Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Что будет дальше с зерновым рынком?
Николай Лычев |
Февраль 2019
Зерно — одна из немногих свободных рыночных ниш в стране
Фото: flickr.com

Похоже, с рынком зерна собираются что-то сделать. Уже в первый месяц этого года было сказано изрядно такого, что наводит на определенные мысли. Усиливается интерес крупных неотраслевых бизнес-групп, близких государству, к экспорту зерна. А сами власти, возможно, готовят общественность к новым решениям, кардинально меняющим конфигурацию этого сектора.

Напомню вкратце. Николай Токарев — президент «Транснефти», недавно купившей у опальных братьев Магомедовых контроль над НМТП (вторыми после НКХП зерновыми «экспортными воротами» страны), рассказал, что ведет переговоры о создании в ЮФО единого зернового оператора, который «будет контролировать цены на рынке». Топ-менеджер добавил, что постарается «сделать все быстро», так как впереди посевная и новый урожай. А глава Минсельхоза Дмитрий Патрушев заявил в январе: «Будем ориентироваться […] на улучшение качества зерна и, самое главное, будем регулировать цены на внутреннем рынке». Сославшись на хорошую экспортную цену ($240/т), министр добавил, что «это естественно приводит к внутренним корректировкам нашей цены на внутреннем рынке». Из контекста слов министра, правда, можно было предположить, что имеется в виду субсидирование железнодорожного тарифа. Эксперты предположили, что речь еще и о реализации зерна из госфонда. Ну то есть ничего нового. Но осадок остался.

В январе же заявление об усилении внешнеторгового регулирования рынка зерновых сделал директор Россельхознадзора Сергей Данкверт. Он уточнил, что может быть изменена форма допуска продукции к экспорту и/или введено лицензирование этой деятельности для «ряда стран». Сейчас «любая фирма может экспортировать [зерно, и из-за этого] государство не может обеспечить контроль в полном объeме», — пояснил Данкверт. Он также не исключил усиления роли госкомпаний, приведя в пример ОЗК и «Продинторг». Сейчас принадлежащий Росимуществу «Продинторг» с уставным капиталом 980 тыс. руб. не входит даже в топ-30 экспортеров зерна. В последний раз компания упоминалась полтора года назад в контексте возможных поставок Россией Венесуэле 60 тыс. т зерна в месяц, о которых договорились президенты двух стран.

Эти заявления объединяет идея контроля над ценами, во всех есть намек на возможное изменение конфигурации активов или, проще говоря, их передел. Объект всех заявлений и возможных воздействий — рынок зерна, где большой cash flow и есть свободные деньги. В случае с «Транснефтью» теоретически не исключена некая кооперация НЗТ и НКХП - от партнерства при формировании товарных партий до объединения активов. А значит, снизится конкуренция и еще больше вырастут тарифы при перевалке и отгрузке. В случае с государством речь может идти об усилении операционного и фискального контроля над отраслью. Возможным следствием (не хочется думать, что целью) этих активностей будет изъятие у агробизнеса части выручки, которой он в последние годы генерирует все больше.

Участники отрасли опасаются монополизма при экспорте продуктов растениеводства и прямого ценового регулирования. Но это пока вряд ли. Антимонопольное законодательство запрещает регулировать цены. А от канализации экспорта в «одно окно» власть не получит стратегических выгод. Наоборот, она рискует почти уничтожить вывоз зерна. А значит, заведомо забыть об удвоении агроэкспорта в целом и демотивировать растениеводство. Лишившись рыночного финансирования, оно тут же придет за бюджетной поддержкой. И все же огосударствление и унификация экономической деятельности сейчас в тренде. Не так уж и много в России осталось свободных частных рыночных ниш. Поэтому нельзя исключать, что дело ведут к созданию некоего единого государственного оператора зернового рынка.

Год покажет, что будет дальше. Но что-то обязательно будет. А пока происходящее напоминает крылатую фразу, приписываемую классику М .Е. Салтыкову-Щедрину: «Власть должна держать свой народ в состоянии постоянного изумления». Только с поправкой «народ» — на «агробизнес» и с уточнением: «власть и близкие к ней бизнес-структуры».

Показать еще