Минсельхоз пойдет за молоком -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Минсельхоз пойдет за молоком
Инна Ганенко
Агроинвестор
апрель 2009
Помогут ли интервенции отрегулировать рынок
Фото: Итар-ТАСС

Кроме зерновых интервенций, аграрное ведомство в этом году планирует проводить еще и молочные, приобретая сухое молоко для стабилизации цен на сырое. Цель — гарантировать аграриям доходность производства цельного молока и сглаживать сезонность. Эксперты и участники рынка сомневаются в эффективности интервенционных закупок и продаж. Пока не ясно даже, будет ли продукция из госфонда пользоваться спросом у переработчиков — главных потребителей сухого молока.

Интервенции как способ регулирования рынка молока записаны в отраслевой целевой программе «Развитие молочного скотоводства и увеличение производства молока» до 2012 года, которая действует с 2009-го (подробно об этом документе — в статье на стр. 16). Сухое молоко решено покупать в мае-июле, когда цены на цельное падают из-за перенасыщения рынка, а продавать высушенный продукт — в декабре-феврале, на минимуме внутреннего производства сырья (см. график «Маятник цен»). Объем госзакупок в ближайшие четыре года будет составлять 30−35 тыс. т, или 10% годовых ресурсов. «Это позволит сократить сезонный дисбаланс спроса и предложения на молочном рынке и повысить закупочные цены на сырое молоко», — пишут авторы программы.

Чтобы влияние интервенций было заметным, государство должно закупать около 20% от общего объема внутреннего производства, считает Валерий Елхов, генеральный директор Союза мороженщиков России. Другое мнение у Михаила Мищенко из консалтинговой компании CVS, анализирующей молочный сегмент: даже изъятие с рынка 5% от производимых 200 тыс. т/год сухого молока повлияет на цены сырого. Но максимально воздействовать на сектор сухого молока государство все равно не сможет, продолжает Елхов. Колебания цен на этот продукт, по его мнению, все равно будут уже потому, что меняется курс доллара. Он серьезно влияет на внутреннюю цену, так как Россия импортирует до 50% объема сухого молока, который ей требуется, поясняет глава союза.

Механизм и «механизаторы»

О порядке проведения интервенций из текста программы известно немного. Говорится, например, что продавцами сухого молока будут аграрии. Собственных сушильных мощностей у большинства из них нет. «Наверное, [сельхозпроизводителям] придется заключать давальческие договора с переработчиками и продавать государству полученный от них продукт», — предполагает Андрей Даниленко, председатель правления Национального союза производителей молока «Союзмолоко»). «Покупать будут сухое молоко, произведенное на давальческих условиях сельхозпроизводителями», — подтверждает текст программы. При этом у последних останется право выкупа продукта по цене приобретения. Остальное молоко планируется продавать из госфонда переработчикам, но уже по более высоким ценам. Агентом на интервенциях станет РСХБ, который выделит на закупки кредит до 3 млрд руб.

У организаторов закупок будет много сложностей: необходимо составить точные и подробные договора, просчитать ценовую конъюнктуру, перечисляет Мищенко. Даниленко добавляет, что стоит позаботиться о сертифицированных хранилищах и схеме сбыта сухого молока, которая «не сломает рынок». Нужно провести закупки вовремя, добавляет Елхов. А механизм их проведения должен быть известен заранее, настаивает он, чтобы производитель был уверен, что гарантированно реализует свой товар, даже потеряв часть маржи.

Подписано постановление правительства о начале интервенций 1 мая 2009 года, рассказывал в феврале первый вице-премьер Виктор Зубков. Но методика госзакупок отработана не до конца, признает Даниленко. Рабочая группа — в нее входят представители Минсельхоза, Минфина, Минэкономразвития, Молочного союза и «Союзмолоко» — еще только разрабатывает критерии качества закупаемого молока, думает, какими должны быть условия покупки, определяет места хранения госфонда, говорил Даниленко «Агроинвестору» в марте. Первый год молочных интервенций, по его мнению, станет пробным, но позволит понять, насколько действенная новая мера регулирования. «Ведь зерновые интервенции тоже заработали не сразу», — напоминает он (подробнее об истории госзакупок зерна — во врезе «Интервенциям шесть лет»).

Снизится спрос

Может получиться так, что интервенции поддержат белорусских производителей, предостерегают участники рынка. «Белоруссия — крупнейший поставщик сухого молока в Россию, который к тому же сейчас ввозит его беспошлинно», — обращает внимание Даниленко. Этот риск имели в виду и авторы программы развития молочного скотоводства: на время проведения интервенций импорт должен ограничиваться сезонными пошлинами, записано в документе. Сейчас предлагается заключить межправительственное соглашение между Россией и Белоруссией о совместном планировании объемов поставок сухого молока, знает Даниленко. «Стратегически важны» также вопросы цены и объема, говорит он: «Чтобы интервенции влияли на рынок, надо закупать молоко по цене выше рыночной, то есть не ниже 100 руб./кг». Обезжиренное сухое молоко в зависимости от качества стоит сейчас на несколько десятков рублей дешевле — от 50−60 руб./кг, уточняет Даниленко.

В определении цен, по которым государство будет покупать и продавать сухое молоко, как раз и заключается главная сложность интервенций, рассказывает Татьяна Рыбалова, ведущий эксперт Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР). «Прогнозировать их сейчас трудно, так как одновременно с экономическими факторами действует множество субъективных, например, возможное заключение соглашения о ценах на сырое молоко между его производителями и переработчиками или полное введение в действие техрегламента [до 1 июля действует полугодовой переходный период — «АИ"]", — говорит Рыбалова. В текущем году она ожидает уменьшения объемов потребления сухого молока, а значит, и снижения спроса переработчиков на него. Того же мнения Даниленко и Елхов. Каким будет сокращение, эксперты предположить затрудняются. Может получиться, что закупочная цена сухого молока (с учетом кредитов, организационных затрат и хранения) окажется выше той, по которой его можно будет продать зимой, опасается Рыбалова. Тогда государство, поддержав аграриев, получит гарантированный убыток. О возможности убытков говорится и в программе развития молочного скотоводства. В этом случае РСХБ, финансирующий интервенции, получает из бюджета компенсацию, правда, не более 300 млн руб.

Прогноз Рыбаловой подтверждает Павел Исаев, директор по корпоративным коммуникациям холдинга «Юнимилк» (входит в топ-3 отечественных переработчиков молока). Потребность в сухом молоке на внутреннем рынке, вероятно, снизится, предполагает он. «До введения технического регламента на молочную продукцию у нас была возможность сушить летние излишки и использовать их на производстве в дефицитный [зимний] сезон», — разъясняет Исаев. С принятием техрегламента такая необходимость может исчезнуть. Во всяком случае пока, по его наблюдениям, крупные мегаполисы не покупают молочных напитков, хотя до ввода в действие регламента именно они были главными покупателями восстановленного молока. В этом году «Юнимилк» производит молочного напитка меньше, чем планировалось, — 0,5% от общего объема, продукт не находит спроса, разводит руками Исаев.

Теперь действует техрегламент, и переработчики переходят на сырое молоко, а сухое может оказаться невостребованным, вторит ему и экспертам Владимир Корсун, гендиректор московского завода плавленых сыров «Карат». Сейчас его предприятие закупает около 100 т высушенного молока в месяц, тогда как сырого приобретает 450 т в день. Объемы несопоставимы, делает вывод директор и тоже прогнозирует падение спроса на сухое молоко.

Переработчики, которые, по замыслу государства, должны будут принимать у аграриев сырое молоко для давальческой сушки, жалуются, что этот бизнес убыточен. «Юнимилк» производит сухое молоко, но прибыли не имеет, говорит Исаев. В марте, например, цельное молоко стоило 10−11,3 руб./кг, подсчитывает он. То есть для производства килограмма сухого нужно потратить 100−113 руб. только на молоко, при том что рыночная цена последнего — 60 руб./кг, объясняет топ-менеджер. Соглашаясь на убыточную операцию, переработчики, по словам Исаева, идут навстречу поставщикам сырья, которые летом производят его больше, чем требуется молзаводам. «Интервенции помогут выровнять эту сезонность, которая до сих пор остается большой», — надеется он. Сезонность очень высокая, подтверждает Рыбалова из ИКАРа: сейчас самые высокие ежемесячные надои больше самых низких на 60%, отсюда и колебания цены. Если с помощью интервенций получится преодолеть сильный разрыв в зимних и летних ценах на цельное молоко, то ситуация в отрасли стабилизируется, думает она.

Нужны ли закупки

Сами аграрии, впрочем, не понимают, как интервенции могут помочь выравниванию цен, механизм образования которых до конца не ясен. «В прошлом году летом молоко почему-то стоило на 2 руб./кг дороже, чем зимой», — вспоминает Владимир Функнер, глава одноименного КФХ из Алтайского края. Сейчас его ферма на 1,2 тыс. КРС реализует молоко по 10,4 руб./кг, что ниже себестоимости. Средний закупочный тариф по региону — вообще 7−8 руб./кг, сравнивает Функнер. «Если интервенции помогут стабилизировать цены, то пусть их проводят, — говорит он. — Но пока я не представляю, как это будет происходить». Гендиректор другого, подмосковного, хозяйства не верит, что молочные интервенции повлияют на ценообразование. По его мнению, более действенной мерой были бы ежегодные определенные цены конечной продукции и фиксированное распределение дохода всех участников цепочки: производителей молока (50%), переработчиков и ритейлоров (они поделили бы оставшиеся 50%).

Поддержать производителей можно, стимулируя переработчиков, размышляет Владимир Корсун из «Карата», к примеру, возвращая им НДС при закупке молока у аграриев. Эту меру отменили несколько лет назад при переходе крестьян на единый сельскохозяйственный налог (ЕСХН), напоминает он. «Только за прошлый год из-за невозврата НДС мы потеряли 38 млн руб., — сетует Корсун. — Ведь на эти деньги можно было бы купить новую производственную линию [увеличив объем выпуска сыров, а значит, и спрос на качественное молоко]". К тому же нынешние налоговые правила не позволяют отечественным сыроделам конкурировать с субсидируемым импортом из Белоруссии, добавляет он.

В том, что интервенции — хороший способ борьбы с сезонностью, не уверен и Мищенко из CVS. Чтобы решить эту проблему, нужно привлекать в сельское хозяйство грамотных менеджеров, закупать современное оборудование, вводить новые технологии, говорит он. «Но пока этого нет, управление в АПК на низком уровне, будут полезны и интервенции», — иронизирует эксперт. Преодолеть сезонность помогло бы, по выражению Исаева, «обратное стимулирование». Правильнее использовать 3 млрд руб., которые могут выделить на формирование интервенционного фонда, как дотации аграриям, увеличившим производство молока в зимний период, предлагает он. Но даже в этом случае сезонность выровняется не раньше чем через два года, считает Исаев.

Что дальше

Важно заранее определить, как государство использует закупленные излишки, беспокоится Андрей Даниленко из «Союзмолоко». Например, если эти объемы изымут с рынка — оформят как гуманитарную помощь другим странам либо поставят в вооруженные силы, — то эффект от интервенций будет, полагает он. Сейчас же предполагается продажа молока из госфонда внутри страны, сравнивает эксперт. Еще одним вариантом мог бы стать экспорт излишков, как в случае с зерном, но Россия никогда не являлась экспортером сухого молока. Поэтому маловероятно, что она станет им теперь, говорит Даниленко.

За рубежом сельхозпродукцию, закупленную государством на интервенциях, отправляют на экспорт, соглашается с ним Исаев из «Юнимилка». Он тоже думает, что госфонд аккумулирует излишек, но «вытолкнуть его на экспорт» нам, скорее всего, не удастся: по качеству отечественное сухое молоко уступает мировым стандартам. «У нас хотят реализовывать его внутри страны, и это может вызвать дополнительные сложности, — опасается Исаев. — Мировая цена сырого молока сейчас в среднем составляет 8−8,5 руб./кг. В России она выше — на уровне 10−10,5 руб./кг. Поэтому производство сухого молока и его продажа [в интервенционный фонд] могут оказаться невыгодными для участников рынка».

Интервенциям шесть лет
Механизм зерновых интервенций был разработан в 2002 году. Тогда же, в ноябре, стартовали госзакупки зерна, однако первый опыт оказался неудачным. Интервенции начались слишком поздно — цены на зерно уже начали расти и необходимость во вмешательстве отпала. Из выделенных на интервенции 2 млрд руб. было потрачено только 800 млн руб. Объем закупок составил только 250 тыс. т вместо запланированных 750 тыс. т. На продаже зерна с государственный фонд заработали не сельхозпроизводители, а в основном трейдеры, скупившие к тому времени значительную часть урожая.
Впоследствии интервенции стали масштабнее. Так, в 2006 году госфонд пополнился примерно 2 млн т зерна (6,4 млрд руб.). Купленное по 3,1−3,2 тыс. руб./т, в сезоне 2007−2008 сельхозгода его продали уже по 5,2−6 тыс. руб./т. А к 12 марта 2009 года Агентство по регулированию продрынка приобрело более 5 млн т пшеницы, ржи, ячменя и кукурузы прошлогоднего урожая на общую сумму 24,5 млрд руб.
Кто потребляет
Основными потребителями сухого молока, по данным Союза мороженщиков России, являются молочные заводы. Они перерабатывают 75% потребляемого в стране сухого молока. 25% приходится на мороженщиков, кондитеров, производителей мясной продукции и предприятия других секторов. Хладокомбинаты, уточняет директор союза Валерий Елхов, потребляют 40−50 тыс. т сухого молока в год. Его доля в себестоимости мороженого — 7−10%.
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще