Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!
Железные гастарбайтеры
Илья Дашковский
Агротехника и технологии
26 января 2011
Глобализация привносит немалые изменения в развитие рынка: крупные компании становятся транснациональными и начинают выпускать или собирать продукцию не только в своей родной стране, но и за ее пределами. Эта тенденция не обошла стороной и производителей сельскохозяйственной техники, которые все чаще решаются вкладывать средства в сборку или производство машин на территории страны сбыта. Однако в России, в отличие от ЕС и США, «производство» пока в большинстве случаев сводится к «привинчиванию импортных колес к импортному же корпусу». Даже шурупы — и те порой привозят из-за границы.
журнал «Агротехника и технологии»
май-июнь 2010

Впрочем, отечественные производители сельхозтехники тоже участвуют в процессе глобализации. Так, известна сделка по покупке «Ростсельмашем» (Ростов-на-Дону, производство сельхозтехники) 80% акций канадской компании Buhler (производство сельскохозяйственной техники; владеет брендами Versatile, Farm King и Allied) в 2007 году. Покупка оценивается в $151,93 млн.

Однако это, скорее, исключение из правил. В остальных случаях российские компании вынуждены конкурировать со сборочными предприятиями иностранных производителей, количество которых в нашей стране постепенно растет. Интерес иностранцев инвестировать в сборочные мощности связан с последними изменениями в экономической политике России.

Инвестиции с ножом к горлу

С января 2009 года в нашей стране действовала 15%-ная пошлина на ввоз импортных комбайнов (в этом году ее уже отменили). Такая мера привела к серьезному удорожанию и без того недешевых иностранных машин, констатируют специалисты. Помимо этого усилилась поддержка государством российских производителей. Так, о намерении субсидировать кредиты, выданные на приобретение отечественной сельхозтехники, сообщил в марте этого года первый вице-премьер России Виктор Зубков. По его сведениям, объем таких кредитов составит 70 млрд руб. Кроме того, на 15% понижены цены на отечественные агрегаты и введены дополнительные скидки для их приобретения через федеральный лизинг.

Вкупе с кризисом все это серьезно повлияло на возможности аграриев покупать импортную технику. В результате в 2009 году доля российских сельхозмашин на рынке выросла с 35% до 62% (в денежном выражении), впервые с 2004 года превысив количество работающих в нашей стране зарубежных агрегатов, довольны в ассоциации производителей сельскохозяйственной техники «Росагромаш» (Москва). По данным этой организации, в 2009 году в России рынок новой сельхозтехники упал в 3,5 раза по сравнению с 2008-м с $5,547 млрд до $1,591 млрд. Больше всего пострадали поставщики импортной техники, спрос на которую снизился в шесть раз (с $3,6 млрд в 2008 году до $600 млн в 2009-м). Объем закупок отечественных сельхозмашин сократился гораздо меньше — с $1,947 млрд до $1,81 млрд. При этом производство российской сельхозтехники на экспорт выросло на 1,2%.

До 2009 года зарубежным производителям сельхозтехники инвестировать в строительство сборочных мощностей в России было невыгодно — машины удобнее было ввозить, рассказывает пресс-секретарь «Росагромаша» Максим Шорохов. По его словам, с 2005 по 2008 год импорт иностранной сельхозтехники ежегодно вырастал в полтора раза. «Это и неудивительно: за границей производители получают существенную экспортную поддержку в виде связанных кредитов (когда государственные экспортные агентства выдают кредиты на конкретные сделки), государственных гарантий, финансирования выставочной деятельности и многого другого, — объясняет эксперт. — У себя в стране они имеют льготы на разработку новой техники, дешевые кредиты на модернизацию мощностей. В результате на российском рынке импортные машины были гораздо более конкурентоспособными».

У нас же после введения пошлины в 15% инвестиции пошли только на создание производств для сборки комбайнов. Всю остальную технику по-прежнему выгоднее завозить, считает Шорохов.

Сколько сегодня в нашей стране работает совместных предприятий и заводов по сборке импортных агрегатов, в «Росагромаше» сказать затруднились — нет четкой классификации, что считать сборкой, а что нет. Мнение Шорохова более категоричное: «Склад, на котором десяток человек прикрутит трактору колеса, зальет масло и поставит кабину, — это сборка? Мы считаем — нет». По той же причине невозможно вычислить и объем собранной у нас иностранной сельхозтехники и отделить его от общего количества произведенных в России агрегатов: в таможенной базе все это идет как импорт, говорит Шорохов.

Среди успешных примеров совместных производств в ассоциации выделили два — «Евротехнику» в Самаре и «Колнаг» в Коломне. По словам Шорохова, это предприятия, которые начинали от сборки из импортных комплектующих, а сегодня делают сельхозмашины, по праву считающиеся отечественными. Такой подход к бизнесу заслуживает уважения, убежден эксперт. К сборке же в России агрегатов из импортных комплектующих он относится скептически. «Технику полностью собирают за границей, затем частично разбирают и отправляют в Россию. Отличие от импорта едва уловимое, — сожалеет Шорохов. — Поэтому наша ассоциация выступает за то, чтобы иностранные производители развивали производство в нашей стране. Это способствовало бы притоку инвестиций, созданию новых рабочих мест, развитию технической базы, системы подготовки кадров, кооперации между заводами, повышению производственной культуры, подъему отрасли в целом».

В «Росагромаше» добавляют, что модели, собранные в России полностью из импортных деталей, должны стоить на 10-15% дороже аналогов, продаваемых в ЕС. Более высокая цена объясняется дополнительными расходами на логистику и предпродажную подготовку.

This is Russia

Впрочем, не все западные производители решаются вкладывать в местное производство. Руководитель московского представительства компании Kuhn (Франция, производство сельскохозяйственной техники) Николя Рэмбо основную причину отказа его предприятия от инвестирования сборочных мощностей в России связывает с маленьким объемом продаж в нашей стране. «Если два года назад мы были готовы вкладывать в производство, то сегодня для этого уже недостаточно спроса. Кроме того, в России тяжело найти подходящие участки для строительства: земля дороже, чем в Европе, газ и свет надо подключать, дорог нет либо они плохие», — недоволен специалист.

С ним согласен генеральный директор Same Deutz-Fahr Russia (головной офис в Италии, производство сельхозтехники) Александр Семенов: главным препятствием для создания его компанией производства в России он также считает низкую платежеспособность отечественных аграриев. Ее причины генеральный директор видит в низких закупочных ценах на зерно и другую сельхозпродукцию, высоких процентных ставках на кредиты под закупку техники и «закредитованности» крестьян, не позволяющей им брать новые займы на приобретение сельхозмашин. «Объем наших текущих продаж не может окупить инвестиции в разумный период. К тому же в России недостаточно развит выпуск качественных компонентов, позволяющих замещать импортные детали», — объясняет он. Разумный срок окупаемости при вложении примерно €30 млн, по мнению Семенова, не должен превышать семи лет.

Однако несмотря на все трудности организации производства в России, иностранные компании, как правило, отказываются от совместных проектов с отечественными производителями в пользу строительства собственных мощностей. Как сообщил «АТт» начальник отдела продвижения и выставок «Агротехмаш» Дмитрий Фролов, компания рассматривала возможность совместного производства с Lemken (Германия, производство сельхозтехники). На заводе в Тамбове в 2009 году было собрано два плуга и две бороны под названием Lemken-Terrion. Они уже были отправлены на сертификационные испытания, но немецкая компания по неизвестным причинам отказалась от дальнейшего развития проекта, говорит Фролов. Сегодня Lemken создает свою собственную производственную базу в Калуге.

Только своим

Создавая сборочные предприятия в России, иностранные компании рассчитывают на получение тех же субсидий, что выдаются на производство российской техники. Но пока субсидии и льготы на покупку агрегатов зарубежных компаний, собранных в России, не распространяются. По действующему закону, средства федерального бюджета и бюджетов регионов могут направляться на субсидирование закупок сельхозтехники исключительно отечественного производства, говорит Шорохов. Но только что считать российской техникой — вот ключевой вопрос. «По международному соглашению государств СНГ, при определении «национальности» продукции уровень ее локализации в стране должен составлять 50% и выше. Поэтому совершенно очевидно, что все проекты по «сборке» иностранной техники за последнее время создаются для получения господдержки».

И действительно, получить субсидии на собираемую в России иностранную технику, оказывается, вполне возможно. Опрос зарубежных производителей показал, что распределение дотаций зависит от региона и местных чиновников. Например, в компании JCB (Великобритания, производство сельхозтехники), у которой пока нет планов по организации своего производства в России, сообщили, что на машины, аналогов которых в России не делают, в некоторых регионах можно получить субсидии при покупке техники в кредит. «Во многом решения зависят от конкретных чиновников на местах. Они часто боятся принимать на себя ответственность, но официально такая возможность есть», — рассказывает менеджер JCB по сельскохозяйственным машинам по России и СНГ Сергей Харитонов.

