют 13−15%, а срок более пяти лет часто недоступен, продолжает он. В той же Дании кредиты для семейных ферм, где хозяйствуют 3−5 человек, выдают на 15−25 лет под 2−4% годовых в евро, в Польше — на 10−15 лет под 2−4%, вздыхает гендиректор. «Очень хочется доказать нашим коллегам в Европе и Америке, что мы можем модернизироваться не хуже, а иногда и лучше них, но расплачиваться за это потом придется проблемами с кредиторами», — резюмирует он.
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще