Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!
Валерий Нагель, ПЗ «Комсомолец»: «Хотим стать первыми в России по рапсу»
Николай Лычев
Агроинвестор
1 октября 2019
Бенефициар крупнейшего аграрного оператора Забайкалья уверен, что растениеводство может быть прибыльным бизнесом и пересчитывает выручку от рапса на стоимость золота
Фото: из личного архива

Восемь лет назад сын известного читинского золотопромышленника Валерий Нагель вернулся из Лондона в Россию, чтобы на время возглавить семейный бизнес. А получилось так, что остался и занялся сельским хозяйством. За пять лет он вывел банкротный совхоз «Комсомолец» в лидеры АПК Забайкалья, консолидировал 110 тыс. га земли. К 2028 году он планирует контролировать 250 тыс. га местных черноземов, к 2024-му — экспортировать рапса на $80 млн. По производству этой агрокультуры компания рассчитывает стать первой в стране уже в этом году.

— Многие годы ваша семья занималась добычей золота. Расскажите о нем и других бизнесах, которые были до агро.

— Золото — основа семейного дела. Отец долго работал энергетиком в золотодобывающей сфере и в 1986 году решил с несколькими партнерами создать золотодобывающую артель. В советское время мыть золото — это был, наверное, единственный способ капиталистического обогащения, доступный простым людям. Если для служащих неплохой зарплатой были 120 руб., то старатель не зарабатывал меньше 1000 руб. в месяц. Проработав девять месяцев сезона, он мог позволить себе купить квартиру в Москве и новые «Жигули».
С началом рыночных реформ отец и его партнеры стали скупать ваучеры. На них приватизировали несколько предприятий в Забайкалье, в том числе гостиницу и пивзавод. За счет прибылей с нуля построили керамический завод и завод железобетонных изделий. В 1997 году они вышли из золотого бизнеса — цена на золото держалась очень низкая.

— Как вы пришли в сельское хозяйство?

— Началось это еще в 2000-х. Мой отец всегда хотел заниматься аграрной темой, особенно животноводством. Он первым хотел сделать под Читой большую молочную ферму. Привезти породистых коров и показать, сколько можно получать молока, если соблюдать все технологии. Но тогда не сложилось по бюрократическим причинам: не выделили землю под ферму. Отец долго мучился, года два пытался покупать какие-то паи, а потом все бросил — устал бороться с ветряными мельницами.

— А «Комсомолец» вам как удалось купить?

— Удалось — неподходящее слово; скорее, пришлось. У нас есть кирпичный завод. Родилась идея скупить в области все лучшие месторождения глины. Купили очень хорошее месторождение белой глины, из которой можно много чего делать, в том числе качественный разноцветный кирпич. Чтобы развиваться, искали другие новые проекты. Смотрели и на сельское хозяйство — изучили несколько небольших агро- и перерабатывающих предприятий в регионе. Они нам не подошли: где-то не устраивал менеджмент, где-то было плохое стадо… Да и перспективы развития этих активов казались весьма туманными. Помог случай. Мы было собрались разрабатывать купленное месторождение белой глины и только тогда узнали, что земля, на которую хотели зайти, — сельскохозяйственная и принадлежит совхозу «Комсомолец».
Стали смотреть архивы регионального Минсельхоза. Выяснили, что в советские годы это был колхоз-миллионер с классными черноземными почвами! Взяли почву на анализ, подтвердивший высокое качество чернозема с большим содержанием гумуса. Ну что делать, нужно пробовать. Вышли на торги, выиграли, выкупили долги перед налоговой инспекцией — где-то 5 млн руб. Еще 10 млн руб. ушло на погашение долгов по зарплатам. За 3 млн руб. получили имущество — несколько разбитых «Кировцев», запущенный зерноток, развалившийся комплекс очистки зерна и т. д.

— Вы стали аграриями меньше чем за 20 млн руб. Недорого.

— Дорого было потом. Начали пробовать хозяйствовать: починили технику, закупили семена и все необходимое для полевых работ. Первую посевную провели в 2015 году, и нам тут же крупно не повезло. Были пожары, горело все Забайкалье — почти как в нынешнем сезоне. Пожар распространялся со скоростью 30 м/сек., сметая все на своем пути. У нас полностью выгорел зерноток, склады, сгорела техника, погибли овцы. Накануне посевной мы остались без семян. Пришлось начинать все сначала — склады построили заново, семена купили, сумели отремонтировать четыре трактора (ДТ-75 и «Кировцы»). В экономике field crops мы ничего не понимали и решили сделать так: сеем несколько агрокультур и смотрим, какие «выстрелят». Сделали ставку на рапс, купили под уборочную три ростсельмашевских комбайна и собрали с 775 га в среднем по 16 ц. Урожай продали китайцам буквально за один день. Они дали очень хорошую цену.

— Сколько китайцы заплатили вам за рапс?

— Цену не помню сейчас. Дело даже не в ней, а в том, что я понял — вот тот товар, которым можно заниматься и на котором специализироваться. Под кампанию 2016 года подняли той же техникой под рапс уже 4,5 тыс. га залежей. Овес посеяли. Поднимали землю как могли — без культиваторов и старыми плугами. Теперь у нас был предварительный контракт с импортерами из Китая, и урожай тоже ушел в один день. В посевную-2017 уже было до 20 комбайнов, новые посевные машины. Не повезло с погодой, были дожди — трактора и посевные комплексы вязли в жирных черноземах. В общем, сеялись 47 дней, пропустив все агротехнические сроки. Но тем не менее собрали 14,5 тыс. т рапса. В 2018-м сильно поработали над командой — привезли из других регионов агрономов, химиков, инженеров. Они хорошо подготовили хозяйство к посевной, уложились во все агросроки, весь рапс (21 тыс. т) полностью вызрел и ушел по очень привлекательной цене в Манчжурию — в зависимости от масличности по 28-32 тыс. руб./т. Компания докупила на кредиты еще техники, в том числе Versatile и Horsch. В этом году рапсом засеяли 14,5 тыс. га и хотим получить уже 30 тыс. т рапса. Кроме рапса у нас растут ячмень, овес и лен. Общая посевная площадь в этом году — 36 тыс. га, в следующем поднимем 50 тыс. га.

— Какие деньги в общей сложности вложены в «Комсомолец»?

— За четыре сезона — с момента покупки — они превышают 2 млрд руб., из них наших денег примерно 500 млн руб. Остальное — банковское кредитование и федеральный лизинг.

— Какая у вас маржинальность?

— 32% по EBITDA. Мы просчитали, что при урожайности рапса в 20 ц/га в этом году выйдем на показатель, близкий к 50%. На данный момент нигде здесь, в Забайкалье, вы не получите такой прибыльный бизнес — кроме, может быть, месторождений золота.
По итогам 2019-го на АПК придется 30% выручки всех наших бизнесов, включая гостиничный и ресторанный. Наш общий оборот будет 3,1 млрд руб., из которых 1 млрд руб. с плюсом составит сельхоздеятельность. До 90% выручки от АПК — экспортные продажи. В прошлом году мы продали на экспорт на $8 млн рапса, в этом продадим на $15 млн, а к 2024-му хотим достичь $80 млн. И это один только рапс!
Рост у «Комсомольца» быстрый — в 2018 году мы заработали 600 млн руб. выручки. Активно растем в том числе потому, что постоянно инвестируем в рост земельного банка (каждый сезон он увеличивается в среднем в два раза) и распашку земель. Сейчас наша стратегия — освоить как можно больше земель и увеличить урожайность на гектар, а вместе с ней в конечном счете и cash flow. К примеру, в этом году планируем получить под контроль 50 тыс. га и увеличим земельный банк до 160 тыс. га. Может быть, даже и больше.

— Основой растениеводческого бизнеса останется рапс?

— Да. По его производству мы уже номер один на Дальнем Востоке. В этом году хотим стать первыми в России. Здесь, в Забайкалье, мало кто верит, что растениеводство может быть прибыльным бизнесом и вообще бизнесом. Когда заходят такие разговоры, я для наглядности перевожу рапс на золото. Так вот, скажем, в этом году мы намоем 400 кг золота. Это я пересчитываю на его стоимость расчетную выручку от рапса. Весьма солидный масштаб — 40 больших слитков по 10 кг! Но посмотрим.
Кроме рапса, в силу севооборотов будет много зерновых (в том числе гречихи): скажем, в 2019 году — тоже 30 тыс. т, а лет через пять-семь — до 200 тыс. т. Масличного льна [к 2024 году] будет 50% от рапса. А гречихи хотим производить больше, потому что ее хорошо покупает Китай, причем платит 1500 юаней [примерно 14 тыс. руб. — «Агроинвестор»] за тонну. Будем смотреть, какой потенциал у подсолнечника. Его покупает тот же Китай по цене, не намного отличающейся от той, что дает за рапс. Подумаем о кукурузе — пока это только местные продажи. КНР интересуется ей, но ликвидных предложений нет. С соей экспериментируем, но урожайность у нас третий год подряд только 8-9 ц/га. Это пока не то, что нам нужно. Смотреть на увеличение посевной площади можно будет после того, как научимся получать от 15 ц/га.

— Каким вы видите будущее предприятия лет через пять-семь?

— По бизнес-плану выручка «Комсомольца» к 2024 году будет порядка 4 млрд руб., или 60% бизнеса всего семейного холдинга. Нашей специализацией останется растениеводство. Китай — понятный рынок, куда мы продаем не только рапс, но и гречиху, и лен. В этом году предложим еще и пшеницу.

Полную версию интервью читайте в октябрьском номере «Агроинвестора».

Показать еще

Статьи по теме

Рекомендации
Реклама