Его слова подтверждает Николя Рэмбо из Kuhn: «На сегодня 90% нашей техники состоит из иностранных деталей, привезенных в Россию. На отдельные уникальные машины в некоторых случаях (например, если модель в России не производится) можно получить субсидии, но у аграриев все равно не хватит денег на их покупку».

Ситуация с субсидиями настолько запутана, что некоторые руководители дают прямо противоположные комментарии по этому вопросу. Так, Семенов из Same Deutz-Fahr Russia не уверен в том, что на собранную в России иностранную технику будут выделяться субсидии. «Как мы понимаем, их должны будут предоставлять покупателям. Что будет на практике, покажет ближайшее время», — рассуждает он.

В отличие от него менеджер компании Amazone (Германия, производство сельхозтехники) Виктор Егоров смотрит на ситуацию более оптимистично. «Исходя из постановления, субсидии будут распространяться в том числе и на иностранную технику, собранную в России», — уверен он.

Проблемы у зарубежных производителей сельхозтехники возникают также с получением кредитов. Однако сотрудничество с лизинговыми компаниями проходит более удачно.

Как известно, «Росагролизинг» - государственная компания, финансируемая из госбюджета. Так как политика государства направлена на поддержку отечественных производителей, то и «Росагролизинг» нацелен на работу с ними. Поэтому официальная позиция компании — расходовать средства так, как определено государством. Тем не менее, уникальная сельхозтехника, аналогов которой в России нет, может быть внесена в реестр этой организации. По этой причине руководители филиалов западных компаний оптимистично смотрят на возможность сотрудничества с «Росагролизингом».

Семенов признает, что пока сельхозмашины Same Deutz-Fahr не входят в реестр «Росагролизинга». Однако, по его словам, работа в этом направлении проводится. В отношении использования других лизинговых компаний как инструмента продаж сельхозмашин он видит две проблемы — высокие процентные ставки и низкая платежеспособность аграриев.

По словам Егорова, по опыту прошлого года серьезных затруднений с внесением техники в реестр «Росагролизинга» у Amazone не было. «Проблемы, конечно, возникали, — уточняет он, — но отказа принимать ту или иную модель не было».

С точки зрения российского производителя
По мнению директора по продажам компании «Агротехмаш» (Санкт-Петербург-Тамбов, производство сельскохозяйственной техники) Андрея Горгодзе, в России нет проблем, препятствующих открытию производства иностранных марок сельхозтехники. Но страна заинтересована не только в производстве новых машин, но и машиностроительных технологий, позволяющих создавать такую технику. Однако имеющиеся примеры иллюстрируют, скорее, варианты логистических решений, нежели внедрения технологических инноваций.
Что касается внесения в реестр «Росагролизинга» иностранных моделей, собранных в России, то Горгодзе убежден, что на деньги российских налогоплательщиков надо поддерживать только отечественного производителя. В доказательство правильности своего суждения специалист приводит пример американского «Эксимбанка» и немецкого «Гермеса», которые работают только с техникой, создаваемой в их странах.
Если же иностранные государства захотят поддержать свои российские производства, то могут последовать примеру Белоруссии, продолжает он. Приобретение белорусских тракторов МТЗ кредитуется в российском Сбербанке, а субсидируется в размере процентной ставки кредита за счет средств из белорусского бюджета. Очевидно, что каждое государство вправе защищать интересы своих производителей любым законным способом, заключает Горгодзе.
Самые первые и самые новые
Из западных компаний первой собирать технику в России стала Claas (Германия). Все началось в 2003 году с крупноузловой сборки на арендуемых мощностях в Краснодаре. С 2005 года у компании появилась собственная площадка для производства.
Сейчас в России свою сельхозтехнику собирают многие известные компании — Same Deutz-Fahr (Италия), AGCO (США), Amazone (Германия) и другие. Готовятся к открытию своих предприятий Lemken (Германия) в Калуге и John Deere (США) в подмосковном Домодедово. CNH (Fiat Group, Италия) готовит совместный проект с «КамАЗом».
В настоящее время Same Deutz-Fahr осуществляет сборку из компонентов, закупаемых в Германии. Но с октября 2009 года компания приступила к переговорам по размещению на российских предприятиях-изготовителях заказов на производство компонентов для собираемой техники — балластов; изделий из современных композитных и полимерных материалов для отделки интерьера и экстерьера; фитингов, резинотехнических изделий; рукавов высокого давления, колес в сборе.
Источник: данные компаний
Показать еще
Статьи по теме


Рекомендации
Реклама