Юрий Огнев -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Юрий Огнев
Николай Лычев
Агроинвестор
январь 2011
«Не вижу предпосылок роста цен на зерно»

Гендиректор МЗК — крупнейшего в 2009/10 сельхозгоду экспортера зерна — об итогах сезона, нулевой марже участников рынка, снижении на треть выручки своей компании и о том, почему в новом агрогоду пшеница подешевеет на 300−400 руб./т.

— Каким был для вас завершающийся сезон?

— Сложным и даже тяжелым — и для экспортеров, и для сельхозпроизводителей: большой урожай, высокие переходящие запасы, объемный интервенционный фонд. И все это при сокращении спроса на мировом рынке. Мировое производство пшеницы в 2009/2010 сельхозгоду составило 680 млн т, а переходящие остатки в 193 млн т — рекордный за последние 10 лет объем! В наступающем сезоне переходящие запасы могут еще увеличиться — на 5 млн т. На мировом рынке цены снижались быстрее, чем на российском. Естественно, сельхозпроизводитель неохотно продавал [экспортерам] зерно, считая цену на него несправедливой. Еще одна характерная для текущего сезона ситуация. Экспортер покупал зерно у аграриев по сложившимся ценам и исполнял контракт в убыток либо с нулевой рентабельностью, если учесть все издержки и медленный возврат НДС. Одним словом, торговая маржа снизилась, и для нас это один из основных результатов уходящего сезона.

— Можете оценить эту маржу?

— Если говорить в целом по рынку, то оценивать почти нечего. Чтобы исполнять контракты, трейдеры продавали «на нуле» либо в убыток. В итоге объемы торговли сохранились, а цены, наоборот, упали. Мы не исключение: рентабельность МЗК по итогам сезона получится в лучшем случае нулевой, выручка снизится примерно на 30%. Не намного лучше чувствовали себя сельхозпроизводители. В числе позитивных для российских компаний изменений могу отметить рост поставок нашего зерна в Египет. В прошлом сезоне Россия продала в эту страну 4,8 млн т пшеницы — 48% всего египетского импорта. А в этом сезоне мы поставим туда примерно на 1 млн т больше! Доля России в импорте пшеницы Египтом вырастет до 60%. Кстати, в завершающемся сезоне с египетского рынка почти ушли США — их пшеница стала там неконкурентоспособной по сравнению с российской и французской.

— Сколько зерна в 2009/10 сельхозгоду поставила МЗК и в какие страны?

— Сезон еще не завершился, но мы ориентируемся на 2,5−2,6 млн т. На первом месте по объему продовольственная пшеница (90−95% трейдинга МЗК), на втором — фуражный ячмень (5−10%). Поставки осуществлялись в 33 страны, основным покупателем пшеницы для нас является Египет, куда мы продали около 40% объемов своего экспорта.

— Египет резко ужесточил требования к качеству — в частности, снизил до 1% норму содержания зерен, пораженных клопом черепашкой. Арестовывались большие объемы пшеницы, поставленной из России трейдерами, входящими в пятерку крупнейших. На ваших поставках это тоже сказалось?

— Нет. Мы хорошо изучили требования наших партнеров и стараемся поставлять зерно даже чуть более высокого качества, чем должно быть по их стандартам. Вы правы, требования жесткие, причем не только по клопу. К примеру, максимальное содержание в зерне семян отдельных сорняков при поставке в Египет не может превышать 25 ед./кг, а семена амброзии вообще не должны в нем присутствовать. Есть и другие требования, но эти два — основные, которые трудновыполнимы в случае с российским зерном. Не будем забывать и еще об одной проблеме, которая существует давно и в этом сезоне никуда не делась, - несоответствии российских ГОСТов международным. Это затрудняет оценку качества, и пригодность зерна для экспорта нередко приходится определять в порту, там же формируя соответствующие экспортные партии.

— Зерно из каких областей редко соответствует экспортным требованиям? По данным сюрвейеров, в ЮФО содержание клопа в 2009/10 сельхозгоду превышает требуемый 1%, а, к примеру, в Волгоградской области — 2%.

— Вы называете средние цифры. Многое зависит от способности покупателя контролировать качество. По нашему опыту, проблем с качеством в таких регионах, как Ростовская область, Ставропольский и Краснодарский края, почти не существует. Эти регионы традиционно ориентированы на экспорт, поэтому в состоянии предложить зерно, которое востребовано мировым рынком. А уровень агротехнологий растениеводства там один из самых высоких в стране. То, о чем вы говорите, характерно не для всей России, а больше отдельных регионов Черноземья и той же Волгоградской области.

— На 1 июля ожидается рекордный за последние 10 лет переходящий запас. Эксперты опять ждут большого урожая. Какой сбор и остатки прогнозируют в МЗК?

— Остатки на эту дату, с учетом интервенционного фонда, по нашим оценкам составят порядка 17 млн т. В результате сегодня закупочные цены на зерно снизились и близки к себестоимости, а их рост в начале сезона представляется проблематичным. Прогнозный валовой сбор этого года по разным оценкам — 85−100 млн т. Оценка МЗК — 90−93 млн т. Прибавим переходящий остаток, получим 110 млн т при внутреннем потреблении порядка 75 млн т. Излишек — 32−35 млн т. Его надо как-то размещать, чтобы избежать критических для рынка последствий.

— Об этом высказываются все, включая премьера и президента. Какие ваши предложения?

— Основное предложение — на государственном уровне стимулировать экспорт и искать дополнительные внешние рынки сбыта. Если мы говорим о реализации интервенционного фонда на экспорт, то делать это нужно очень осторожно (небольшими объемами), не дестабилизируя рынок. Продавать имеющиеся запасы в период уборки урожая-2010 (июль-октябрь) вообще нецелесообразно, чтобы не конкурировать с сельхозпроизводителями, которые в первую очередь нуждаются в поддержке. Само собой, совершенствовать интервенционный механизм.

— Говоря об экспорте, вы указываете на продовольственное зерно. Но 30% госфонда — фураж, не пользующийся спросом даже как гуманитарная помощь. Путин предлагает использовать эти объемы на внутреннем рынке.

— Разумное предложение. Есть предприятия-производители мяса, являющиеся участниками госпрограммы и получающие бюджетную поддержку. В дополнение к монетарной поддержке им можно на условиях долгосрочного товарного кредита предложить фураж из интервенционного фонда. При условии, что компания будет использовать его для роста, то есть получения дополнительных объемов продукта на новых и реконструируемых мощностях. В этом случае мы будем не замещать существующий рыночный спрос (75 млн т/год), ослабляя и без того низкие цены на фураж, а, наоборот, формировать дополнительный.

— Отраслевые союзы предлагают субсидировать экспортеров. Вы, разумеется, тоже за?

— При правильной организации субсидирования (на конкурсной основе, как предлагает РЗС) в результате роста конкуренции между экспортерами именно сельхозпроизводитель получит возможность продавать зерно по более высоким ценам. А еще он будет застрахован от возможного падения цен на внешнем рынке. Как показывает мировой опыт, субсидирование экспорта приводит к увеличению внутренних цен на величину субсидии, прибыль же экспортеров при этом почти не увеличивается. В июле на рынок начнет поступать зерно нового урожая, что может оказать понижающее давление на цены. Именно тогда субсидии обеспечат изъятие с рынка избытков зерна и будут способствовать росту закупочных цен, что в интересах тех же сельхозпроизводителей. Кроме того, размер компенсации [из бюджета] при экспорте интервенционного фонда может составить около 3 тыс. руб./т, в то время как на субсидирование вывоза продукции, произведенной аграриями, требуется не более 1 тыс. руб./т.

— А может быть, меньше производить? В стране выращивают избыточные объемы зерна. Тогда цена будет привлекательнее, и налогоплательщикам не придется четырежды платить за поддержку: субсидирование производства, скупку части зерна в госфонд, его хранение на элеваторах и софинансирование отправки излишков на экспорт.

