Действующие лица истории с «ОГО»

Действующие лица истории с «ОГО»
Илья Карпов, совладелец
1972 г. р. Образование высшее (экономика управления предприятием, Академия госслужбы). В ОГО пришел в 1993 году трейдером. В 1997—2001 годах — заместитель гендиректора. С 2001 года — гендиректор. С 2006-ого — председатель совета директоров.
Александр Фурман, совладелец
1956 г. р. Окончил Всесоюзный заочный политехнический институт в 1988 г. В конце 1980-х создал швейный кооператив вместе с Германом Ханом. В 1997—1998 годах — президент Тюменской нефтяной компании (ТНК). Занимал руководящие должности в «Башнефть-ТНК», «Уралнефтехиме», «Нижневартовскнефтегазе», концерне «Нефтяной». В 2003—2011 годах — депутат Госдумы от «Единой России». С 2012 года — председатель совета директоров ОГО.
Сергей Куприянов, бывший член совета директоров
1965 г. р. Окончил МГТУ им. Баумана в 1991 году Основатель и руководитель компаний «Бизнессистема», «Агентство спортивного маркетинга», «Нобил», Parliament Group. В 2008—2010 годах — член совета директоров группы CEDC, которая купила Parliament. С июня 2010-ого по 29 июня 2012 года — член совета директоров ОГО.
Юрий Манилов, член совета директоров
1963 г. р. Окончил Институт нефти и газа им. Губкина и Финансовую академию при правительстве России. С 1991 года — президент компании «Урожай» (входила в Parliament Group). Один из основателей Parliament Group. Президент и акционер рыбного холдинга «Морская политика». С февраля 2012 года — член совета директоров ОГО.
Артур Давыдов, бывший гендиректор
1965 г. р. В 1989 году окончил Военно-медицинскую академию им. Кирова в Санкт-Петербурге. Проходил службу в ВДВ на должностях от врача медицинского пункта до начальника медицинской службы дивизии. В 1994—1995 годах — начальник медицинской службы Российского батальона ООН в г. Сараево (Югославия). В 1998 году окончил Высшую банковскую школу РЭА им. Плеханова. С 2001 года — первый заместитель гендиректора, с 2006-ого — гендиректор Ступинской металлургической компании. Был исполнительным директором управляющей компании «Русспецсталь». С июня 2010-ого по август 2012 года — гендиректор ОГО.

Офшорные загадки

На 15 октября 2010 года Sunbird Corp. владеет 50% ОГО, а Карпов — 1%. А на 25 марта 2011 года доля Sunbird сократилась до 37,5%, а 12,5% досталось новому акционеру — Streamline Finance (см. таблицу «Владельцы ОГО») Кто его бенефициар? — Экс-гендиректор ОГО Артур Давыдов предполагает, что это доля одного из основателей ОГО, Ильи Хайкина, ранее вышедшего из состава акционеров, но как она у него снова оказалась — не объясняет. Один из акционеров ОГО подтверждает, что это доля Хайкина. С Хайкиным связаться не удалось.
На 15 октября 2010 года 1% ОГО принадлежал напрямую Карпову. А на 25 марта 2011-ого 1% записан на Valbay Investments. Кто бенефициар этого офшора? — Карпов говорит, что это доля Фурмана, и тогда получается, что Фурман всего контролировал 50% и был, как минимум, равноправным с Карповым акционером.
Саакова говорит, что это доля Карпова, и тогда получается, что ни Саакова, ни Фурман никогда не контролировали больше 49%

Заканчивается история АПК ОГО — одного из старейших российских агрохолдингов, основанного в позднесоветские годы. Центральный офис компании закрыт, уцелевшие активы ждут покупателей, члены совета директоров сидят в «Матросской Тишине» по обвинению в вымогательстве у основного акционера, а сама группа должна кредиторам 8,6 млрд руб. при выручке 4,3 млрд руб.

В конце августа cледственный департамент МВД сообщил, что завел уголовное дело о вымогательстве. Двое подозреваемых — Юрий Манилов и Сергей Куприянов — задержаны у себя дома в подмосковной Салтыковке, а третий — Марк Мильготин — оставлен «на излечении в больнице». Все они подозреваются в том, что «угрожали убийством крупному предпринимателю, требуя передать им пакет принадлежащих ему акций агропромышленной компании стоимостью 150 млн руб., а также не препятствовать в дальнейшем в полном завладении 13 элеваторами в различных субъектах Российской Федерации». «Предприниматель, — говорилось в сообщении, — воспринял все угрозы реально и подписал договор купли-продажи принадлежащих ему акций», а акции кипрской компании, владеющей элеваторами, «по имеющимся сведениям, были похищены у него ранее».

Компания, о которой шла речь, — АПК ОГО — один из ведущих агропромышленных холдингов России, а «крупный предприниматель», «воспринявший все угрозы» и обратившийся в полицию, — его владелец Илья Карпов. Оставленный на излечении Мильготин — авторитет, известный как Марик.

Вполне понятную вроде бы картину бандитского наезда делает менее понятной тот факт, что другие два злоумышленника — Куприянов и Манилов — входили в совет директоров ОГО. И вообще они известны не как злоумышленники, а как основатели и бывшие совладельцы крупной водочной компании Parliament Group, которая в 2010 году была удачно продана польской CEDC почти за $300 млн.

Что же на самом деле случилось в «агропромышленной компании»?

Первый агрохолдинг

ОГО — патриарх российского аграрного рынка. Кооператив «Обеспечение государственных организаций» (ОГО) основали в 1988 году Владимир Зубков и Владимир Климов, к которым позже присоединились Аркадий Злочевский и Илья Хайкин. Начав с торговли постельным бельем, компания стала одним из крупнейших трейдеров Российской товарно-сырьевой биржи — торговала металлами, нефтепродуктами и т. д. Как-то подвернулась партия зерна. «Это натолкнуло нас на мысль, что свято место пусто, — вспоминал Злочевский (ныне президент Российского зернового союза) в интервью Forbes. — Мы хорошо умели спекулировать. Так появилась зерновая тема».

Карпов пришел в ОГО трейдером в 1993-ем и через три года возглавил топливный департамент. В первый российский кризис 1998 года это направление позволило ОГО выжить. «Во время дефолта он [топливный департамент] оказался в выигрышной ситуации: зерновой работал больше с импортом и поэтому имел убытки, а топливный много продавал на экспорт и, наоборот, заработал на дефолте. В итоге акционеры предложили мне возглавить и зерновой департамент тоже. Тогда же мне дали мой первый пакет акций — 12,5%", — вспоминал Карпов в интервью «Агроинвестору».

Он стал превращать трейдера в вертикально интегрированный зерновой холдинг: от поля до прилавка. Началась скупка элеваторов, комбинатов хлебопродуктов (мельниц), хлебозаводов и птицефабрик. Под руководством Карпова компания приобретала активы и потихоньку теряла акционеров-основателей, которые продавали ему свои пакеты. В 2007 году у него было 70% ОГО, еще 30% числилось за офшорами. «Мы продали 30%-ный пакет иностранному инвестору, который пожелал остаться неизвестным. Он не имеет отношения к АПК и не является стратегическим для ОГО», — объяснял ранее Карпов «Агроинвестору».

К 2006 году ОГО стала респектабельным агрохолдингом с выручкой 11 млрд руб. По данным «Финама», компания включала более 40 предприятий, занимающихся производством муки и комбикормов, зерновым трейдингом и хранением зерна, производством хлебобулочных и кондитерских изделий, птицеводством. ОГО сообщала, что в 2007 году произвела около 4% муки и 2,4% комбикормов в стране, а по элеваторным мощностям (1,8 млн т) входит в первую российскую тройку.

IPO было намечено на 2008 год. Но тут случился второй российский кризис. 2009 год ознаменовался для ОГО дефолтами по облигационным займам и арестами счетов по просроченным кредитам (отличился Альфа-банк). Выручил Россельхозбанк (РСХБ), который рефинансировал большую часть кредитов. По данным компании, на сентябрь 2012 года задолженность предприятий группы составляла 8,6 млрд руб., в том числе 7,6 млрд руб. она была должна РСХБ. Выручка АПК ОГО за первое полугодие 2012 года — всего 1,4 млрд руб. Но представители группы уточняют, что суммарная выручка всех компаний холдинга составляет 4,3 млрд руб.

Такое соотношение долга и выручки — хорошая почва для конфликта акционеров.

Версия Карпова

Как рассказал «Ведомостям» Карпов, 30% ОГО он в 2006 году продал Александру Фурману — депутату Госдумы (теперь уже бывшему) и совладельцу банка «Кремлевский». Выходит, Фурман и есть тот самый «иностранный инвестор, который пожелал остаться неизвестным». Сколько именно заплатил депутат — Карпов не говорит. Связаться с Фурманом не удалось.

Доля в ОГО тогда выглядела перспективной покупкой. Российские компании аграрного сектора как раз выходили на биржу: «Разгуляй» смог привлечь $144 млн, а «Черкизово» — $250 млн. ОГО, конечно, была поменьше: Карпов говорил, что в 2007 году аналитики оценивали всю компанию в $250 — 300 млн.

Но IPO не случилось, а вместо этого случились проблемы с кредиторами. Компании нужна была помощь, продолжает Карпов, и он в расчете на административную поддержку продал еще 19% акций Фурману, перераспределив доли между тремя офшорами. Так доля Фурмана стала 49%, которые были записаны сначала на офшоры, а потом — на председателя совета директоров банка «Кремлевский» Лилию Саакову. Позднее, утверждает Карпов, доля Фурмана дошла до 50% — он отдал еще 1%.

Став равноправным акционером, Фурман представил Мильготина (Марика) как своего бизнес-партнера, который в свою очередь пригласил Манилова и Куприянова, чтобы те представляли его интересы в компании ОГО. А те уже привели свою команду, включая людей из Parliament. По документам Куприянов вошел в совет директоров ОГО в июле 2010-ого, а Манилов — в феврале 2012 года.

Но новая команда ничего не могла поделать со старыми долгами: ежегодно только на выплату процентов компания тратила около 1 млрд руб., рассказывает бывший топ-менеджер ОГО. Оборотные средства сокращались, показатели бизнеса ухудшались. В конце концов на плаву остались только четыре хлебозавода, уже не справлявшиеся с содержанием остальных убыточных активов. В мае этого года сотрудникам центрального офиса ОГО предложили поискать новую работу. Примерно из 100 человек ушло около 90, а офис с 1 сентября закрылся; к тому времени долги по зарплате доходили до двух месяцев.

Карпов говорит, что с середины 2010 года передал управление ОГО новой команде. По его словам, он с Маниловым и Куприяновым разошелся во мнении, как она должна управляться. После этого Карпов продал 12,5% ОГО и, как миноритарий с 37,5% акций, перестал влиять на принятие существенных решений.

Но его не оставили в покое. Куприянов, Манилов и их помощники стали требовать, чтобы он отдал еще 17,5% ОГО и свою долю в офшоре Chapeldon Trading, на который были записаны все 13 элеваторов ОГО. Туда их еще до кризиса вывели для продажи японскому торговому дому Sojitz. По словам Карпова, этот офшор принадлежал им с Фурманом в соотношении 50 на 50.

Тогда Карпов пошел в полицию. 29 августа Манилова и Куприянова задержали.

Версия против Карпова

Начнем с того, что никаких сенсационных задержаний полиция не проводила: Манилов и Куприянов добровольно явились в следственный департамент МВД в Газетном переулке, утверждают их адвокаты. Обвинения в вымогательстве они считают оговором.

Гендиректором ОГО с июня 2010-ого по август 2012 года работал Артур Давыдов. Он говорит, что его назначили на эту должность, а Куприянова ввели в совет директоров, еще когда Карпов был контролирующим акционером. Так что Карпов, по крайней мере против этого, не возражал. А Саакова из «Кремлевского» говорит, что ни у нее, ни у Фурмана вообще никогда не было больше 49% акций компании. Куприянова и Манилова, продолжает Давыдов, позвали в ОГО потому, что они создали успешную компанию Parliament и сумели выгодно продать ее CEDC. Их цель была навести в бизнесе агрохолдинга порядок.

Новая команда начала с аудита и обнаружила ряд неприятных вещей. Прежде всего, вполне ожидаемый огромный долг в 9 млрд руб. (причем ставки по кредитам доходили до 19% годовых) и дефицит оборотных средств. «Наше резюме о состоянии компании было категоричным, — рассказывает Давыдов, — вся группа компаний, входящих в ОГО, находится в ситуации замкнутого круга и будет вынуждена не обслуживать ссудную задолженность и обязательно привлекать новую кредитную массу».

Выяснилось также, что ОГО на июнь 2010 года принадлежало не 27 предприятий, которые были перечислены на сайте компании, а только пять птицефабрик, две из которых не работали. Остальные активы были выведены из компании, говорит Давыдов. Имущество всех четырех хлебозаводов оказалось заложено по валютному кредиту «БТА банка» примерно на 1,2 млрд руб. в рублевом эквиваленте. По кредиту поручился «Центрпродукт», управлявший заводами. А взял кредит в 2007 году некий офшор. Он его не вернул, и БТА подал в Арбитражный суд Москвы иск к ОГО. Вместе с процентами и неустойкой сумма достигла 2,5 млрд руб., говорит Давыдов. Нашлась также безнадежная дебиторская задолженность ОГО примерно в 1,2 млрд руб. Должник — компания, подконтрольная Карпову. Плюс мелочи вроде той, что председатель совета директоров Карпов числился консультантом по маркетингу с ежемесячной зарплатой около 2,3 млн руб.

Главная проблема, конечно, была в долгах. Давыдов и Саакова говорят, что рассчитывали продать элеваторы, которые были оценены примерно в 5 млрд руб., чтобы рассчитаться с РСХБ. А у Карпова, которому принадлежит половина элеваторного офшора, не было по этому поводу «четкой позиции». Очевидно, переговоры с Куприяновым, Маниловым и Мильготиным должны были помочь Карпову эту позицию сформулировать. Что он и сделал — пошел в полицию. Вывод активов Карпов отрицает: «Что там можно было вывести, если все заложено?».

Почти банкрот

Что делать с группой предприятий, которые, по словам представителя ОГО, за прошлый год выручили 11,5 млрд руб. (это почти равно их общему долгу)? Сейчас, говорит Давыдов, ОГО пытается вернуть активы, чтобы распродать их и рассчитаться по долгам. Удалось вернуть семь действующих предприятий, рассказывает он; суды по хлебозаводам, заложенным БТА, продолжаются: ОГО пытается оспорить само поручительство.

ОГО вместе с РСХБ и региональными властями ищут покупателей на комбинаты хлебопродуктов и птицефабрики, и даже уже есть претенденты. По словам Давыдова, акционеры рассчитывают таким образом погасить примерно половину долга. Другую половину — за счет продажи все тех же элеваторов.

Работа по реструктуризации кредитного портфеля ОГО продолжается, сообщила «Ведомостям» пресс-служба РСХБ: «Банк совместно с вологодской [областной] администрацией и акционерами АПК ОГО приняли первоочередные меры, которые позволили сохранить производство продукции компаний, входящих в АПК ОГО. В настоящее время готовятся материалы по реструктуризации кредитного портфеля АПК ОГО на рассмотрение уполномоченным органам банка».

Что после такой реструктуризации останется от компании? Может, что-то и останется, рассуждает Давыдов: процесс покажет. Он говорит, что офис компании не закрылся, а переехал с Дербеневской набережной на ул. Фридриха Энгельса. Это была вынужденная мера: ОГО не может платить аренду, поскольку из-за судебных разбирательств ее счета арестованы, заключает Давыдов.

Статья опубликована в газете «Ведомости»