Не мы первые -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Не мы первые
Андрей Дальнов, Алена Лексина, Константин Кузнецов
Агроинвестор
октябрь 2013
Как другие страны побеждали АЧС

Африканскую чуму свиней (АЧС) впервые выявили 100 лет назад в африканских колониях Португалии. В 1957 году ее обнаружили в Европе (той же Португалии), но предотвратили. Спустя еще три года — после того как свиней одного из хозяйств вблизи аэропорта Лиссабона накормили объедками с рейса из Анголы — болезнь вернулась на континент и до сих пор не побеждена. Чем мировой опыт может быть полезен России, с 2007 года тоже борющейся с АЧС?

В разное время пандемия присутствовала на территориях Испании, Франции, Италии, Мальты, Нидерландов, Бельгии. Болезнь фиксировалась в Центральной Америке (Куба, Гаити, Доминиканская республика), в Бразилии и СССР. В Советском Союзе с заболеванием справились быстро. Помогли жесткая централизованная структура госуправления, опыт борьбы с заболеванием в дружественной Кубе и всестороннее изучение вируса как биологического оружия. Ведь вирус АЧС обладает всеми необходимыми качествами для применения в военных действиях — заразность, смертность на уровне 100% и скоротечность развития болезни. АЧС как потенциальное биологическое оружие изучали США, что в 1971 году дало повод Фиделю Кастро обвинить ЦРУ в преднамеренном заражении кубинского поголовья. Но, учитывая, что соседствующий со страной американский штат Флорида был одним из лидеров по производству свинины в США, вмешательство ЦРУ представляется маловероятным. За короткое время под руководством советских специалистов на «Острове свободы» забили 430 тыс. свиней (правда, большую часть съели — времена на Кубе были голодные). В этом контексте становится понятным, почему в 1977 году в СССР подавлением вспышек АЧС занималась комиссия, обладавшая почти неограниченными полномочиями. Все очаги заболевания — в Одесской, Киевской, Свердловской областях, на Кавказе и в Молдове — ликвидировали в кратчайшие сроки. После расследования был назван источник заболевания — объедки с сухогруза, прибывшего в порт Одесса из Бразилии. Впрочем, на Урале и Украине в то время велись разработки биологического оружия. Теоретически секретные лаборатории тоже могли стать источником заражения.

АЧС в России

Спустя 30 лет АЧС вернулась в Россию — на этот раз по суше из окрестностей грузинского порта Поти. Вновь не обошлось без слухов о происках ЦРУ. Но вряд ли американцы, кропотливо улаживая торговые споры с ЕС накануне начала переговоров о создании Атлантической зоны торговли, были способны «подложить свинью» таких масштабов своим старым союзникам в Европе, куда АЧС с большой вероятностью попадет через Россию.

При распространении АЧС в любой стране самыми неблагоприятными становятся районы с высокой концентрацией свиней в хозяйствах населения и значительной плотностью популяции диких кабанов. Если при начале эпидемии в России ведущая роль в распространении вируса принадлежала диким животным, то затем первенство перешло к личным хозяйствам. Таблица «Лидеры по вспышкам» показывает, что доля ЛПХ в региональном производстве свинины, число и интенсивность случаев АЧС напрямую связаны. Крестьяне выбрасывают трупы свиней в ближайшие лесополосы, где их находят и съедают кабаны. При появлении первых признаков болезни животных забивают, вместо того чтобы вызвать ветеринаров, а инфицированное мясо продается на рынках или реализуется для переработки. Далее вирус распространяется в охлажденном мясе или колбасных изделиях, а также на поверхностях транспорта и одежде людей. Есть случаи заражения промышленных свинокомплексов. Но история борьбы с АЧС в других странах показывает, что проникновение вирусов на индустриальные предприятия — это, скорее, исключение. Хорошо защищенных, но инфицированных объектов обычно единицы. Потенциально АЧС может распространяться через клещей (Ornithodoros). К счастью, ареал их обитания ограничен южными районами страны, а свиньи не являются типичными носителями. В то же время, если вирусу удается закрепиться в популяции клещей, то это многократно усложняет задачу по очистке территории от болезни.

Потери

Принимая во внимание число подтвержденных случаев гибели животных от АЧС, продолжительность и географическое распространение заболевания в нашей стране, приходится констатировать, что эпидемия достигла беспрецедентных за пределами Африки масштабов. По оценке Россельхознадзора, к началу 2013 года прямые и косвенные потери составили около $1 млрд. Это обычный, хотя и не предельный, уровень при масштабной и длительной пандемии. Например, потери Бразилии только во втором полугодии 1978 года (активная фаза борьбы) оценивались в $100 млн. В 1979 году после проникновения АЧС в Доминикану американские сельскохозяйственные экономисты оценили потенциальный ущерб при проникновении вируса в США. Возможным источником заражения считались мигранты: в штате Нью-Йорк проживало около 400 тыс. доминиканцев. Власти разработали несколько сценариев развития ситуации. Для России сейчас больше всего подходит самый негативный из них: болезнь стала эндемичной — постоянно присутствующей на большой территории. АЧС, как и прочие заболевания, не распространяется линейно. Вирулентность может изменяться внезапно, приводя к заражению до 20% популяции в регионе. Затем численность зараженных свиней падает до уровня 1−3% в год и далее до нуля (это подтверждает испанский опыт). В американской модели контроль над заболеванием, депопуляция и карантин обошлись бы в $115, а возмещение убытков — в $320 на одну погибшую либо уничтоженную свинью. Исходя из этой методики расчетов, в России — при текущих ценах на «живок» — компенсация должна быть не менее $212, а общие прямые издержки на борьбу с заболеванием — минимум $1,3 млрд. Если учитывать возможный рост потребительских расходов в первые годы действия программы, рост затрат свиноводов и не произведенную в результате карантина продукцию, то потери вырастают на порядок. Далее при расчетах традиционно учитываются несостоявшиеся экспортные отгрузки. В отношении России это трудно сделать, поскольку свинина и колбасные изделия не экспортируются, а мифические 200 тыс. т экспорта, прогнозируемые МСХ к 2020 году, не выглядят убедительными — тем более без учета эпизоотической ситуации. Из-за распространения АЧС России придется на десятилетия забыть об экспорте свинины. При этом регионализация (присвоение части страны статуса свободной от АЧС) не поможет: подавляющее большинство регионов, лидирующих в промышленном производстве, заражены или им угрожает опасность заражения — см. таблицу «Что у крупных». А проникновение АЧС в Белгородскую область летом этого года вообще ставит крест на амбициях по «завоеванию международных рынков». Показательный пример. США разрешили ввоз итальянской колбасы мортаделла (то есть не свинины, а содержащего ее продукта) только через 33 года после выявления АЧС в Италии и только потому, что хотели пролоббировать снятие запрета на импорт в Европу своей говядины. До этого был запрещен ввоз в США любой продукции, содержащей свиной жир. Например, туристы, в багаже которых были паштеты из фуа-гра, с удивлением узнавали на американской таможенной границе, что аппетитные баночки придется сдать на утилизацию. При производстве паштета используется шпиг, а во Франции в то время уже обнаружили АЧС. Помимо перечисленного, болезнь может стать предлогом для ограничения экспорта зерна. Но вывоз в таком случае можно будет сориентировать исключительно на исламские страны, которые по понятным причинам не имеют свиноводства.

Как победить?

В 1985—1995 годах десятилетняя программа борьбы с АЧС была реализована в Испании. Опыт этой страны, возможно, максимально отвечает российским реалиям. В других европейских государствах и в западном полушарии с болезнью справлялись относительно быстро. Даже на Гаити, где до 95% свиней содержалось в ЛПХ (фактически на веревке, привязанной к колу), эпидемию ликвидировали в считанные месяцы путем тотального уничтожения стада. Вопрос сохранения свиноводства в республике мало кого волновал — речь шла о защите свинокомплексов США и Канады. В Испании АЧС появилась в 1960 году и быстро распространилась на юг и юго-запад, где была развита традиционная модель свиноводства — вольный выпас. Испанские крестьяне, демонстрируя присущий нации фатализм, десятилетиями мирились с болезнью. Ежегодные потери, как и в соседней Португалии, составляли 2−3% стада, однако общая численность свиней динамично росла. Случаи проникновения заболевания на промышленные комплексы севера были редкими. Однако эпизоотический статус страны мешал развитию экспорта. После десятилетия активной борьбы при поддержке ЕС АЧС все же исчезла с территории иберийского полуострова.

Испанская программа борьбы с вирусом отличалась относительной мягкостью. Речь не шла о массовом уничтожении свиней (как на Гаити) или избирательной ликвидации стада на традиционных производствах и в личных хозяйствах. Тем не менее в инфицированных районах хозяйства и комплексы, признанные неблагополучными по биобезопасности, были вынуждены прекратить свою деятельность. Масштабной «зачисткой» популяции диких кабанов в Испании тоже не занимались. Вместо этого осуществлялся постоянный мониторинг популяции и через охотничьи ассоциации выявлялись случаи заражения кабанов.

Если взять за основу опыт Испании, то сценарий ликвидации АЧС в России мог бы выглядеть так. Усилия по борьбе с болезнью должны быть синхронизированы с Украиной и Белоруссией. Для Испании одним из факторов их первоначального провала был разгул вируса в соседней Португалии. Координировать программу по борьбе с болезнью должен единый орган управления: в Испании существовала Центральная ветеринарная администрация (ЦВА). Для ранней диагностики АЧС необходимо создавать специализированные мобильные лаборатории (в Испании их было 127; результаты взятых там тестов подтверждались в 13 стационарных лабораториях). Существование разветвленной сети таких лабораторий повышает доверие к поставленному диагнозу, что немаловажно для формирования доверия населения. Компенсация за уничтоженных животных должна составлять до 100% их рыночной цены. При компенсации на уровне 40% испанские крестьяне продолжали скрывать случаи заражения. Обязательная часть успешной программы — массовая пропаганда в СМИ. В Испании и Бразилии необходимость и правила борьбы с АЧС разъяснялись в газетах, на телевидении и по радио. Акцент делался на недопустимости скармливания сторонних отходов свиньям. Корма рекомендовали кипятить. После реализации этих мер страну разделяют на зоны и проводят достоверную перепись хозяйств населения и промышленных объектов, включая бойни. В выявленных очагах заболевания ЛПХ и предприятия, не отвечающие стандартам биобезопасности, должны прекращать существование. Прежде всего, в эту зону должны войти Краснодарский край и Ростовская область. Перемещение свинины с юга на север должно быть полностью остановлено до момента кратного снижения вспышек АЧС в данных регионах. Остальная территория России до Урала может быть классифицирована как зона наблюдения, что подразумевает регулярное обследование всех свиноферм. Перемещение животных должно строго контролироваться, чему поможет создание системы отслеживания происхождения мяса. Она позволит выявить очаг заражения сразу после исследования товарной партии и обнаружения вируса на бойне. Тех, кто выбрасывает трупы животных в лес, нужно преследовать в уголовном порядке. Исключение этой практики поможет остановить распространение АЧС среди диких кабанов. Опыт Испании показывает, что без постоянной «подпитки» со стороны ЛПХ АЧС в их популяции медленно затухает.

Государство должно участвовать в финансировании улучшения биозащиты промпредприятий — строительстве ограждений (чтобы держать диких кабанов на безопасном расстоянии), дезинфекции навоза, устройстве санитарных зон и пр. Так в Испании с 1985 по 1990 годы было улучшен статус более 2 тыс. объектов.

И еще один интересный факт. Исследование, проведенное на пике борьбы с АЧС в Испании, показало, что более 90% зараженных объектов получили вирус в результате вспышки АЧС, которая произошла в соседних хозяйствах.

Нужно разъяснять

При появлении в любой стране заболевания, сравнимого по степени вирулентности с АЧС, экономисты подсчитывают убытки, а обыватели поддерживают и передают друг другу разные версии, основанные на теории заговора. Самая вредная из них — АЧС-де не существует: ее придумали для очистки рынка от ЛПХ импортеры мяса или владельцы современных свинокомплексов. Эта версия была популярна и в Бразилии в конце 1970-х годов. Бороться с этим заблуждением нужно через разъяснения в СМИ. Важно, чтобы они были простыми и доходчивыми. Например, можно показывать по ТВ вскрытие пораженных животных — их измененные и наполненные кровью внутренности выглядят более чем убедительно. Самым опасным слухом является попытка обвинить в намеренном распространении АЧС кого-либо извне или внутренних врагов. Это классический прием, отработанный еще во времена средневековой инквизиции. У нас виновных ищут среди иностранных агентов, спецслужб или владельцев российских промышленных предприятий. Такая логическая цепочка — стопроцентный абсурд. АЧС — заболевание высшей категории опасности с потенциально глобальным ареалом распространения. Мало кто думает о прибыли, когда речь идет о существовании бизнеса. К тому же ЛПХ никогда и нигде не были конкурентоспособны по сравнению с индустриальными холдингами. Их доля по мере развития промышленного производства снижается сама собой и, чтобы это происходило, нет необходимости использовать биологическое оружие. Другое дело, что распространение АЧС в нашей стране дискредитирует российское сельское хозяйство и существенно ограничивает возможности диверсификации экспорта (не только мяса) в обозримом будущем. В этом смысле АЧС — общая большая беда для всех участников рынка.

Авторы — руководитель и сотрудники информационно-аналитической группы Останкинского мясоперерабатывающего комбината. Статья написана специально для «Агроинвестора».

Испанский опыт борьбы с АЧС
-инфицированное стадо зараженных хозяйств, предприятий подлежало незамедлительному уничтожению;
-через месяц проводилась полная дезинфекция помещений: сжигалось все, что горело, а навозные ямы обрабатывались 2-процентным раствором гидроксида натрия (щелочь), проводилась обработка пестицидами (уничтожение насекомых и грызунов);
-вокруг очага заражения на три месяца устанавливалась санитарная зона (несколько сот метров), где прекращалось передвижение людей, животных и грузов;
-после этого на комплекс запускались индикаторные животные (10−20% от присутствующего до начала заболевания поголовья). Если через месяц они не заболевали их тестировали на наличие вируса и при отрицательном результате разрешали возобновление коммерческой деятельности на объекте. Репопуляция обычно осуществлялась в течение 3 месяцев после ввода индикаторных животных. Если в помещениях или рядом находили клещей, репопуляция разрешалась в исключительных случаях после консультаций с Центральной ветеринарной администрацией;
-одновременно с учреждением санитарной зоны, устанавливались зона защиты (радиус 3 км) и наблюдения (радиус 10 км). Все свиньи в радиусе 3 км подлежали тестированию. Через месяц тестирование проводилось повторно. Перемещение животных в зонах было запрещено на протяжении 30 дней. Также свиньи не могли быть вывезены за их пределы.
Юрий Ковалев
Гендиректор Национального союза свиноводов

Согласен со всеми оценками, которые приводятся в статье. С болезнью мы справимся не раньше, чем через пять-семь лет. У нас слишком большая доля ЛПХ на рынке плюс мешает ментальность людей, которые готовы скрывать свиней, несмотря ни на какие опасности заражения. К тому же отсутствует единая федеральная ветслужба. Чтобы победить АЧС, придется сокращать производство в частных хозяйствах. Полностью ликвидировать свиноводство придется тем, кто не обеспечивает биобезопасности. Без этого прекратить распространение АЧС невозможно, что подтверждает в том числе опыт Испании, боровшейся с вирусом 30 лет. Так много времени стране потребовалось в первую очередь потому, что переход местного свиноводства на промышленную основу был длительным — с 1960-х по 1990-е годы. Когда он завершился, Испании удалось не только победить болезнь, но и стать ориентированной на экспорт свинины страной. У нас доля ЛПХ, выращивающих свиней, уже значительно снизилась — с 70% [российского производства] в 2005 году до 25% — в первом полугодии этого. Доля хозяйств любых форм собственности, не обеспечивающих биобезопасности своих производств и тем более имеющих неучтенных животных, должна существенно снижаться и дальше. Другого варианта нет. Перед нами пример Краснодарского края, в котором АЧС почти уничтожила свиноводство. Поголовье в частных хозяйствах региона пришлось ликвидировать: остались только те, кто перешли на околопромышленные технологии и стараются держать биобезопасность хозяйств на приемлемом уровне. По данным регионального Минсельхоза, из 300 тыс. свиней, которые были в ЛПХ в 2009 году, осталось только 2 тыс. Не имея третьего или четвертого компартментов, содержать свиней в регионе запрещено.
Александр Никитин
Вице-президент агрохолдинга «Мираторг»

Поддерживаю выводы авторов статьи. Действительно, распространение вируса закрывает для нас мировые рынки, в том числе через регионализацию. У нашей компании были планы выхода на экспорт, но пока придется их отложить. В статье говорится, что компенсация за уничтоженных животных должна составлять около 100% рыночной цены. Соглашусь с оговоркой: эту меру нужно распространить только на производителей, соблюдающих ветеринарные и санитарные требования при разведении свиней. Ведь если производство свинины ведется с заведомым нарушением всех возможных правил, то от проникновения инфекции предприятие абсолютно не застраховано. По моему мнению, самое главное в борьбе с АЧС — перестроить отрасль так, чтобы свиней разводили и забивали исключительно на предприятиях с третьим или четвертым компартментами. Также необходимы депопуляция диких кабанов и создание единой ветслужбы.
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще