Мнение

Сергей Михайлов, гендиректор группы «Черкизово» *
В ближайшие два года мы планируем увеличить производство свинины со 100 тыс. т до 180 тыс. т/год, мяса птицы — с 300 тыс. т до 500 тыс. т/год к 2015 году. За последние пять лет мы инвестировали в производство более 25 млрд руб. Маржа по EBITDA за это время составляла 35−45%. Для сравнения, в Европе этот показатель на уровне 3−6%. Новые предприятия, в частности свинокомплексы, смело могут заявлять, что работают с самой низкой в мире себестоимостью производства.
За последние три года цена на мясо птицы падает, конкуренция усиливается, вопрос импортозамещения почти решен — в этом году импорт будет на уровне 5−10%. Поэтому успех развития отрасли будет зависеть от роста потребления внутри страны (сейчас потребляется 25−26 кг/год). Если этот показатель не будет расти, то возможен риск перепроизводства. Поэтому нужно искать пути экспорта. В этом плане шансы нам дает ВТО, но это вопрос не одного дня. К тому же многие страны борются за рынки экспорта.
Риски для отрасли свиноводства после присоединения к ВТО есть, но в случае засилья импортного «живка» можно будет быстро ввести антидемпинговую пошлину. ВТО предполагает свободную, но не обязательно честную торговлю: каждая страна находит механизмы защиты своего рынка. Мы тоже должны к этому адаптироваться и грамотно работать.
* www. therussiaforum.ru

После паузы 2009−2010 годов интерес к вложениям в российский агробизнес восстанавливается медленно: инвестиции еще не скоро достигнут докризисного уровня. Новых больших игроков на рынке почти нет, значимых сделок m&a мало, а многие агрохолдинги находятся в финансовой форме, малосовместимой с крупными инвестициями. Позитивный фактор — сохранение и рост господдержки, позволяющей действующим игрокам масштабировать свои бизнесы.

В прогнозе социально-экономического развития на 2012 и период 2013—2014 годов Минэкономразвития ожидает с нынешнего года оживления инвестиций в сельское хозяйство. Инвестиционная пауза, возникшая после засухи 2010 года, завершится, однако ограниченность финансовых возможностей компаний продолжит сказываться на объемах вложений в отрасль, пишут чиновники. По итогам 2011 года инвестиции в основной капитал увеличились в России на 8,3% до 10,8 трлн руб., оценивает МЭР. А инвестиции в основной капитал сельского хозяйства, по данным Росстата, за прошлый год прибавили около 14,6% — в отрасль было вложено примерно 380 млрд руб.

Но, несмотря на рост инвестиций, в прогнозный период (2013−2014 годы) вложения в АПК не восстановятся до докризисного уровня, считает МЭР (в 2008 году, по Росстату, они составили 399,7 млрд руб.). Зарубежные инвесторы в наш агропром вкладывают немного. Из $52 млрд прямых иностранных инвестиций, годом ранее вложенных в национальную экономику (выросли по сравнению с 2010-м на 21% — данные МЭР), на сельское хозяйство, как следует из цифр Росстата, пришлось $638 млн (рост — 36,9%). Правда статведомство оценивает прямые иноинвестиции в Россию за прошлый год намного скромнее МЭРа — всего $18,4 млрд.

Минсельхоз надеется, что благодаря реализации новой агрогоспрограммы вложения в основной капитал отрасли за 2013−2020 годы увеличатся в 2,3 раза.

Что сейчас

За последние 5−7 лет инвестиционный климат в АПК был достаточно благоприятным: государство обеспечило поддержку сектора и защиту сельхозпроизводителей, говорит аналитик «ВТБ Капитала» Иван Кущ. «Если говорить о последних трендах и оценивать инвестиционный климат с точки зрения политических, административных и других рисков, то они (в частности присоединение к ВТО) могут негативно повлиять на динамику [дальнейших] инвестиций», — рассуждает он. Но потенциал роста сектора по-прежнему хороший, считает аналитик, поскольку главным драйвером сейчас является увеличение потребления сельхозпродуктов и продовольствия в России. Ранее таким драйвером было замещение импорта, но теперь Россия обеспечила себя многими продуктами, такими как сахар, мясо птицы и свинина, либо близка к самообеспечению. Но рост спроса не будет большим, думает Кущ: скажется эффект высокой базы.

Директор аналитического агентства «Стратег» Владимир Решетняк тоже связывает динамику агроинвестиций с увеличением потребления — прежде всего вследствие роста численности населения мира. Оно ежегодно увеличивается на 80 млн человек — к 2050 году может вырасти до 9,4 млрд человек с 6,8 млрд в 2010-м, ссылается Решетняк на US Census Bureau. К 2050 году, подсчитал он, годовое потребление зерновых увеличится с 2,2 млрд т до 3 млрд т, масличных — с 443 млн т до 611 млн т, мяса и птицы — с 241 млн т до 333 млн т, молочных продуктов — с 543 млн т до 749 млн т/год. Чтобы обеспечить рост производства, придется активно инвестировать в агробизнес. Наращивать объемы, уверен эксперт, будут страны СНГ (Белоруссия, Казахстан, Россия, Украина) и Кернской группы (Аргентина, Австралия, Бразилия, Канада): возможности США и ЕС уже ограничены.

У агроотрасли благоприятное будущее, согласен гендиректор «Русагро» Максим Басов. Есть три позитивных тенденции: рост населения, потребительского спроса и изменение диет; последнее актуально прежде всего для Китая, где увеличивается потребление мяса, сложных жиров и сахара, говорил он на организованном в этом году Сбербанком и «Тройкой Диалог» «Форуме Россия 2012» (здесь и далее ссылки на Басова — по сайту форума). Директор Global AgInvesting Чарльз Баусман замечает, что внимание инвесторов к АПК в мире активизируется после финансового кризиса, причем в отрасль приходит все больше ведомственных инвесторов — инвестбанков, суверенных (в том числе пенсионных) и псевдосуверенных фондов, страховых компаний и т. д.

Российский агробизнес с 2005—2008 годов и до начала кризиса привлек много инвесторов — в сельхозпроизводство вкладывали нефтяные, металлургические, строительные и другие компании, банки, также были проекты у публичных компаний, таких как Black Earth FarmingАгро-Инвест»), перечисляет управляющий директор консалтинговой компании BEFL Владислав Новоселов. Но, по его наблюдениям, успеха за эти годы добились немногие: просчеты в стратегиях и ошибки при реализации бизнес-планов привели к тому, что интерес к агросектору сейчас слабый. До 2008 года в АПК была большая инвестиционная активность, но в кризис начался спад, продолжающийся и теперь: крупных сделок m&a почти нет, согласен с Новоселовым гендиректор локального агрохолдинга, работающего в Черноземье. По его мнению, инвесторов останавливает неопределенность. «Даже экспертам до конца непонятно, что будет с отраслью после присоединения России к ВТО, нет ясности с ценовой политикой в отношении энергоресурсов, удобрений и других средств производства, — говорит он. — Поэтому большой инвестиционной активности в ближайшее время тоже не будет».

Инвесторы в состоянии ожидания, характиризует ситуацию гендиректор компании «Амбика-Агро» Борис Розенвальд. Например, есть «послевыборные вопросы»: кто будет курировать в правительстве АПК? Какие будут перестановки в менеджменте Минсельхоза? Как будет решаться вопрос погашения долгов, накопленных крупными агрохолдингами? Какие изменения внесут в проект новой госпрограммы с учетом вступления в ВТО?

Ситуация с инвестициями в сельском хозяйстве стабильная, не соглашается владелец компании-производителя мяса птицы. В кризис, а тем более сейчас, производство мяса не снижалось, оно продолжает расти, вводятся новые мощности, указывает он. Рост продолжится, не сомневается бизнесмен: страна скоро достигнет пика потребления бройлера и свинины, но еще надолго сохранится потенциал увеличения секторов говядины и индейки. Инвестклимат сейчас «самый положительный», поддерживает его гендиректор компании «Оптина» (Калужская и Воронежская области) Петр Бишко: проектов реализуется много, растет господдержка, неплохо помогают бизнесу местные власти.

Никак без господдержки

Минсельхоз считает, что на 1 руб. господдержки привлекается до 10 руб. частных инвестиций — эта цифра озвучивается все последние годы. Но фактически государство не просто способствует привлечению инвестиций в сельское хозяйство, а само является основным инвестором и напрямую участвует в прибыли отраслевых предприятий, указывает Новоселов. «Если к объему [заложенной в госбюджеты годовой] поддержки добавить программы «Росагролизинга», кредиты РСХБ, Сбербанка, других госбанков, то мы получим сумму в десятки миллиардов долларов, — говорит он. — При этом значительная доля заемного финансирования заведомо не будет возвращена».

Значение государственной поддержки очень велико, признают все опрошенные «Агроинвестором» эксперты и участники рынка. Если бы государство не поддерживало сельхозпроизводителей, то мы бы импортировали до 2 млн т/год замороженных куриных окороков, но вместо этого ввозим лишь 250 тыс. т, говорит топ-менеджер птицеводческой компании. Без поддержки государства предприниматели не вкладывали бы в сельское хозяйство, уверен Иван Кущ из «ВТБ Капитала» и предлагает вспомнить, что было с отраслью в конце 1990-х — начале 2000-х годов, пока правительство еще не разработало программу развития агропрома. Того же мнения гендиректор «АгроГарда» Павел Царев. При существующих ценах на энергоносители, СЗР, удобрения, стоимости кредитов невозможно развить бизнес только за счет частных инвестиций, говорит он. Без государства инвестиций было бы намного меньше, соглашается Бишко. В 2011 году рентабельность сельхознаправления «Оптины» составила примерно 20%. Долю госсредств в прибыли Бишко оценить затруднился. «Амбика-Агро» компенсировала господдержкой 6% затрат. Новоселов из BEFL приводит в пример агрохолдинг из Воронежской области, который в прошлом году при выручке 630 млн руб. и чистой прибыли 49 млн руб. получил 54 млн руб. субсидий. То есть без поддержки пришлось бы зафиксировать убыток. Таких компаний в отрасли много.

Поддержка действительно нужна, но государству пора перестать относиться к финансированию сельского хозяйства как к расходной строке в бюджете, настаивает Новоселов. Одной из приоритетных задач властей он считает рост эффективности и повышение капитализации агробизнеса, которая сейчас на очень низком уровне. «Через повышение капитализации в отрасль придут большие деньги», — говорит эксперт.

Риски для инвестиций

Как отраслевой риск сейчас принято упоминать в первую очередь ВТО, говорит Иван Кущ, правда, никто не может оценить и проанализировать его возможный негативный эффект для сельского хозяйства. В числе понятных рисков он называет погодные плюс возможное снижение господдержки из-за дефицита бюджета, хотя сейчас это не так актуально, поскольку пока бюджет в состоянии финансировать все запланированные расходы. Но бюджет становится все более дефицитным, указывает Басов из «Русагро», поэтому обещания правительством помощи в какой-то момент могут перестать соответствовать его возможностям. По его мнению, присоединение России к ВТО угрожает ухудшением условий ведения бизнеса для некоторых агросекторов (в первую очередь свиноводства и молочного животноводства), если не будут приняты дополнительные меры защиты инвестиций. Вследствие консолидации, предполагает он, с рынка уйдут слабые игроки, цены на продукцию несколько снизятся, а это скажется на рентабельности упомянутых секторов. Чтобы оставаться эффективными, компании, по мнению Басова, должны сокращать издержки производства, увеличивать производительность труда и вводить новые технологии.

Иностранных инвесторов, знает Баусман, останавливают так называемые страновые риски. К ним он относит слабую законодательную систему, затрудняющую урегулирование конфликтов и споров, коррупцию чиновников и криминал. Последний риск неприемлем для средних инвесторов, которые вполне могли бы заниматься агробизнесом в России, но боятся, что здесь у них все отберут. Производственные риски в нашей стране Баусман считает стандартными — неблагоприятная погода, болезни животных и исторически низкая урожайность. Решетняк добавляет к этому высокие кредитные ставки, энергетические и транспортные тарифы, а также оставляющий желать лучшего профессионализм чиновников, принимающих важные для отрасли решения. Но главный риск для вложений в АПК — ВТО, уверен директор «Стратега»: уровень господдержки отечественных агропроизводителей несопоставимо ниже, чем у конкурентов, а уступки, на которые согласилась Россия по сельскому хозяйству, явно чрезмерны.

Для Петра Бишко из «Оптины» основной риск — повышение требований к качеству животноводческой продукции после вступления в ВТО. Выход он видит в модернизации производств, обновлении стада, совершенствовании рационов кормления и т. д. Царев из «АгроГарда» уверен, что оптимизировать разные риски можно, инвестируя в создание производств полного цикла — с хранением, переработкой, транспортировкой и реализацией. В этом отношении показателен прошлый год, говорит он. У «АгроГарда» есть свекловичный клин, но нет сахарных заводов, приводит пример топ-менеджер. Урожай свеклы получился рекордным, и заводы не смогли принять все сырье, выращенное компанией, были потери. Маржу на зерновом рынке, продолжает Царев, определяют мировые цены — фактор, на который российский производитель не может влиять. Мировая конъюнктура как раз почти не требует хеджирования, высказывает свое мнение Розенвальд из «Амбики-Агро». По его мнению, риски зернового бизнеса связаны с перепроизводством зерна в стране, поэтому требуется выходить на новые экспортные рынки и увеличивать внутреннее потребление, развивая производство комбикормов, глубокую переработку, биотехногии и биоэнергетику.

Куда инвестируют

Иван Кущ из «ВТБ Капитала» считает инвестиционно привлекательными секторами зерновой и масличный — при нынешних ценах на продукцию этот бизнес продолжает быть интересным. А в мясном секторе, по его мнению, на первый план выходят нишевые сегменты — говядина и индейка. Баусман из Global AgInvesting говорит, что заманчивыми для вложений пока остаются свиноводство и производство молока-сырья, а также зерно, сахарная свекла и тепличные овощи. А вот из птицеводства, по его словам, инвесторы будут выходить: рынок уже достаточно насыщен, из-за чего, в частности, снижается маржа. «Не знаю, что должно кардинально измениться в молочном секторе, чтобы он стал привлекательным», — сомневается Кущ. Участники рынка продолжают жаловаться на волатильность цен, выраженную сезонность, низкую или отрицательную рентабельность, перечисляет он. «Не вижу кардинальных изменений в этом секторе», — заключает аналитик.

В молочное животноводство приходят новые инвесторы, и этот процесс продолжится, возражает Петр Бишко из «Оптины». За три года компания планирует вложить в развитие 300 млн руб., запуская в год по две-три семейных фермы на 240 дойных коров каждая. «В каждой области построены или реконструированы молочные фермы — как крупные, так и на 100−200 КРС, — говорит он. — Для страны нужно раза в три больше, но это вопрос перспективы. Думаю, найдутся инвесторы, готовые вложиться в молочный бизнес на 8−10 лет, ведь других ниш на рынке почти не осталось. Созданы хорошие предпосылки для развития сектора, в него вложены серьезные деньги, так что через 3−5 лет от молочного бизнеса будет очень хорошая отдача». Царев из «АгроГарда» менее оптимистичен: господдержка большая, построено и создается много ферм (компания тоже запустила новый комплекс на 1,2 тыс. КРС), но нет устойчивой прибыли, есть только стабилизация — молочный бизнес перестал быть убыточным.

За последние четыре года «АгроГард» вложил в сельское хозяйство порядка $300 млн и сейчас начинает получать отдачу от вложений, продолжает Царев. Новых масштабных инвестиций пока не будет — в этом году инвестируют 500−600 млн руб. в модернизацию производств и технику, проекты по развитию семеноводства, строительства складских помещений. В планах компании на 2013−2014 годы — строительство элеватора в Орловской области. В прошлом году группа продала последний птицеводческий актив — яичную птицефабрику в Краснодарском крае: в этом бизнесе будущее за крупными игроками, мелким выжить не удается из-за высокой себестоимости, объясняет Царев.

Липецкий холдинг «Зерос» — один из крупнейших в своем регионе участников агрорынка — развивает производство зерна, мяса индейки, говядины и переработку масличных. «Мы стараемся следить за спросом и избегать рисков волатильности цен, — рассказывает гендиректор «Зероса» Николай Бобин. — Ежегодно получаем 100−120 тыс. т зерна. Производство индейки планируем увеличить с нынешних 5 тыс. т до 15 тыс. т. За последние два года спрос на индейку вырос, поэтому в ближайшие три-пять лет эта ниша будет привлекать новых инвесторов. Поскольку рынок говядины растет, а ниша свободна, будем увеличивать инвестиции и в это направление. Также думаем на 50−70% нарастить объем производства на собственном маслоэкстракционном заводе».

Все проекты опрошенные «Агроинвестором» компании намерены реализовать за счет привлечения субсидируемых кредитов в соотношении собственных и заемных средств 20% на 80% или 30% на 70%.