Привет от Центробанка -Агроинвестор
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Привет от Центробанка
Наталья Нарышкина
Агроинвестор
10 марта 2015
Как выросшая ключевая ставка влияет на агробизнес
Фото: Легион-Медиа

Кредиты для реального сектора существенно подорожали. Многие агрокомпании остановили инвестпроекты и сокращают производственные планы. Для поддержки отрасли правительство оперативно увеличило субсидирование кредитов, однако деньги по-прежнему малодоступны.

С декабря по февраль ЦБ трижды менял значение ключевой ставки. Наиболее драматичным для банковского сектора, а следовательно, и заемщиков стало ее повышение с 10,5% до 17% в середине декабря.

На момент сдачи этого номера действовала ставка 15%. Поскольку от уровня ставки зависит стоимость межбанковских денег, чтобы не терять маржу, финансовые организации повысили стоимость кредитов. Компании агросектора, традиционно работающие с невысокой доходностью, столкнулись с проб­лемой привлечения заемных средств, в том числе оборотных, — в некоторых случаях они подорожали до 30-40% годовых.

При этом ставка рефинансирования, исходя из размера которой рассчитываются субсидии на возмещение части процентов по кредитам в агросекторе, оставалась на прежнем уровне — 8,25%. В результате резкого удорожания денег серьезно пострадали не только небольшие предприятия агро­отрасли, но и крупные агрохолдинги.

Кредиты и субсидии

Благодаря введению продовольственного эмбарго российские агрокомпании получили определенные конкурентные преимущества, но планы многих производителей ограничили девальвация рубля, а затем и резкое удорожание заемных денег. Если раньше эффективная ставка по долгосрочным кредитам АПК в среднем по отрасли составляла 6%, то с повышением ключевой ставки ЦБ она стала расти, превышая 15%. Краткосрочные кредиты Россельхозбанка подорожали в среднем до 25-30%.

Чтобы снизить финансовую нагрузку на аграриев, кабмин достаточно оперативно одобрил предложение Минсельхоза о корректировке субсидирования — его привязали к уровню инфляции и ключевой ставке. В этом году по краткосрочным кредитам сельхозпроизводителям будут возмещать 14,68%. Премьер-министр Дмитрий Медведев подчеркивал: правительство стремится к тому, чтобы в результате господдержки эффективная ставка по кредитам в агросекторе составляла 10-12%.

Субсидии по инвесткредитам также увеличили: предприятиям будут возмещать из федерального бюджета 100% ставки рефинансирования ЦБ. Но, несмот­ря на эту меру, сейчас длинные деньги могут себе позволить только компании с рентабельностью выше 15-20%, а их в агробизнесе почти нет, утверждает заместитель начальника Центра экономического прог­нозирования Газпромбанка Дарья Снитко. «При этом не стоит забывать, что цены на сельхозпродукцию не растут наравне с темпами инфляции, а как любой сырьевой товар могут даже снижаться», — добавляет она.

Эффективную ставку даже на уровне 10% представители отрасли считают достаточно высокой. Например, у «Черкизово» за девять месяцев прошлого года она в среднем составила около 4%. Президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский напоминает, что в развитых странах компании агросектора кредитуются под 2-3%.

Участники рынка говорят не только о росте ставок по новым займам, но и об одностороннем повышении банками процентов по уже открытым кредитным линиям. Ставки по действующим договорам в среднем увеличились на 3-5% до 12-15%, сравнивает главный бухгалтер «Богородицкого альянса» (группа «Малино») Наталья Власова.

По ее словам, банки повысили проценты в одностороннем порядке, такая корректива была предусмотрена договором с формулировкой «в связи с принятием Банком России решений по увеличению процентной ставки с уведомлением об этом заемщика без оформления изменения дополнительным соглашением».

Агрохолдинг «Разгуляй» жалуется на трудности с привлечением денег. В декабре 2014 года «Альфа-Банк», несмотря на подписанное соглашение, отказался предоставить компании кредит из-за ситуации, сложившейся на финансовом и валютных рынках. «Нам дали понять, что банк не сможет дать деньги даже по ставке около 28% годовых», — рассказывает председатель совета директоров «Разгуляя» Рустем Миргалимов.

Он добавляет, что компания хотела привлечь «достаточно небольшую сумму» на пополнение оборотных средств, нехватка которых могла привести к срыву посевной.

Кроме того, у аграриев возникают трудности с  реструктуризацией долгов. «Пролонгации практически невозможны, при этом происходит одностороннее увеличение действующих ставок по выданным кредитам», — делится гендиректор «Агрофирмы “КРиММ”» (Тюменская область) Геннадий Рязанов. По его словам, финансовые организации аргументируют такое резкое повышение ставок удорожанием межбанковских денег.

При этом банки запрашивают все новые справки и фактически тянут время в ожидании, что прояснятся новые правила игры, недоволен председатель совета директоров компании «Центр Соя» (Краснодарский край) Евгений Кабанов.

Несмотря на снижение ключевой ставки до 15% в начале февраля, ее уровень по-прежнему достаточно высокий, тем более, учитывая, что деньги для АПК всегда стоили несколько дороже, чем для других отраслей из-за более существенных рисков.

Председатель Банка России Эльвира Набиуллина утверждала, что это решение регулятора даст возможность запустить кредитование реального сектора, однако ощутимого повышения доступности денег участники агрорынка в разговорах с корреспондентами «Агроинвестора» не отмечали.

При этом финансовые аналитики не исключают, что ставка снова может увеличиться, если инфляционные ожидания Центробанка выйдут из-под контроля. Пик инфляции на уровне 17-17,5% Минэкономразвития прогнозирует на конец первого — начало второго кварталов. По году ведомство рассчитывает выйти на 12,2%. Центробанк в феврале допускал, что инфляция в 2015 году может превысить 15%.

В нынешних условиях предприятия просто не могут позволить себе использовать долговое финансирование. А это грозит не только приостановкой реализации части проектов, но и банкротством тех, кто брал деньги для пополнения оборотных средств, на проведение посевной, предупреждает председатель правления Национального союза производителей молокаСоюзмолоко») Андрей Даниленко. «Кредитование сейчас замерло. Безусловно, часть игроков могут почувствовать резкое ухудшение своих возможностей по обслуживанию задолженностей.

Почти все новые проекты заморожены, так как в экономике наблюдается неопределенность, несовместимая с инвестиционным процессом», — суммирует аналитик инвесткомпании Rye, Man & Gor Securities Артем Кислюк.

По его мнению, в нынешней ситуации государство, скорее всего, будет поддерживать крупные компании, поскольку в этом случае легче контролировать эффективность использования субсидий. «В непростые времена выиграют сильные бренды с эффектом масштаба», — уверен он.

Альтернатива не для всех

Весной прошлого года для поддержания инвестиционной деятельности государство начало разрабатывать систему проектного финансирования. Его суть заключается в том, что ЦБ выделяет банкам деньги под залог кредитов на инвестпроекты по ключевой ставке минус один процентный пункт. Банки обязаны предоставить компаниям кредиты не дороже, чем ключевая ставка плюс 1 п. п.

Заем должен на 25% покрываться госгарантиями. Ключевая ставка для проектного финансирования установлена на уровне 9%, то есть бизнес может получать деньги под 10%, маржа банков составит всего 2%. Проект, претендующий на такое финансирование, должен стоить от 1 млрд руб. до 20 млрд руб. и минимум на 20% осуществляться за счет собственных средств инвестора.

Также, если это необходимо, должно быть получено разрешение на строительство. В феврале готовились к рассмотрению около 30 проектов на 80 млрд руб., говорил министр экономического развития Алексей Улюкаев.

Он также отметил, что правительство приняло решение в этом году увеличить объем бюджетных гарантий с 30 млрд руб. до 60 млрд руб. «Это позволит нам принять к рас­смотрению объем финансирования проектов до 240 млрд руб. в том случае, если Банк России представит соответствующий лимит на предоставление рефинансирования», — уточнил глава Минэкономразвития.

Пока для финансирования по этой схеме в агросекторе были отобраны птицеводческие проекты. Три принадлежат группе «Ресурс»: это тамбовский комп­лекс по переработке мяса птицы на Токаревской птицефабрике и ставропольские площадки «Овощная-1» и «Овощная-2» на Кочубеевской птицефабрике, писали «Ведомости» со ссылкой на представителя Минсельхоза.

Также финансирование получит «Акашевская» птицефабрика, она намерена возвести девятую очередь птицекомплекса в Марий Эл. Кредитором проектов выступит Россельхозбанк.

В АПК и ранее были примеры кредитования по схеме проектного финансирования (как займы под денежный поток проекта, без привязки к ЦБ и госгарантиям). Например, общий кредитный портфель Газпромбанка в агросекторе по проектному финансированию составляет более 150 млрд руб., делится его представитель.

В частности, в 2012—2013 годах банк предоставил такие кредиты четырем компаниям. В 2012 году группа «Черкизово» привлекла 22,6 млрд руб. на увеличение мощности птицеводческого комп­лекса в Липецкой области.

В 2013 году «Содружество» получило 8,7 млрд руб. на строительство производственного комплекса по глубокой переработке сои в Калининградской области. Тогда же компания «Агротехнологии» взяла 2 млрд руб. на строительство элеватора в Татарстане, а «Русское море» — $483 млн на покупку активов для рыбодобычи.

Представители отраслевых союзов и участники рынка считают систему проектного финансирования предпочтительнее субсидирования ставок по кредитам. «Нынешняя практика возмещения процентной ставки показала свою неэффективность, — комментирует Злочевский. — Из-за роста ключевой ставки ЦБ необходимо больше бюджетных средств для субсидирования кредитов, поэтому стоит обратить внимание на проектное финансирование». По его данным, сейчас около 70-80% сельхозпроизводителей получают поддержку государства в виде субсидирования процентной ставки.

Андрей Даниленко тоже считает проектное финансирование одним из способов решить главную проб­лему отрасли — дорогие кредитные ресурсы. «Союзмолоко» предлагает создать Фонд Развития АПК, который бы занимался отбором проектов, либо как сейчас это может делать ВЭБ, добавляет он. По мнению Миргалимова, проектное финансирование, безусловно, является более предпочтительным.

Вице-президент по финансам «Мираторга» Вадим Котенко считает наиболее эффективной компенсацию части капитальных затрат после запуска проекта. По его мнению, такой подход значительно расширяет инструменты финансирования, добавляя к ним облигационные займы, иностранные финансовые организации, собственные средства инвесторов, и позволяет исключить из системы поддержки посредников, которыми сейчас являются банки.

Скорректированная госпрограмма развития сельского хозяйства предполагает возмещение части прямых затрат на строительство объектов в молочном животноводстве.

Чиновники Минсельхоза неоднократно говорили, что эту меру было бы целесо­образно распространить и на другие проекты в АПК. В частности, обсуждается возможность компенсации 20% затрат на строительство селекционно-генетических центров. Ведомство считает, что у инвесторов должен быть выбор: получать субсидии по кредитам или прямое возмещение.

Правда, пока этот вариант не согласовали Минфин и Минэкономразвития, говорил ранее директор Департамента экономики и государственной поддержки АПК Минсельхоза Анатолий Куценко.

Андрей Даниленко отмечает, что пока не работают даже утвержденные ранее некоторые меры поддержки. «В прошлом году было принято постановление правительства, увеличивающее срок кредитов для молочной отрасли до 15 лет в связи с длительным сроком окупаемости в секторе, — напоминает он. — 

Но сейчас компании не могут продлить свои кредиты до 15 лет, так как банки считают это реструктуризацией и отображают этот шаг в кредитной истории как неспособность обслуживать действующие обязательства». А это, в свою очередь, влияет на возможность получения субсидий.

Не хватает времени
Президент «Мираторга» Виктор Линник обратился к премьер-министру Дмитрию Медведеву с просьбой пролонгировать до 15 лет субсидирование кредитов под проекты в мясном скотоводстве, выданных до 31 декабря 2012 года. «Мы столкнулись с такой проблемой: если закупать импортный скот, то, например, сейчас нетель с хорошей генетикой из Австралии будет стоить 150 тыс. руб. Наша телка, которая родилась в Брянске и уже акклиматизирована, обходится примерно в 50 тыс. руб. — в три раза дешевле, — сравнивает топ-менеджер. — Но во втором случае мы теряем около двух-трех лет на ее выращивание, пока она будет готова к использованию в производстве». По словам Линника, это относится не только к «Мираторгу», но и ко всем участникам рынка, реализующим проекты в мясном скотоводстве.
Показать еще
Статьи по теме


Рекомендации
Реклама