— Не согласен. Успешные в плане развития АПК государства всегда поддерживали сельхозпроизводителя. Это позволяет обеспечивать продовольственную безопасность, решать социальные вопросы, в частности приблизить доходы аграриев к среднему [на агрорынке] уровню доходов. Не развивая производство зерна, мы не сможем создать сильное животноводство и всегда будем приобретать за рубежом продовольственные товары. Либо на каком-то этапе начнем закупать зерно для их производства, как было в советское время. Учтите, что спрос животноводства и птицеводства на фуражное зерно в ближайшие 5−7 лет будет стабильно расти по 5−7%. Даже в условиях оптимизации конверсии кормов в мясо это потребует дополнительно 1,5−2 млн т зерна в год. Мы должны закрыть этот спрос даже при неурожае, а излишки снимать с рынка экспортом. Кстати, страны — ведущие экспортеры мяса одновременно являются крупными экспортерами зерна. Да и как производить ровно столько зерна, сколько нужно животноводству? В отличие от мясного производства, растениеводство — неритмичный процесс, оно сильно зависит от природных рисков.

— Надеетесь, что новый сезон будет благополучнее завершающегося?

— Пока не вижу таких предпосылок. В первые месяцы сезона-2010/11 средняя цена условной тонны пшеницы может снизиться в сравнении с маем где-то на 300−400 руб./т. А вот конкуренция на рынке усилится: как и Россия, наши конкуренты — ЕС, Украина, Казахстан — имеют высокие переходящие запасы и ждут неплохих урожаев. Одним словом, сегодня нет фундаментальных факторов укрепления рынка. И готовиться к новому сезону всем игрокам, включая производителей, нужно с учетом понимания этого факта.

— А гибель озимых на 2,6 млн га (майские данные МСХ) и сокращение посевов яровых разве нельзя отнести к числу повышательных факторов?

— Эти факторы не фундаментальные, к тому же пока я не вижу, чтобы они заметно влияли на прогнозный объем сбора будущего урожая и, соответственно, возможный уровень цены. Ведь даже Минсельхоз прогнозирует урожай на уровне 95−97 млн т. Если не будет резко выраженных форс-мажорных обстоятельств — например, масштабной засухи, — то урожай на уровне минимум 90−93 млн т нам обеспечен.

Юрий Огнев
Генеральный директор «Международной зерновой компании»
Родился 23 мая 1961 г. в Москве. В 1983 г. окончил МГИМО (экономический факультет). С 1983 по 1992 г. работал в ВАО «Экспортхлеб». В 1992—2002 гг. — президент ГК «Дантон». В феврале 2002 г. перешел в «Росхлебопродукт» на позицию вице-президента и руководителя ТД и ООО «Торговый Дом «Росхлебопродукт». С 2003 г. — управляющий директор бизнес-блока «Зерно» ООО «Росхлебопродукт». С апреля 2004 г. — генеральный директор «Международной зерновой компании».
Женат, двое детей.
«Международная зерновая компания»
Учреждена в апреле 2004 г. «Дочка» Glencore International A. G. (Швейцария). Входит в топ-3 крупнейших российских экспортеров зерна. Основные активы — девять элеваторов и КХП в Краснодарском, Ставропольском краях, Ростовской, Волгоградской, Курской областях и КБР (более 0,7 млн т единовременного хранения). Несколько лет подряд занимается сельским хозяйством. Земельный банк, по оценкам участников рынка, — 60−80 тыс. га. Финансовые показатели не раскрывает.
Дорогая логистика
В России самая дорогая зерновая логистика из всех стран — мировых экспортеров, сетует Огнев: стоимость перевалки в портах ЕС — € 6−8/т, в Новороссийске — $20−25/т. Другие затратные статьи, снижающие конкурентоспособность наших трейдеров, — опережающий инфляцию рост железнодорожных тарифов и необходимость перевозить зерно на большие расстояния.
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще