Молочный конфуз -Агротехника и технологии
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!
Молочный конфуз
Алена Гроздова, Мария Лушникова
Агротехника и технологии
апрель 2009
Принятие «Технического регламента на молоко и молочную продукцию» (первый регламент в виде федерального закона) — событие далеко не однозначное для животноводческой отрасли. С одной стороны, новый закон будет способствовать увеличению спроса на сырье высокого качества, в результате чего поднимется закупочная стоимость сырого молока и у аграриев появится стимул переходить на современные технологии производства. С другой стороны, жесткие требования техрегламента к качеству молока ставят большинство сельхозпроизводителей в затруднительную ситуацию. По данным экспертов, в стране всего лишь 20−30% молферм в состоянии соответствовать новым параметрам.
Фото: www. flickr.com

Перед тем, как в мае прошлого года технический регламент был принят Госдумой, одобрен Советом Федерации и в июне подписан президентом РФ, его содержание претерпело массу изменений. Наиболее важная поправка — о запрете называть молоком продукт, произведенный с использованием сухого сырья, — в проект техрегламента была внесена еще до первого чтения Государственной думы. Инициаторами этих изменений выступили представители сельхозпроизводителей в лице первого заместителя председателя комитета ГД по аграрным вопросам Айрата Хайрулина и президента группы компаний «Русские фермы» Андрея Даниленко совместно с Минсельхозом и при поддержке «Единой России».

Однако внесение в готовящийся закон пункта о разделении конечной продукции на «молоко» и «молочный напиток» не вызвало положительной реакции у большинства переработчиков. Они не видели объективных предпосылок для перехода исключительно на натуральное сырье и опасались, что сухое молоко (по оценкам экспертов занимающее 13% рынка питьевого молока) подвергнется дискредитации, в результате чего появятся проблемы с продвижением «молочного напитка». По мнению экспертов, эта поправка в корне изменила содержание технического регламента.

Но помимо жестких требований к переработчикам техрегламент выстраивает достаточно строгие рамки и для сельхозпроизводителей. В первую очередь стоит сказать о требованиях к качественному составу сырья. К примеру, старые нормы содержания соматических клеток для высшего сорта в 1 куб. см молока составляли не более 500 тыс., в новом же документе этот показатель сократился до 200 тыс. Изменения претерпели и параметры по бактериальной обсемененности. Если раньше они не должны были превышать 300 тыс., то сейчас — 100 тыс. Также ужесточились требования к массовой доле белка и жира в сыром молоке (жир — от 2,8 до 6,0, белок — не менее 2,8). В национальном же стандарте, работающем до нововведений, эти параметры не регламентировались.

Вектор регламента «Изначально разработка технического регламента была инициирована крупнейшим российским переработчиком. Но внесение поправок о разделении продукции (в зависимости от того, какое сырье было использовано при его изготовлении — сырое или сухое) привело к тому, что закон стал прежде всего защищать интересы производителей молока и потребителей», — не сомневается ведущий эксперт Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Татьяна Рыбалова. С ее слов, ситуация складывалась следующим образом. Из-за изменений конъюнктуры мирового молочного рынка во втором полугодии 2007 года произошел резкий рост цен на молочные продукты, который в 2008 году сменился падением. Сухое молоко подешевело почти на 40% (цены на сырое тоже снижались, но не так стремительно). И поскольку переработчики предпочитали закупать дешевое белорусское молоко, производство молочной продукции из восстановленного стало намного выгоднее, чем из сырого, объясняет эксперт. «Дошло до невиданных прецедентов, когда даже в период «большого молока» перерабатывающие предприятия производили продукцию из молочного порошка. Закупки сырого молока снизились в большинстве регионов, в результате оно отправлялось на корм скоту», — сетует Рыбалова. В доказательство эксперт подтверждает свои слова цифрами: согласно расчетам ИКАР, в 2008 году упал спрос на заменитель цельного молока, используемый для выпойки телят, а расход молока на корм скоту вырос с 10,4% до 11% от общего ресурса молока в стране. Одновременно импорт сухого обезжиренного молока вырос на 75%.

Поэтому федеральный закон, разграничивающий продукты на произведенные из сырого и восстановленного молока, выглядит «спасательным кругом» для сельхозпроизводителей, убеждена Рыбалова. Принятый техрегламент должен стимулировать использование переработчиками сырого молока и тем самым активизировать его производство. Однако эксперт опасается, что они будут бойкотировать исполнение закона, и 2009 год может стать годом повсеместных фальсификаций, когда молочный напиток будет выдаваться за натуральное молоко.

С Рыбаловой согласен Андрей Даниленко. «Принятие нового закона необходимо сейчас, когда производитель «скатился» до таких низких цен, что некоторые хозяйства вынуждены ставить вопрос о ликвидации производства», — говорит он.

К мнению экспертов также присоединяется исполнительный директор Молочного союза России Владимир Лабинов. «Помимо того, что закон будет способствовать вытеснению фальсифицированных продуктов с рынка и стимулировать аграриев производить продукцию более высокого качества, он расширит каналы сбыта сырого молока как ингредиента пищевой промышленности. Например, в документе указано, что производство детского питания возможно только из сырого молока высшего и первого сорта», — замечает исполнительный директор.

При этом он утверждает, что техрегламент не направлен на снижение ввоза импортного сухого молока. «Сухое сырье — это такой же продукт, как и натуральное молоко, — настаивает Лабинов. — Оно используется как компонент при производстве мороженого, в кондитерской промышленности и молочном производстве. Просто нужно признать, что в отношении этого сырья проявлено невежество «на высшем уровне». По словам эксперта, дискредитация сухого молока уже выходит аграриям боком и приводит к снижению его стоимости. «Сегодня сухое молоко стоит так дешево, как оно не стоило никогда — до $1,6/кг (такой цены не было уже лет семь). А летом, когда будет сезонный переизбыток молока, сырье на сушку и вовсе станут принимать по бросовой цене (она может опуститься до 5 руб.)», — прогнозирует Лабинов.

Действительно, одной из ключевых проблем российской молочной отрасли является высокий коэффициент сезонности (порядка 1,6), продолжает директор департамента заготовки сырья компании «Юнимилк» (крупный производитель молочной продукции) Николай Ильинский. «Профицит сырья летом и дефицит зимой в значительной степени влияют на конъюнктуру рынка, — говорит специалист. — И если в предыдущие годы эта проблема решалась сушкой летнего молока и восстановлением его осенью и зимой для производства, то после введения техрегламента использование переработчиками сухого молока существенно ограничится и его производство станет нерентабельным. Например, в нашей компании до введения техрегламента использование сухого молока составляло порядка 10−12%. В настоящее время эта цифра не превышает 2% от всего объема сырья, израсходованного на производство готовой продукции. Зато закупки сырого молока после вступления закона в силу мы увеличили почти на четверть».

В худшем случае, по мнению Ильинского, аграрии, не желающие мириться с низкой ценой на свою продукцию в сезон «высокого молока», начнут резать скот. Тогда следующим этапом может стать острый дефицит сырья будущей осенью и, как следствие, резкий скачок цен на молоко и готовую продукцию, прогнозирует он.

Почем сырье?

Аграрии надеялись, что, вступив в силу, техрегламент незамедлительно повлияет на рост закупочных цен на сырое молоко. «Мы ожидали, что увеличение спроса на сырое молоко первого и высшего сорта приведет к его дефициту и повлечет за собой повышение стоимости. Однако этого не произошло и в ближайшее время вряд ли случится, так как переработчики не торопятся следовать правилам, которые выдвигает им новый закон. Более того, государство пошло им навстречу и объявило период лояльности, который продлится как минимум до июня», — огорчен гендиректор агропредприятия «Суворова» (Краснодарский край; 1,25 голов КРС дойного стада) Александр Пелих.

Так, например, завод, с которым работает молферма «Рапти» (Ленинградская область; 952 голов КРС дойного стада), игнорирует новые требования к упаковке, маркировке, качеству молока и продуктов его переработки и не обращает внимания на отсутствие у своих сырьевиков декларации (после вступления в силу техрегламента аграрии должны заполнить «декларацию о соответствии»), говорит гендиректор хозяйства Василий Пахомов. «Закупочная стоимость у нас никак не изменилась, — сетует он. — Ежедневно мы отправляем переработчику более 20 тыс. л молока высшего сорта, за которое получаем довольно невысокую плату — 12−14 руб./л вместо ожидаемых 18 руб./л».

Но даже при выполнении переработчиками требований техрегламента надежды аграриев на получение более высокой закупочной цены на молоко могут не оправдаться. Например, в случае с предприятием «Макеево» молзавод «Вимм-Билль-Данн» принял во внимание требования техрегламента не только к своему продукту, но и к качеству сырья, однако некоторые крестьяне остались недовольны. «Если раньше высший сорт принимался без учета новых требований (по соматике, бактобсемененности и т. д.), то сегодня результаты лабораторных анализов влияют на стоимость сырья. Но, к сожалению, не в пользу аграриев. Переработчики говорят нам, что сырье не соответствует параметрам высшего сорта, и понижают цену. Следовательно, молоко, которое раньше оценивалось как высший сорт, автоматически становится первым, и его стоимость понижается примерно на 5%", — разочарован главный зоотехник предприятия «Макеево» (Московская область; 900 голов дойного стада) Дмитрий Шишикин.

По его словам, в прошлом году переработчик признавал их молоко за высший сорт, а после принятия техрегламента — только за первый. Из-за этого базовая цена на сырье в хозяйстве уменьшилась на 1 руб./л (из-за отсутствия фактора сезонности закупочная цена у предприятия одна и та же на протяжении всего года — в среднем 15 руб./л за высший сорт и, соответственно, 14 руб./л за первый). Однако к концу января 2009 года предприятию удалось понизить показатель соматических клеток до 200 тыс., и его молоко вновь приобрело статус высшего сорта.

Другой крупный переработчик молока — компания «Юнимилк» — еще до введения техрегламента ознакомил своих поставщиков с требованиями закона, чтобы они были готовы повышать качество сырья. «Благодаря этому наши партнеры из Белгородской, Ленинградской, Ростовской и других областей продолжают снабжать нас молоком европейского качества, и дело тут не в техрегламенте, а в ответственной работе и умении эффективно вести производство», — уверен Ильинский.

Система ценообразования у «Юнимилка» осталась той же, не изменилась и зависимость цены от сезона и от региона (территориального расположения молферм). «Если принять стоимость литра молока первого сорта за единицу, то за молоко высшего сорта мы платим на 10% больше, европейского — на 20% больше, а второй сорт уже оценивается на 10% дешевле первого», — поясняет специалист.

Однако некоторые молзаводы стараются любыми способами понизить им закупочную стоимость сырья, ссылаясь на ужесточение требований к качеству молока техрегламентом или на экономический кризис.

Например, не самым лучшим образом складываются взаимоотношения с переработчиком у хозяйства «Откормочное» (Тульская область, растениеводство, животноводство: 360 голов КРС). «С нового года молзавод выдвинул перед нами более жесткие требования к качеству молока, сделав упор на содержание массовой доли белка: до 3% — первый сорт, более 3% — высший (эти критерии жестче, чем в техрегламенте). В результате получилось, что в прошлом году переработчик покупал у нас молоко высшего сорта и платил 12 руб./л, а с января этого года то же самое сырье (из-за того, что не добирает по белку) берет как первый сорт, оценивая в 10,6 руб./л», — недовольна исполняющая обязанности управляющего цеха животноводства Татьяна Курилкина. По ее словам, в отличие от переработчиков специалисты молфермы не в состоянии проверить содержание белка в сыром молоке, так как у них нет для этого оборудования. «Плохо, что мы вынуждены верить им на слово», — сетует Курилкина.

Предприятию «Подовинное» (Челябинская область; холодное содержание КРС, 1,150 тыс. голов дойного стада) переработчик тоже убавил закупочную стоимость, но только по другой причине. «С первого марта Челябинский городской молочный завод объявил нам о понижении закупочной стоимости на один рубль, объяснив это падением покупательского спроса на молоко и молочную продукцию. И им было не важно, что мы выполняем все требования техрегламента к качеству сырого молока (например, у высшего сорта содержание соматических клеток не более 200−220 тыс.)», — раздосадован директор СПК «Подовинное» Сергей Мельников.

Урегулировать ценовую политику сегодня пытаются отраслевые союзы. Со слов Даниленко, в феврале этого года Национальный союз производителей молока совместно с Молочным союзом заключили соглашение о создании к первому марта системы мониторинга молочного рынка по всей цепочке «от земли и до прилавка». Для определения ситуации на рынке отраслевые союзы намерены выявить истинные себестоимость и цену, а также определить рентабельность молока. «В настоящее время между союзами согласовывается механизм формирования цен на сырое молоко, — рассказывает Даниленко. — Очень хорошо, что каждая сторона отстаивает свои интересы, но по некоторым принципиальным позициям мы не можем найти компромисса. И все же мы стараемся выработать сбалансированную позицию, при которой соблюдались бы определенные правила игры всеми участниками рынка. Я надеюсь, что в ближайшие дни мы придем к какому-нибудь соглашению».

По результатам можно будет установить степень проблемы и понять, требуется ли государственное вмешательство (это может быть таможенно-тарифное регулирование, субсидирование, страхование, обеспечение кредитными ресурсами и т. д.) или рынок в состоянии справиться сам, объясняет Даниленко. «Во втором случае мы сможем информировать участников рынка о том, какая цена, на наш взгляд, является справедливой, а какая не является рыночной. Но нам, конечно, не обойтись без закона о торговле, который должен быть вскоре принят», — добавляет эксперт.

По мнению Даниленко, технический регламент начнет стимулировать рост закупочной стоимости на сырое молоко не раньше, чем к осени этого года.

Вопрос к качеству

Опрошенные журналом «АТт» аграрии единогласно заявили, что в стране около 80% сельхозпредприятий не в состоянии выполнить новые требования техрегламента. Легче всего в этой ситуации будет тем, кто уже не первый год производит и сдает молоко в соответствии с европейскими стандартами качества. Но их не так уж и много.

Со слов Пелиха из «Суворова», в их районе находится 24 молфермы, но из них лишь две производят молоко, отвечающее указанным в техрегламенте параметрам. Специалист считает, что в условиях нелегкой экономической ситуации не все предприятия смогут перейти на более высокий уровень производства.

С ним согласны и другие опрошенные нами аграрии. Однако их мнение не разделяет Рыбалова из ИКАРа. Эксперт вспоминает, как в 2003 году принимался ГОСТ

Р 52054, который содержал куда более жесткие требования практически по всем показателям по сравнению с советским ГОСТом 13264−88. «Многие животноводы тогда говорили, что не смогут работать по новому стандарту, — говорит Рыбалова. — Однако сильная дифференциация в закупочных ценах быстро привела к увеличению объемов молока, соответствующего показателям высшего и первого сорта».

Если не задавать более высоких стандартов, то не будет экономических стимулов для изменения ситуации в отрасли, считает эксперт. Кроме того, падение спроса на молочную продукцию в ближайшей перспективе поможет безболезненно пережить вытеснение с рынка производителей низкосортного сырья. «Если в отдельных регионах нехватка молока и будет ощущаться, то в целом по стране его часть может оказаться невостребованной, ведь в нынешней ситуации не хватает лишь качественного молока», — отмечает Рыбалова.

Гендиректор компании «Диагенис» (консалтинг в молочном животноводстве) Роман Костюк тоже считает, что изменения в параметрах, определяющих качество сырого молока, пойдут российскому молочному животноводству только на пользу. В своей практике Костюк наблюдал немало хозяйств, в которых показатели по соматике превышали 500 тыс. «Дело в том, что в нашей стране значительная часть животноводов равнодушно относится к субклинической (латентной, скрытой, без видимых симптомов) форме мастита, — поясняет специалист. — Большинство аграриев не проводят мониторинг стада и пропускают начало развития этого заболевания».

По его словам, первым тревожным сигналом может послужить показатель соматических клеток в сборном молоке. «Если при диагностике выявлено 500 тыс. клеток и выше, то, согласно научным исследованиям, не менее 20% стада поражено маститом, — отмечает специалист. — По английским стандартам такое молоко вообще непригодно в пищу».

Проблема осложняется тем, что мастит не лечат, а останавливают, продолжает Костюк: «Даже самые лучшие антибиотики всего лишь останавливают гибель альвеол в вымени, а уже погибшие никогда не восстановятся. В результате есть риск получить двусосковых и однососковых коров, а таких животных в российских колхозах немало (15−25 голов на стадо в 300−500 коров)».

Что делать?

Для того чтобы соблюсти все требования закона, аграриям не обойтись без применения современных технологий на протяжении всего цикла, начиная от заготовки кормов и заканчивая отгрузкой молока на перерабатывающее предприятие, убежден Пахомов из агрокомпании «Рапти». «К примеру, в нашем хозяйстве после перехода на беспривязное содержание КРС удалось улучшить показатели качества. До замены доильного оборудования соматика составляла 600−700 тыс., а сегодня этот показатель упал до 300, и это не предел», — доволен гендиректор. С его слов, «Рапти» в прошлом году производило 99% молока высшего качества. Сегодня на предприятии «хромает» лишь показатель по соматике. Однако Пахомов не отчаивается и планирует понизить его за счет проведения выбраковки склонных к маститу животных (30% стада). По его подсчетам, на это потребуется не больше полугода. «Однако такие работы нам не очень выгодно проводить при нынешней закупочной цене (12−14 руб./л): выбраковка повлечет за собой уменьшение поголовья и сокращение валового производства молока на 30%, а эти изменения потянут за собой вниз рентабельность и повлияют на падение дохода от продажи молока. К тому же на нас висят кредиты, которые нужно выплачивать. Поэтому проще смягчить требования техрегламента, понизив соматику с 200 до 300 тыс. В противном случае хозяйствам, у которых она зашкаливает за 500 тыс., одной выбраковкой ситуацию не поправишь», — рассуждает специалист.

Повысить качественные показатели за счет замены оборудования намерены и на предприятии «Суворова». Для того чтобы стабильно получать молоко высшего сорта, к весне этого года в компании планируют установить доильные аппараты импортного производства, которые уменьшат вероятность возникновения мастита и перевести все корпуса на автоматическую промывку (из девяти корпусов пока только один работает с автопромывкой). По мнению Пелиха, эти изменения в производстве повлияют на снижение параметра по бактериальной обсемененности молока до 200 тыс. По его подсчетам, на эти работы уйдет около 5,5 млн руб.

Однако не все специалисты считают, что современное доильное оборудование — панацея от проблем, связанных с качеством молока. «Конечно, мерилом качественно работающего оборудования служит низкая степень травмирования соска во время дойки. Но каким бы хорошим ни был доильный аппарат, он не избавит хозяйство от этой проблемы. И не принципиально, какой из элементов системы к этому приведет (сосковая резина, неверно выставленный вакуум или неправильное обслуживание) — все равно в основе всегда стоит человеческий фактор. Так что мастит вполне можно вызвать и на современном оборудовании», — уверяет Костюк из «Диагенис».

Но, несмотря на это, доильное оборудование облегчает выполнение требований техрегламента, продолжает он. «Даже если оно не самое новое, при отлаженной и грамотной работе обслуживающего персонала по соблюдению технологии промывки, использовании надежных моющих средств, своевременной замене элементов системы выполнимы самые жесткие требования к качеству молока», — убежден специалист. Второй не менее важный вопрос — это система быстрого охлаждения продукта. «Например, если аграрий экономит на качественных фильтрах и у него нет охладителя молока, то ему будет сложно получить высший сорт», — предупреждает Костюк.

В том, что получить высокое качество продукта можно на старом оборудовании, не сомневается также и Даниленко. То, что это возможно, специалист доказал на собственном примере. «В 2008 году мы получили «убитый» комплекс советских времен с немногочисленным и не самым лучшим поголовьем (400 голов дойного стада), но за счет грамотного ветеринарного обслуживания, использования правильной технологии дойки (чистые трубопроводы, своевременная промывка) и обеспечения соответствующего охлаждения смогли получить молоко высшего сорта, понизив показатели соматических клеток с более чем 1 млн до 200 тыс. На все эти работы у нас ушло около 10 млн руб.», — доволен эксперт.

Сегодня он занимается модернизацией старого коровника на 500 голов в Белгородской области. «Чтобы добиться высшего сорта с соматикой 200 тыс. (в настоящее время — 1 млн), нам потребуется срок от двух месяцев до полугода. Для этого мы устанавливаем новые молокопроводы, охладитель молока. Все это сопровождается соответствующей зоотехнической и ветеринарной работой. Реконструкция этой фермы (при наличии поголовья) обойдется хозяевам в 10−15 млн руб. При увеличении закупочной цены на сырое молоко на два рубля эта сумма окупится в течение года. Но если хозяйству необходимо будет придать презентабельный вид, не ограничиваясь лишь повышением эффективности, потребуется гораздо больше времени и денег», — делится опытом эксперт.

В настоящее время на российском рынке примерно 30% молферм поставляют сырье высшего сорта, уверен Даниленко. Это и новые комплексы, и старые фермы, прошедшие незначительную реконструкцию. На их долю приходится 5−10% сырого молока высшего качества от общего количества сырья, производимого в стране. Но вскоре этих объемов будет недостаточно: регламент начнет работать в полную силу и рынку понадобится 25−30% молока высшего сорта, рассуждает эксперт. «В теории у нас в стране есть хозяйства, готовые в короткие сроки дать эти объемы, не проводя масштабного перевооружения, но для этого аграриям необходим стимул — справедливая базовая цена как минимум 12 руб./л сырого молока», — считает Даниленко.

Первый блин комом
Практически все игроки молочного рынка не сомневаются в необходимости внесения поправок в новый закон. Представители отраслевых союзов считают, что требования к производителям, равно как и к переработчикам, немного завышены.
По словам Лабинова, в требованиях техрегламента выявлено около 30 технических ошибок, часть из которых относится к параметрам качества молока.
По мнению Даниленко, требования нового техрегламерта по соматике в 200 тыс. клеток слишком жесткие. Они должны быть ближе к 300 тыс., считает эксперт, объясняя, что даже в Америке с развитой культурой производства молока требования к соматике находятся в пределах 400−300 тыс. Помимо этого следует повысить показатели по бактериальной обсемененности, не сомневается Даниленко.
Рассматриваются изменения и в отношении сроков хранения и транспортировки молока. Например, сегодня обсуждается вопрос об увеличении для них времени с 24 до 36 часов, отмечает Даниленко. Однако эти изменения больше в интересах переработчиков, нежели производителей сырья. У переработчиков молоковозы рассчитаны в основном на 20−30 тыс./л, и им приходится за один раз посещать несколько сельхозпредприятий, так как далеко не все молфермы производят промышленные объемы молока ежедневно. Из-за не очень хорошего качества дорог переработчики тратят на переезды много времени. Вот почему этого времени (24 часа) недостаточно, чтобы обеспечить себя сырьем, объясняет специалист.
Строить или нет
На вопрос, стоит ли молочным заводам обзаводиться собственной сырьевой базой, на случай если качественное молоко окажется в дефиците, у директора департамента заготовки сырья компании «Юнимилк» Николая Ильинского ответ один: нет, не стоит.
У переработчиков молока достаточно направлений для инвестирования, и строительство новых мегаферм не является приоритетом, поясняет он. Организация молфермы обходится очень дорого для предприятия, стремящегося к диверсификации бизнеса, и поэтому, как правило, не оправдана.
Если одна молочная ферма дает порядка 10 тыс. т молока в год, то «Юнимилку» для самообеспечения необходимо построить минимум 170 ферм (при условии, что компания закупает около 1,7 млн т сырья в год), приводит пример специалист. Именно поэтому его компания не намерена заниматься строительством ферм.
Тем не менее, у «Юнимилка» есть одна мегаферма в Липецкой области на 1,3 тыс. коров. Однако ее строительство не стоит расценивать как способ обеспечить компанию молоком, говорит Ильинский, скорее, это инструмент изучения ситуации на молочном рынке. По его мнению, самостоятельное ведение хозяйства позволяет понять структуру ценообразования, из которой складывается себестоимость молока и его закупочная цена.
Показать еще
Рекомендации
Реклама