Молоко как индикатор экономики -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Молоко как индикатор экономики
Алим Аюбов
Агроинвестор
декабрь 2015
Производство молока в этом году продолжит стагнировать и останется на уровне 30,6 млн т. Однако выпуск основных видов молочной продукции вырастет на 5−15%. При этом розничные цены на нее растут, хотя закупочные на молоко-сырье — снижаются. О проблемах и итогах работы отрасли расскажет автор этой статьи
Фото: Легион-Медиа

В молочной отрасли 2015 год охарактеризовался несколькими событиями. Среди них снижение закупочных цен на сырье, сокращение поставок импортной молочной продукции и рост производства отечественной. Но не все так однозначно. Впереди лишь продолжение нескончаемого кризиса сектора, дополненного новыми проблемами.

Занимательная статистика

Предварительные итоги развития молочной отрасли можно подвести уже сейчас. Размер стада коров в стране, хотя статистика их численности в ЛПХ и недостоверна, все же является индикатором рынка, и ИКАР ожидает его традиционного снижения. Наиболее вероятным станет сокращение поголовья на 2%. В течение всего года наблюдалось именно такое снижение, и причин для перелома ситуации нет. Таким образом, Россия недосчитается около 170 тыс. коров, из которых 82 тыс. придется на корпоративный сектор. Прирост примерно на 3−3,5%, или 35 тыс. животных, будет только у частных фермеров. Но на фоне плюс 53 тыс. в 2014 году или 124 тыс. в 2013-м и этот показатель не будет казаться положительным.

Корпоративный сектор показывает скромный, но рост валовых надоев, частные фермеры увеличивают объемы обычными для них темпами, а в хозяйствах населения надои уменьшаются. При этом относительно неправдоподобности показателей по ЛПХ среди аналитиков рынка есть условный консенсус. Условный прогноз производства молока по итогам года — 99−99,5% от показателя 2014-го, то есть примерно 30,6 млн т. Условный он потому, что предсказывать его бесполезно и бессмысленно.

Продукция дорожает, сырье дешевеет

Корпоративный сектор молочной отрасли, как и экономика в целом, показал удивительную жизнеспособность. Правда, стоит отметить, что весь годовой прирост производства молока был обеспечен в первые пять месяцев. В январе-марте среднемесячный индекс ИКАР по закупочным ценам на сырое молоко был стабильно выше 23,1 руб./кг с НДС, причем в феврале достиг абсолютного рекорда — 23,39 руб./кг. Это, безусловно, мотивировало увеличивать производство. В апреле-мае инертность рынка позволила сохранить этот рост, но уже с гораздо меньшими темпами. Так, если в январе цены увеличились на 4,4%, то в мае — только на 1,9%. Тяжелым для производителей оказался летний период, когда цены на сырое молоко начали падать в среднем на 2,5% в месяц, опустившись до отметки 20,68 руб./кг, хотя годом ранее в это время они были на уровне 21,2 руб./кг.

Цена, которую сельхозпроизводитель не получил в этом году, не может быть возмещена государством. Речь идет даже не о соизмеримом с издержками росте цены. Россия в глубоком и затяжном кризисе. Вряд ли можно было ожидать, что фермеров он обойдет стороной, однако при увеличении розничных цен в магазинах на 15−35% вполне справедливо было ожидать, что закупочные не будут снижаться. Сколько недополучила отрасль с мая по ноябрь этого года, когда они были ниже прошлогоднего уровня? С учетом объемов отгрузки сырого молока в промпереработку и среднемесячного уровня цен, ИКАР оценивает потери на уровне 4,3 млрд руб. При этом за январь-октябрь 2015-го по сравнению с аналогичным периодом прошлого года в рознице молоко и молочные продукты, по данным Росстата, подорожали на 14,1%. Если бы цены на сырое молоко поднимались соизмеримо с их повышением на молочную продукцию, то отрасль дополнительно получила от 35 млрд руб. до 40 млрд руб.

Другой вопрос, сколько производители молока-сырья потеряли из-за роста себестоимости. Здесь мы видим одну из главных проблем молочного животноводства — отсутствие информации. Часть производителей просто не знает свою себестоимость производимого молока, что не позволяет вести правильную ценовую политику. Оценки роста себестоимости молока в этом году разнятся от 10% до 40%. К сожалению, большинство из них ни на чем не основано или делается на примере показателей нескольких компаний. Проведению масштабного исследования мешает закрытость и непрозрачность бизнеса производителей. Конечно, наивно рассчитывать, что коммерческая организация откроет доступ к информации о своей производственно-хозяйственной деятельности.

Задачей отраслевого союза производителей молока является лоббирование интересов отрасли. Но о каком лоббировании может идти речь, если людям, принимающим решения, нельзя предоставить подробную раскладку о реальном положении дел? Голословные фразы о росте себестоимости на 30% при доле импортных составляющих в 60% не будут иметь эффекта, аналогичного развернутым таблицам с цифрами, подтвержденными документацией.

На практике есть примеры некоммерческих союзов производителей молока, анализирующих свои показатели и успешно отстаивающих интересы отрасли как перед переработчиками, так и перед государственными органами. Что мешает делать это каждому производителю?

Во многом проблему можно объяснить отсутствием компетенций. Но важнее то, что между компаниями отрасли нет доверия, зато можно сказать о склонности некоторых участников рынка к оппортунизму. Например, ИКАР сталкивался с попытками манипуляции индексом молочных цен: компании давали заведомо ложную информацию о них, завышая показатели.

Информационный вакуум

За этот год отрасль не сделала ни одного шага в сторону открытости, прозрачности и честной конкуренции. Взаимоотношения между фермером, переработчиком и ритейлом по-прежнему недоступны для понимания, причем основным инициатором закрытости являются звенья, стоящие ниже в этой цепочке. Удивительно, но каждый фермер, скрывая условия своего контракта с переработчиком, считает, что они у него лучше, чем у конкурента, а тот считает так же. При этом каждый переработчик, скрывая условия контракта с ритейлером, думает то же самое.

Информационный вакуум создан руками самих производителей, торговым сетям остается только снимать «сливки», забирая себе добавленную стоимость и маржу. Если ритейл продает молоко в среднем по 60 руб./кг, а фермер за 20−23 руб./кг, то логично, что ВВП страны формирует торговля, а не сельское хозяйство. Этот вклад первой отрасли в экономику страны в итоге становится решающим: по итогам 2014 года она внесла 20% в ВВП, а АПК — лишь около 4%.

Напрашиваются три вывода. Во-первых, государство никогда не пойдет против интересов сектора, составляющего пятую часть экономики страны. Во-вторых, государственная поддержка никогда не заменит справедливого распределения маржи. В-третьих — не добьется этого и непрозрачный рынок.

Важно заметить, что когда речь идет о «справедливости» в рыночной экономике, имеется в виду ситуация, когда цена формируется спросом и предложением, независимо от размера компании и возможности лоббирования интересов. Другими словами, кто и сколько будет зарабатывать, решает конечный покупатель и потребитель, о котором, кстати говоря, участники рынка думают все меньше и меньше.

Прирост за счет «пальмы»

Не будет преувеличением сказать, что 2015 год войдет в историю российской молочной индустрии как год фальсификата и борьбы с ним. Причем эта тема популярна не только в России. Зарубежные аналитики в своих критических статьях о нашей стране почти постоянно приводят ситуацию на молочном рынке как пример безуспешности программы импортозамещения. Так что репутация отечественных переработчиков испорчена по всему миру.

Если рассматривать динамику производства основных видов молочной продукции (в объемном выражении) с прогнозными значениями по итогам года, то в категории «Сыр и творог» мы увидим прирост на 14%. Выпуск сливок увеличится на 10%, сливочного масла — на 5%. Для того, чтобы понять, насколько действительно успешным оказалось замещение зарубежной продукции, ИКАР подсчитал, сколько сырого молока понадобилось бы, чтобы обеспечить эту прибавку.

Даже примерный расчет показал, что для такого увеличения объемов выпуска молочной продукции, который ожидается по итогам 2015 года, дополнительно требуется как минимум 1,1 млн т сырого молока. Как и в предыдущие годы, повышение объемов отгрузки молока в промышленную переработку обгоняет общие темпы роста надоев. Ориентировочно на молокозаводы будет сдано 13,8 млн т, то есть плюс 3%, или 350−400 тыс. т, к уровню 2014-го. Если принять в расчет наращивание производства сырого молока в КФХ, то прибавка все равно получается не больше 370−420 тыс. т. Увеличение импорта белорусского сухого молока компенсирует лишь недопоставки из других стран. За счет чего обеспечивается остальной прирост производства продукции, думаю, всем понятно.

Относительно фальсификата многое уже было сказано. Очевидно, что удорожание молочных продуктов оказалось бы выше, не будь на рынке пальмового масла и если бы переработчики использовали только сырое молоко. Но все же вряд ли бы нам грозили пустые полки в магазинах и раздача сыра по карточкам. Зато за прошедшие полтора года эмбарго мы увидели бы кратно больше инвестиционных проектов, отрасль получила бы долгожданную рентабельность и, возможно, в обозримой перспективе молочная индустрия преобразилась. Узнать наверняка это уже не получится — шанс был упущен.

Автор — старший эксперт рынка молока Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР). Статья написана специально для «Агроинвестора».

Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще