Рынок попал в зависимость -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Рынок попал в зависимость
Николай Кочелягин
Агроинвестор
ноябрь 2015
Россия обеспечивает себя семенами многих зерновых, но остальные во многом приходится импортировать
Фото: Э. Аминова

Для весеннего сева этого года аграрии закупили импортных семян примерно на 42 млрд руб. Зависимость от зарубежной генетики по некоторым агрокультурам превышает 90%. Заместить иностранный посевной материал российским можно, но для этого нужно время и инвестиции в науку, создание и модернизацию производственных предприятий.

Согласно Нацдокладу о ходе и результатах реализации в 2014 году госпрограммы развития сельского хозяйства, объем рынка семян составил 42 млрд руб., что на 4 млрд руб. больше, чем в 2013-м. Доля импортных семян сахарной свеклы, подсолнечника, кукурузы и овощей приблизилась к 18 млрд руб. По оценке Россельхозцентра, в 2015 году общая стоимость высеваемых семян составила 226,6 млрд руб. В том числе яровой сев оценивался примерно в 172 млрд руб., из которых почти 42 млрд руб. пришлось на зарубежную продукцию, говорится в докладе Минсельхоза со Всероссийского агрономического совещания. Зависимость России от зарубежного посевного материала по некоторым агрокультурам превышает 90%, что является серьезной угрозой для продовольственной независимости страны, отмечает ведомство.

Рынок зависит от посевов

Общая потребность России в семенах достигает 10 млн т в год, в том числе 3,3−3,5 млн т озимых агрокультур и 6,3−6,5 млн т яровых, говорит директор Россельхозцентра Александр Малько. По его словам, сорта отечественной селекции занимают доминирующее положение в посевах зерновых и зернобобовых (озимая и яровая пшеница, овес, озимые ячмень и рожь, тритикале, просо, гречиха, рис). «Группа риска — агрокультуры, в производстве которых сорта и гибриды иностранной селекции имеют устойчивую тенденцию к расширению, — находится под нашим особым контролем, — рассказывает он. — К ним относятся сахарная свекла, кукуруза, подсолнечник, овощные, пивоваренный ячмень». Доля импорта их семян составляет от 30% и более.

По семенам сахарной свеклы зависимость от импорта самая значительная — 90−95% рынка занимает зарубежная продукция, отмечает коммерческий директор по Центральной и Восточной Европе компании «Бетасид» Александр Гражданкин. Показатель держится на таком высоком уровне, так как в свое время широко распространенные семена советской селекции (российской и украинской) уступили свои позиции и теперь не играют значимой роли на рынке. Десять лет назад доля российских семян составляла около 15%, но за последние пять-шесть лет сократилась до минимума, комментирует он.

«Селекционная наука не должна стоять на месте, она должна развиваться и постоянно предлагать бизнесу новые и лучшие решения, — поясняет Гражданкин. — Качество семян и продуктивность гибридов сахарной свеклы западной селекции значительно выросли за последние 10−15 лет, что сделало российские семена этой агрокультуры неконкурентоспособными». При потенциале рынка на уровне 1,3 млн посевных единиц его объем в денежном выражении Гражданкин оценивает примерно в €100 млн.

Динамика рынка семян зависит от объемов сева, продолжает Гражданкин, посевы сахарной свеклы в прошедшие 10 лет, по данным Росстата, колебались от 800 тыс. га до 1,3 тыс. га. Продажи семян коррелируют с этими показателями. В свою очередь, на рост или сокращение посевов сахарной свеклы влияет цена на сахар. «Если она высокая, то спрос на семена возрастает», — добавляет Гражданкин.

По данным Минсельхоза, в прошлом году доля импортных семян кукурузы превысила 43%, агрокультура занимала примерно 2,7 млн га. В этом году она посеяна на 2,8 млн га, с 2009 года объемы выросли примерно вдовое. Директор дивизиона «Семеноводство» агрохолдинга «Кубань» Николай Артющенко отмечает возросший интерес к семенам кукурузы. «Это отражается на динамике продаж наших гибридов: в 2014 году было реализовано 3,5 тыс. т, тогда как в 2001-м мы начинали с 70 т, — рассказывает он. — За каждый сезон объемы продаж увеличивались примерно на 1,5 тыс. т». Знаковым для семеноводства холдинга стал прошлый сезон продаж (осень 2014 — весна 2015): в первые три месяца этого года было подписано на 15% больше контрактов, чем за аналогичный период 2014-го, а к середине 2015 года объемы реализации выросли на более чем на 30%, сравнивает Артющенко.

«Семеноводческое направление в агрохолдинге, с одной стороны, молодое — мы всего четыре года на рынке, но с другой, мы смогли предложить потребителю уже 19 официально зарегистрированных гибридов кукурузы», — делится он. Холдинг занимается селекцией гибридов кукурузы с 2008 года, сегодня их выращивают во всех регионах страны, где позволяют климатические условия, уточняет топ-менеджер. «Кубань» стала первой агрокомпанией в России, организовавшей семеноводство по замкнутому технологическому циклу от селекции до реализации. Кроме кукурузы, в ее портфеле есть семена пшеницы, ячменя и подсолнечника.

По наблюдениям Александра Малько, помимо кукурузы, в последние годы наблюдается отчетливый рост высева сои, подсолнечника, рапса. Подсолнечник в этом году занимает примерно 7 млн га против 6,9 млн га в 2014-м, рапс — около 1 млн га, хотя в прошлом году он был посеян на более чем 1,2 млн га. Показатель по сое не изменился — 2 млн га. «Основная продукция нашей компании — семена подсолнечника и рапса, причем высокоолеиновые, — говорит руководитель бизнеса «Семена» компании Dow AgroSciences в России Денис Стрига. — Спрос на высокоолеиновое масло — тренд номер один в Европе, но там уже не хватает земли для возделывания высокоолеинового подсолнечника. Поэтому Россия и Восточная Европа рассматриваются как перспективные страны, где можно производить этот продукт и экспортировать в виде масла или маслосемян».

Есть отечественные

Если рынок семян сахарной свеклы, подсолнечника, рапса практически полностью коммерциализирован, то в сегменте озимых зерновых и зернобобовых аграрии покупают всего около 15% высеваемых семян — в основном элитных. «Основная масса высеваемых в России семян — продукция внутрихозяйственного семеноводства», — поясняет Александр Малько. Например, растениеводческое подразделение холдинга «Агро-Белогорье» выращивает для себя семена ячменя, озимой пшеницы, гороха и сои. «Мы производим 1−3 репродукции, регулярно обновляем материал, покупая элиту, — делится главный агроном компании Олег Никитенко. — Мы не инвестировали в покупку специального оборудования: для подработки семян используем ту же технику, что и для товарного зерна, но с большей интенсивностью. Также у нас есть семенные склады».

Заместитель гендиректора по сельскому хозяйству холдинга «Талина» Олег Букин отмечает, что сегодня компания приобретает только российский посевной материал — суперэлиту и элиту, подбирая подходящие сорта по зоне расположения своих земель. «Мы самостоятельно размножаем семена, получая первую репродукцию. У нас есть семенной завод, который был запущен в феврале 2014 года, там проходит сортировка и подготовка семян к полевым работам», — комментирует он. Также у «Талины» есть элеваторные мощности для хранения 14 тыс. т продукции.

У курского холдинга «Русский дом» тоже есть свой семенной завод, введенный в 2012 году. Компания производит семена пивоваренного ячменя, кукурузы и подсолнечника, причем не только для себя, но и на продажу. По словам заместителя гендиректора компании Алексея Пономарева, в сегменте зерновых агрокультур, в частности по пшенице, можно легко обойтись без зарубежной продукции. Хотя, например, пивоваренный ячмень приходится импортировать. Также холдинг работает с иностранными семенами сахарной свеклы, кукурузы, подсолнечника.

Николай Артющенко уверен, что сегодня российские производители семян кукурузы не могут полностью обеспечить потребности рынка. «В перспективе понадобится четыре-пять лет, чтобы удовлетворить их процентов на девяносто», — предполагает он.

«Агро-Белогорье» при выборе семян кукурузы на зерно и подсолнечника отдает предпочтение зарубежным производителям гибридов F1. «Они демонстрируют более высокую урожайность, их потенциал выше», — аргументирует Никитенко. В структуре севооборота холдинга подсолнечник и кукуруза занимают около 25%. А вот для выращивания ранних зерновых и сои используются в основном семена отечественного производства, продолжает специалист. По его мнению, селекция таких агрокультур, как ячмень, озимая пшеница, горох, в нашей стране достаточно развита, чего нельзя сказать о кукурузе и подсолнечнике. Однако холдинг работает с российскими гибридами силосной кукурузы: они дают достаточно зеленой массы и початков, при этом выгодно отличаются по цене от импортных аналогов, добавляет Никитенко.

Сформированная в XX столетии отечественная система селекции и семеноводства успешно функционировала и обеспечивала сельское хозяйство страны высокопродуктивными сортами и качественными семенами. «Она позволила создать высокоурожайные сорта и гибриды. Потенциальная урожайность отечественных сортов зерновых превышает 12 т/га, гибридов кукурузы — свыше 12 т/га, подсолнечника — до 4,5 т/га, сои — до 5 т/га, картофеля — до 50 т/га, сахарной свеклы — до 75 т/га, — перечисляет Александр Малько. — Хозяйственная ценность отечественных сортов не вызывает сомнений». При этом, по информации Минсельхоза на последнюю декаду октября, в этом году средняя урожайность зерновых и зернобобовых составила около 2,4 т/га, кукурузы — 5 т/га, подсолнечника и сои — примерно 1,5 т/га, сахарной свеклы — 38 т/га.

В среднем по стране потенциал существующих сортов и гибридов не реализуется: многие аграрии не умеют с ними работать. При этом семенные компании регулярно выводят на рынок новые продукты с еще большим эффектом гетерозиса и потенциалом урожайности, рассказывал руководитель направления «Семена» в России, Казахстане и Белоруссии компании Bayer CropScience Павел Тюльдюков на конференции Russian Crop Production-2015/16.

Цена не главное

По оценкам участников рынка, по сравнению с прошлым годом затраты на производство выросли в среднем на треть, в том числе семена подорожали минимум на 30% (продолжение темы — на стр. 40). Олег Никитенко считает, что рост цен на импортные семена происходит синхронно с повышением курсов иностранных валют. При этом по продукции отечественных семеноводов динамика не столь очевидна. «Здесь решающим фактором, как правило, становится урожайность и актуальная стоимость товарного зерна в стране», — думает он.

Кризис подтолкнул многих аграриев рассматривать разные предложения и подсчитывать экономию, замечает Николай Артющенко. По его данным, цена на импортные гибриды кукурузы в расчете на гектар составляет в среднем 6−9 тыс. руб., стоимость выпускаемых «Кубанью» не превышает 3 тыс. руб. «При этом показатели урожайности — 10 т/га в зерне — сопоставимы с импортными аналогами, то есть экономический эффект для сельхозпроизводителя достигает 6 тыс. руб./га», — подсчитывает он.

Семена импортного производства были и остаются на порядок дороже российских, соглашается Гражданкин, но дело не в их стоимости, а в той прибавке урожая, которую получают хозяйства. Если рассматривать сахарную свеклу, то на практике итоговое увеличение выхода сахара из семян зарубежной генетики значительно выше, чем экономия при закупке дешевых семян, говорит он.

Сельхозпроизводители подтверждают, что цена не главное. «Разница в цене при покупке семян — существенный фактор, но не решающий, — подчеркивает Олег Никитенко. — Да, импортные семена могут быть вдвое дороже отечественных, но ведь и урожайность они демонстрируют разную». По его словам, очень показательным стал нынешний сезон. В этом году многие хозяйства Центрального Черноземья перешли на российские семена кукурузы, знает Никитенко, и получили урожайность в лучшем случае в пределах 80 ц/га. «Те же, кто продолжил использовать импортные гибриды, собирают около 100 ц/га и выше», — комментирует он.

При работе с импортными гибридами результат практически никогда не бывает хуже заявленного, а, как правило, при благоприятных погодных условиях его можно и превысить, продолжает Никитенко. Впрочем, если сеять отечественные семена ранних зерновых, то обещанные поставщиками показатели тоже обычно достигаются. «Здесь важно сделать правильный выбор исходя из климатических особенностей, которые находятся в динамике, — поясняет он. — Например, если раньше в Белгородской области мы работали с семенами московской селекции, то сегодня обращаем внимание на южные, поскольку климат в регионе стал более жарким и сухим». Условия последних лет показали, что научно обоснованная сортовая политика, ориентированная на результаты отечественной селекции, позволяет снизить возможные негативные последствия влияния на урожай погодных факторов, добавляет Александр Малько.

По мнению Гражданкина, девальвация рубля повлияла на всех участников рынка: платежеспособность аграриев снизилась. Он признает, что они стали экономить на семенах, хотя и незначительно. «Сельхозпроизводители понимают, что с плохими семенами даже в благоприятный год хороший урожай не получить, — подчеркивает он. — Профессионалы, как правило, не экономят, они знают, что нужно вкладывать в качественную генетику». Чтобы снять с клиентов валютные риски, «Бетасид» начал предлагать часть контрактов в рублях, добавляет Гражданкин: если сельхозпроизводители верят в укрепление рубля, то они могут заключить сделку в евро, если нет — в рублях.

«Агро-Белогорье» не меняет поставщиков семян: они идут навстречу постоянным клиентам, например, разрабатывают специальные предложения с учетом колебаний курсов валют — чтобы рост цен не был слишком чувствительным, делится Никитенко. Кроме того, это проверенные годами партнеры, гарантирующие качество семенного материала. «Они не только продают, но и обеспечивают консультативную поддержку, научное сопровождение. Мы слишком дорожим этим сотрудничеством, чтобы от него отказываться», — объясняет он.

Вопросы качества

Существенным риском для сельхозпроизводителей, стремящихся сэкономить, является покупка некачественных семян. Если сельхозпроизводитель хочет получить урожай и обеспечить защиту от внешних факторов — климатических или болезней, то выбор семян очень важен, акцентирует Денис Стрига. «Если гибриды произведены с нарушением технологий или контрафактным способом, то риски очень велики, — предупреждает он. — Причем рискуют не только сельхозпроизводители, но и селекционные компании: на восстановление репутации и имени, разъяснения уходит много сил и времени».

Олег Никитенко признает, что у компании были разовые случаи поставок некачественных семян. «При многолетней работе этого мало кому удается избежать, — уверен он. — Но нас это никогда не приводило к каким-то серьезным негативным последствиям, поскольку при каждом выявленном факте наши поставщики немедленно реагируют, соглашаются с претензиями и оперативно устраняют все проблемы».

В целом, падение качества высеваемых семян зерновых и зернобобовых (пониженная всхожесть, высокая засоренность) на 1% приводит к перерасходу посевного материала на уровне 50−100 тыс. т и недобору урожая зерна до 1,5 млн т, подсчитывает Александр Малько. «Использование семян с плохими показателями фитосанитарного состояния приводит к недобору 1,1−1,5 млн т зерна, — продолжает он. — А общее несоблюдение и нарушение технологии возделывания агрокультур снижает урожай на 15 млн т».

Меры государственного регулирования и развитие элитного семеноводства в регионах позволили остановить негативные процессы в семеноводстве: с 2007 года установилась положительная динамика повышения качества высеваемых семян озимых и яровых. Общий уровень посевных качеств семян повысился во всех федеральных округах и регионах, отмечает Малько. «Под урожай 2015 года были высеяны основные партии семян подсолнечника, кукурузы, сахарной свеклы со 100% всхожестью», — добавляет он.

Чтобы бороться с некачественной продукцией, прежде всего необходимо определить перечень сельхозпроизводителей, соответствующих требованиям выращивания семенного материала, предлагает Николай Артющенко. Затем нужно проанализировать и создать перечень заводов по подготовке семян, которые владеют технологией для осуществления полного цикла производства. Также, по его словам, не менее важно субсидировать из бюджетов различных уровней до 50% затрат на развитие селекционно-генетического комплекса, финансировать часть затрат на НИОКР.

Материально-техническая и технологическая база семеноводства
не обновлялась с 1970−80-х годов из-за тяжелого финансового положения предприятий и дороговизны современных решений, рассказывает Малько. Из-за дефицита линий, заводов по калибровке и обеззараживанию семян и несовершенства оборудования конкурируют не отечественные и иностранные сорта и гибриды, а технологии подготовки семенного материала, подчеркивает он. Такая ситуация характерна для кукурузы, подсолнечника, сахарной свеклы, картофеля и овощей. По оценкам региональных агроведомств, в ближайшей перспективе необходимо построить не менее 110 семенных заводов, модернизировать 138 комплексов по подготовке семян и 48 сушилок на общую сумму 16,6 млрд руб.

Малько уверен, что для развития отрасли, повышения общего качества посевного материала и замещения импорта необходимо расширять господдержку: увеличить субсидирование кредитов на создание и модернизацию семенных предприятий, выделять средства на реализацию региональных экономически значимых программ по семеноводству, переоснащать селекционные центры, исследовательские лаборатории и т. д. Кроме того, он считает нужным мотивировать перенос всего цикла селекции и производства иностранных сортов и гибридов в Россию. Правда, Тюльдюков думает, что это все-таки не будет в полном смысле слова замещением импорта: выращивание иностранных сортов в Белгороде — это примерно то же, что сборка иномарок в Калуге или зарубежной сельхозтехники в Краснодаре.

Любые варианты должны предусматривать развитие отечественной селекции и семеноводства как высокотехнологичной, инновационной части биологической науки и сельскохозяйственного производства, уточняет Малько. «Только в таком формате селекция будет эффективной, сохранит свои интеллектуальные и конкурентные преимущества в мире», — резюмирует он.

Меньше денег — хуже качество
Сельхозпроизводители приобретают элитные российские семена во многом благодаря тому, что они субсидируются, считает Александр Малько. Эта мера поддержки была предусмотрена в прежней госпрограмме развития сельского хозяйства и сохранена в действующей. Согласно Нацдокладу Минсельхоза о ее реализации в прошлом году, из федерального бюджета по этому направлению было выделено 578,3 млн руб. против 608,2 млн руб. в 2013-м. Это возместило 8% затрат на приобретение элитных семян и позволило засеять ими 7,2% от общей посевной площади страны. Показатель оказался почти в три раза меньше, чем годом ранее.
Для замещения импорта нужно время
В декабре 2014 года правительство внесло дополнения в госпрограмму развития сельского хозяйства: к 2020 году доля семян отечественного производства по основным агрокультурам должна составлять минимум 75%. Однако эта цель впервые декларировалась еще в 2011-м: тогда Минсельхозом была разработана Стратегия развития селекции и семеноводства до 2020 года. Правда, документ так и не был принят.

«И что же мы видим теперь? Внесенные в госпрограмму изменения предусматривают итоговую самообеспеченность семенами на уровне 75% к 2020 году. Однако никакие промежуточные итоги не расписаны по годам, — обратил внимание член совета директоров Ассоциации производителей сельхозпродукции Липецкой области Микаэл Нанушьян на заседании Общероссийского народного фронта. — То есть делать выводы о том, выполняется ли программа, мы не сможем, остается лишь ждать, когда наступит заветный 2020 год. Но и он не даст никаких гарантий, ведь целевые показатели программы вполне можно будет по ходу дела скорректировать в любую сторону».

Заменить многие импортные семена российскими, конечно, можно, это лишь вопрос времени, инвестиций и целесообразности, рассуждает Александр Гражданкин. «Производство семян, их объем и особенно качество в первую очередь зависят от климатических условий. Поэтому селекционные компании по многим агрокультурам давно определили оптимальные регионы для семеноводства», — рассказывает он. По его мнению, в России тоже есть регионы с конкурентным преимуществом для производства семян той или иной агрокультуры. Тем не менее Гражданкин считает, что полностью уйти от импорта или значительно сократить его долю в ближайшие пять лет вряд ли реально.

«Конечно, можно поднять таможенную пошлину, закрыть границу и начать срочно вкладывать в семеноводство, но ни к чему хорошему такие быстрые действия не приведут, — продолжает он. — Известны подобные примеры других стран: в первую очередь пострадают сельхозпроизводители, поскольку их лишат выбора, доступа к новым технологиям, а значит, и прибавок урожая. Вряд ли бизнес к этому готов». А вот Николай Артющенко думает, что перспективы сокращения импорта очень хорошие: совместная работа сельхозпроизводителей и власти будет влиять на рынок семян и значительно развивать его.
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще