Производители мяса ищут альтернативные стратегии развития -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Производители мяса ищут альтернативные стратегии развития
Николай Лычев
Агроинвестор
март 2016
Николай Лычев, главный редактор журнала «Агроинвестор», об альтернативных стратегиях развития для мясных агрохолдингов
Фото: М. Балакин

«Посмотрите, что происходит за окном», — эту фразу произнес мне топ-менеджер одного из крупнейших мясных агрохолдингов, раздумчиво рассматривая центр зимней Москвы сквозь панорамное стекло высотки бизнес-центра. «Единственной возможностью расти и зарабатывать, — подытожил он, — теперь остается экспорт».

За окном было не здорово: в слякотной оттепели хмурилось небо, мрачно смотрели столичные высотки, а размытый где-то вдали Кремль и вовсе выглядел почти миражом. Но разговор у нас был о погоде не на улице, а в экономике, о том, что происходит вне успешной компании и что обязательно повлияет на бизнес, если ничего не предпринять. При рублевой выручке — рост валютных затрат и финансовых рисков, подорожавшие заемные деньги. Раскручивание инфляции, которую уже не получается переложить в затраты и на потребителя. Снижение доходов населения и вместе с ними — сокращение потребления мяса. Сокращающиеся на глазах возможности простого органического роста. При этом продолжается увеличение мощностей птицефабрик, свинокомплексов, а рынок ждет ослабления цен на свинину, как ранее получилось с бройлером. Как минимум среднесрочное снижение маржи: уже нельзя заработать 30−40% по EBITDA на свинине, и нет уверенности, будет ли когда-нибудь снова можно.

Почти все производители мяса, с которыми я общаюсь, ищут альтернативные стратегии развития в дополнение к тем, что есть. Я не беру простые решения: вертикальную интеграцию, глубокую переработку, свои торговые точки и т. д. Альтернатива — это про новые подходы к бизнесу, которых не было раньше. Первая из них — тестирование экспортных каналов, о котором сказал мой визави. Об этом я слышу чаще всего. Компании, начавшие поставлять субпродукты и категорийное мясо в другие страны, признаются, что это тяжелый хлеб. Сертификация, логистика, брендирование, общение с местными контрагентами, другой менталитет, иной уровень требований к качеству и при этом — кратно более высокая конкуренция, чем у нас. Обороты экспортного бизнеса, и тем более бенефиты от него, пока несопоставимы с расходами времени, денег и других ресурсов на эти проекты. Но такие игроки, как «Черкизово», «Мираторг», «Дамате», «Ресурс» и «Акашевская», работают на перспективу. Экспорт — это и новые рынки, когда сокращается свой, и валютная выручка при легковесном рубле, и добавленная стоимость: замороженные тушки птицы и свиньи в живом весе за рубежом мало кому нужны.

Вторая альтернатива — создание добавленной стоимости внутри страны. Где-то 10 лет назад по этому пути пошли птицефабрики, а теперь начинают идти свиноводы. Все чаще запускаются мощности, позволяющие делать не только охлажденные полутуши, то есть монопродукт, но и крупные куски b2b для переработчиков и сегмента HoReСa. На розничный рынок вместо кусков no-name пытаются выводить торговые марки. Последний пример мы видели в феврале, когда свой первый розничный бренд представила «Русагро».

Оправданность третьего пути вызывает сомнения. Он слишком напоминает непродуманную интеграцию разношерстных активов в нулевые годы, но он есть. Это производство альтернативных агропродуктов, то есть не мяса. Причем продуктов, не входящих, в отличие от зерна, комбикорма или инкубационного яйца, в мясные интеграционные цепочки. Знаю примеры начала таких производств в последние года два-три, когда спрос на мясо вышел на плато. Свино- и птицеводы пробуют заниматься молочным животноводством, рыбоводством, тепличным овощеводством, даже выращиванием семечковых и косточковых фруктов — яблока, сливы, груш.

Что получится — посмотрим. У экспорта несравнимо большие перспективы.

Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще