Навстречу голоду -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Навстречу голоду
Эдвард Шафер
Агроинвестор
апрель 2013
Через 5 лет нужно будет кормить на 400 млн человек больше, чем сейчас
К 2050 году необходимо увеличить производство продовольствия на 70%

У мировой агроиндустрии сложная задача: расти быстрее, чем прибавляется население планеты, причем без использования дополнительных объемов воды и ввода новых сельхозземель. По подсчетам ФАО, к 2050 году нужно на 70% увеличить производство продовольствия. Но пока человечество не выдерживает темпа: каждый год от голода умирают 5 млн одних только детей. Россия имеет реальный шанс помочь миру решить продовольственную проблему и занять заметное место в глобальной экономике, считает автор этой статьи.

Современный мир, казалось бы, производит достаточно продуктов питания, чтобы накормить всех: сельское хозяйство поставляет на 17% больше калорий на человека, чем 30 лет назад, хотя население за этот период прибавило 70%. Формально нынешних объемов достаточно, чтобы обеспечить каждого жителя Земли по крайней мере 2720 калориями в день.

Кто накормит 5 млн детей?

Но это только на первый взгляд. В последнее время мы являемся свидетелями политической и общественной обеспокоенности продовольственной проблемой, видим миллионы истощенных людей, погибающих от голода. Ежегодно во всем мире умирают пять миллионов детей, потому что им нечего есть, и около миллиарда человек голодает. Глобальный финансово-экономический кризис отбросит еще больше людей за черту бедности, навстречу голоду. Еще один факт. Ежегодно в мире рождаются примерно 80 млн человек. Это означает, что через 5 лет нужно будет накормить еще 400 млн людей — больше, чем нынешняя общая численность населения Соединенных Штатов!

Решение этой проблемы ляжет на плечи фермеров; есть опасность, что мы не выдержим темпа роста спроса и не сможем обеспечить питанием увеличивающееся население. Тем более что перед мировой сельскохозяйственной индустрией стоит долгосрочная задача не просто нарастить производство агропродукции, а еще и сделать это без использования большего, чем сейчас, объема земли и воды. Основная проблема заключается в том, что у многих стран недостаточного угодий для выращивания сельхозкультур либо у их населения не хватает доходов, чтобы купить необходимые продукты питания. А страны, которые производят достаточно продукции, чтобы ее экспортировать, не могут удовлетворить растущий мировой спрос, если только не прилагают серьезных усилий по увеличению доходности национальных агропроизводств.

Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (ФАО) на Всемирном продовольственном саммите 1996 года ставила цель к 2015-му вдвое сократить число голодающего населения. Мне выпала честь представлять Соединенные Штаты Америки на Всемирном продовольственном саммите 2008 года, и что же? Количество голодающих за прошедшее время только выросло! Пытаясь найти выход из сложившейся ситуации, генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун на конференции на высшем уровне по продовольственной безопасности поставил новую задачу — к 2050 году увеличить производство продовольствия на 70%. Однако осенью 2011-го ФАО опубликовала отчет, из которого следует, что задача накормить к этому времени население Земли, которое в 2050 году должно достигнуть 9 млрд человек, может оказаться почти невыполнимой. В отчете особое внимание уделяется результату, который оказали на мир ранее сделанные сельскохозяйственные преобразования. Некоторые агропромышленные системы, пишет ФАО, вот-вот переступят грань «экологической сознательности», достигнув к тому же предела производственных возможностей. Это может стать очень сложной проблемой на фоне всеобщей стагнации / снижения производства сельхозпродукции. Фактически мы сейчас наблюдаем отсутствие сколько-нибудь значительного роста производства. Производительность увеличилась на 13% за 1970-е годы, на 26% — за 1980-е, но в 1990-е рост снизился до 11%, и с тех пор мы видим скромные 0,8% в год. Если бы глобальная производительность продолжала расти такими же темпами, как с 1970 по 1990 год, то, например, производство риса в 2010-м составило бы 485 млн т (примерно на 10% больше реального показателя). А ведь на него приходится более 50% всей мировой пищевой промышленности!

Сокращаются не только темпы роста — идет падение темпов увеличения доходности, в мире сокращаются запасы, что приводит к повышению цен. Поэтому причина голода может быть не только в наличии или отсутствии продуктов, но и в том, что бедному населению в последние десятилетия становилось все сложнее приобретать питание. Этот порочный круг нужно разорвать, ведь только в результате позапрошлогоднего роста цен на продукты от голода пострадали 40 млн человек.

Развитые страны на протяжении следующих десяти лет прогнозируют рост [собственных экономик] на 2,2% [в год]. Направление взято верное, хоть темпы и небольшие. Так, Европейский Союз в этот период должен показывать рост менее чем на 2%, а Япония — на 1,25%. Но, к сожалению, эти показатели прогнозировались до наступления европейского кризиса, так что сейчас мы не знаем, как страны ЕС разрешат свои проблемы. Более надежным драйвером будет продолжающийся уверенный рост в Китае, Индии и в остальных странах Азии. Он, как ожидается, увеличит долю Азии в мировом ВВП почти до 30% в течение следующих 10 лет. Но общемировой темп роста, как предполагается, в ближайшем будущем все же упадет до среднего показателя в 3,4%/год.

Биотехнологии — выход для мира?

В долгосрочной перспективе решение продовольственной проблемы почти невозможно без возврата к всеобъемлющему и неизменному мировому экономическому росту. Он обеспечит и возможности агропроизводителей, и доходы потребителей сельскохозяйственной продукции. Приоритетом должно оставаться обеспечение продовольственной безопасности для тех, кто в этом мире страдает от бедности и голода: впереди увеличение численности населения при одновременном отсутствии возможности освоения новых земель. Значит, нужно помочь фермерам стран всего мира улучшить производительность их собственных сельхозугодий. Другими словами, мы должны помочь им добиться того, что удавалось американским фермерам на протяжении предыдущих десятилетий.

Приведу пример. За последние 15 лет производство кукурузы в нашей стране увеличилось на 50% — со 100 бушелей/акр до 150 бушелей/акр. А ведь это только средний показатель: есть штаты, где производят по 300 бушелей с акра! Причем скорость наращивания объемов продолжает увеличиваться: в планах США — менее чем за 10 лет удвоить урожайность кукурузы. Такой прирост возможен благодаря новым сортам, появившимся в результате революции в биотехнологиях. Значительную долю роста урожаев и урожайности дали также прецизионное фермерство, качественные органические удобрения, улучшение систем полива и рациональное использование водных ресурсов.

Однако, как вы знаете, есть много препятствий, которые предстоит преодолеть для реализации данного сценария в глобальном масштабе, особенно развивающимся странам: это плохие дороги, нехватка холодильного оборудования и удобрений, отсутствие возможностей для хранения, недостаточное знание передовых технологий. Вот лишь несколько проблем, которых на самом деле намного больше. И потом, для того, чтобы быть эффективными, сельхозпроизводителям необходимо концентрироваться не только на мгновенных результатах своей деятельности, но также на средне- и долгосрочных задачах. В числе последних — технологии работы с агрокультурами после сбора урожая и методы торговли [логистика — «АИ"] продовольственной продукцией. А в некоторых странах законодательно оформляют самые последние новинки «зеленой революции», такие как гибридные сорта, первооткрывателем которых был доктор Норман Борлауг.

Странам со сложными экологическими и климатическими условиями ведения сельского хозяйства есть смысл подумать о новых решениях, связанных с возможностями биотехнологий. Ведь биотехнологии — один из наиболее мощных инструментов увеличения продуктивности угодий и повышения благосостояния сельской бедноты. Некоторые страны последовательно поощряют культивирование растений, выведенных с помощью биотехнологий. В 2010 году земли, отведенные в мире под урожаи биотехнологических агрокультур, выросли на 12% и превысили 280 млн акров. Биотехнологические урожаи выращивали более 12 млн фермеров 23 государств. Из них около 10 млн представляли малые хозяйства развивающихся стран.

Еще один интересный факт. За 2008 год США экспортировали в страны Евросоюза зерна и масличных, выращенных с применением биотехнологий, на $2,5 млрд. При этом ЕС запрещает производить ГМО. Я думаю, там не видят связи между импортируемыми ГМО-агрокультурами и тем фактом, что европейцы потребляют мясо животных, питавшихся кормом, произведенным из этих агрокультур. Сейчас Евросоюз теряет влияние в развивающихся странах, особенно африканских, расположенных южнее Сахары. Годами этим странам внушали, что нельзя экспортировать продукцию ГМО в европейские государства, а налоговые и тарифные льготы ЕС для развивающихся стран не распространялись на продукцию ГМО. Соблюдая директивы Евросоюза, они долгое время не выращивали семена агрокультур, разработанных с применением новых технологий. Но теперь страна за страной отступают от этого принципа, понимая, что выгоднее получать семена, которые дают лучший урожай в их климатических условиях и на местных почвах.

В числе таких государств — Буркина-Фасо и Египет, которые недавно решили ввести в коммерческий оборот биотехнологические сорта кукурузы. Обе страны работают над биотехнологиями выращивания хлопка. Еще два африканских государства приступили к полевым испытаниям пищевых агрокультур, созданных с применением биотехнологий: Южная Африка — сорго, а Уганда — бананов. Правительство Танзании реализует проекты государственно-частного партнерства с целью развития трансгенного засухоустойчивого маиса. Австралия готова выращивать генноинженерную канолу.

Такие продовольственные агрокультуры могут улучшить питание человека, одновременно оживляя сельскую экономическую активность и способствуя увеличению дохода фермеров. Биотехнологии также ускоряют селекцию и способствуют более точному распознаванию болезней растений. Это особенно актуально для экономически значимых агрокультур, процесс селекции которых ранее был чрезмерно медленным.

У нас в Соединенных Штатах Америки был позитивный опыт использования биотехнологических полей для увеличения урожайности плюс отказа от использования гербицидов и инсектицидов. Кроме того, таким растениям нужно меньше воды; они хорошо растут в разных климатических условиях. Кстати, к вопросу о воде, всем нам необходимо начать планирование более рационального, чистого и при этом обильного снабжения [агропроизводств] водой. Пока защите и сохранению мировых водных ресурсов уделяется явно недостаточное внимание.

Россия на низком старте

Итак, что все это значит для России?

Я считаю, что ваша страна находится в выгодном положении, чтобы воспользоваться мировой конъюнктурой для совершенствования агропроизводственных методов и роста объемов сельхозпродукции. Россия в состоянии реально помочь решению проблемы глобальной нехватки продуктов питания. Уже сейчас вы оспариваете лидерство США на глобальном рынке пшеницы. Египет — самый крупный ее покупатель — в 2010 году увеличил поставки из России с 40% до 58% общего объема закупок этой агрокультуры. Доля продаж США в Египте за тот же период упала до 8%.

Сейчас вашей стране принадлежит четверть мирового рынка пшеницы, тогда как всего 15 лет назад Россия была вынуждена закупать ее. Колхозы и совхозы просто не заложили фундамента эффективного агропроизводства. Но вскоре после распада Советского Союза ситуация начала налаживаться, инвесторы стали покупать земли и предложили современные фермерские методы. Прошло сравнительно немного времени, и из крупного импортера зерна вы стали одним из ведущих экспортеров. Причем у России есть все возможности для того, чтобы вывести этот вид агропродукции на еще более высокий уровень. Ведь сейчас ее объемы производства составляют всего около 44% от тех, какими они могли бы быть! Это очень большой потенциал. У вас есть возможность накормить развивающиеся страны Ближнего Востока и Северной Африки высококачественной мукомольной пшеницей по компетентным ценам.

Проблема России — низкая производительность сельского хозяйства. Она продолжит ограничиваться ввиду недостаточного использования новых технологий. Их разработка в ХХ веке заняла десятилетия, но теперь они трансформируют рынок, и у вас есть преимущество — адаптировать эти разработки, импортировать новейшее оборудование, методы и другие ресурсы без необходимости длительного ожидания результатов научных исследований.

Развитие российской агроиндустрии также сдерживает излишнее влияние экспортных ограничений и фискального фактора на маркетинг зерна. Это удерживает западные фирмы от инвестиций в вашу страну и, безусловно, увеличивает риски и уязвимость ваших компаний на глобальном рынке. Вмешательство правительств в работу рынков нежелательно на западе и не очень хорошо для российского сельского хозяйства. Вы не имеете доступа к новым технологиям и другим ресурсам во многом потому, что инвесторы боятся потерять свою собственность, поскольку она в вашей стране не защищена.

Но при всех рисках Россия — это страна огромных возможностей. Вы на хорошем старте, чтобы в будущем с помощью вашей аграрной продукции занять заметное место в глобальной экономике и помочь миру решить вопросы нехватки продовольствия.

Сила от земли
Автор — о родине и USDA
Я много рассказываю о сельском хозяйстве — во многом потому, что ранее занимал пост министра сельского хозяйства США (USDA). Когда президент Авраам Линкольн основал USDA в 1862 году, то назвал его народным министерством, потому что оно оказывает огромное влияние на людей. Это актуально и сейчас, спустя почти 150 лет. Не только Министерство сельского хозяйства США воздействует на жизнь людей — само сельское хозяйство становится все более влиятельным фактором с точки зрения производства продуктов питания, глобальной торговли и государственной политики. И вот я был ответственным за это огромное, четвертое по величине государственное агентство США. Смета текущих затрат составляла $95 млрд/год, а утвержденные программы — около $285 млрд/год. Штат министерства тоже внушительный — в общей сложности 107 тыс. сотрудников.
Мой родной штат — Северная Дакота, и я не без удовольствия отмечу, что по сравнению с другими штатами у нас самая лучшая экономическая ситуация, низкий уровень безработицы и годовой профицит бюджета в размере миллиарда долларов. Думаю, в такой ситуации хотели бы оказаться многие наши штаты, да и вся страна. У Северной Дакоты общие с Россией сильные стороны: энергетика и сельское хозяйство. Штат является четвертым в США производителем нефти. Через год мы рассчитываем стать вторым нефтяным регионом, пропустив вперед [по объему добычи] только Техас. Как и у вас, у нас огромные территории и тысячи гектаров хорошей, богатой, плодородной почвы. Безусловно, земли у вас намного больше — иногда мне кажется, что весь наш штат поместился бы в пределах города Москвы. Хотя, может быть, он не такой уж и маленький…
Я живу в фермерской стране, и нам повезло быть производителем номер один таких агрокультур, как пшеница, ячмень, лен, подсолнечник, бобовые, овес и канола. Мы являемся вторым крупнейшим глобальным производителем меда и занимаем четвертую позицию по сахарной свекле и картофелю. Как и в России, наша сила — от земли. Северная Дакота стала родиной больших процветающих американских хозяйств в то время, когда страна еще только формировалась. Сейчас здесь расположены, пожалуй, самые продуктивные, эффективные и прибыльные фермы США.
Я верю, что те же сильные стороны окажут положительное влияние на вашу производительность и экономику.
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще