Журнал «Агроинвестор»
В начале февраля стало известно, что компания «А1», инвестиционное подразделение «Альфа-Групп» миллиардера Михаила Фридмана, внезапно стала акционером «Евродона».
«А1» купила у члена совета директоров «Газпрома» и экс-министра имущественных отношений России Фарита Газизуллина офшорную компанию Brimstone Investments Ltd, которой принадлежало 40% холдинга. То, что Газизуллин был его совладельцем, стало известно тогда же и стало не меньшей сенсацией. Сам основатель «Евродона» Вадим Ванеев узнал об этом в 2012 году, хотя Brimstone Investments Ltd стала акционером еще в 2007-м, сам Газизуллин тоже говорил «Ведомостям», что приобрел пакет в «Евродоне» в 2007-м. Как Ванеев, фактически создавший с нуля новое направление в российском агробизнесе — промышленное производство индейки — мог отдать 40% компании неизвестно кому, было непонятно. Позже он объяснял, что был введен в заблуждение, думая, что за оффшором стоит кредитовавший его проекты Внешэкономбанк, и долю в компании тот получает в качестве обеспечения.
В том же 2007-м доля Ванеева в холдинге уменьшилась с 60% до 45%: 15%, согласно kartoteka.ru, перешли к Герману Дзебисову — в то время он упоминался в СМИ как замгендиректора «Евродона», кроме того, это брат жены дирижера, художественного руководителя Мариинского театра Валерия Гергиева. К последнему эти 15% акций перешли в декабре 2008 года. Ванеев пояснял этот шаг благодарностью именитому земляку за помощь на старте проекта: именно Гергиев представил его председателю правления ВТБ Андрею Костину, и банк начал кредитовать проект. В 2005-м долг «Евродона» выкупил ВЭБ, который тогда возглавил Владимир Дмитриев, работавший с холдингом еще будучи зампредом ВТБ. Банк стал крупнейшим кредитором компании, поверив в перспективы бизнеса, тогда как другие называли Ванеева фантастом и мечтателем. В итоге «Евродон» сумел стать крупнейшим производителем индейки в России, и долгое время у компании был имидж некой self-made истории, за которой не стоят высокие покровители, а основным драйвером является одержимость идеей и преданность Ванеева своему проекту.
Почему Газизуллин вдруг решил выйти из вполне успешного бизнеса, который к тому же активно развивался и диверсифицировался за счет производства мяса утки — тоже до конца неясно. «У меня четыре года длился корпоративный конфликт с Ванеевым, и я был вынужден продать акции «А1», — цитировали его «Ведомости». Среди возможных причин разногласий называли как раз утиный проект: Brimstone Investments Ltd была против инвестиций, поскольку у «Евродона» и без того высокая долговая нагрузка. По версии Ванеева, конфликт начался после его нежелания отдать Газизуллину долю в компании «Евродон-Юг» (новый индейководческий комплекс «Евродона»).
Хотя изначально «А1» заявила, что будет партнером холдинга в развитии бизнеса, спустя несколько дней она подала три иска к «Евродону» и лично Ванееву. Последний взял в общей сложности 24 млрд руб. кредитов на «Евродон-Юг» и «Донстар» (производство утки) — обе компании входят в «Евродон», который и стал их поручителем. «А1» требовала признать сделки недействительными, так как оба кредита якобы были выданы с нарушениями корпоративных процедур. По этой же причине компания требовала исключить Ванеева из числа участников «Евродона».
Партнеры холдинга видели угрозу для его стратегических планов, а подавляющее большинство отраслевых и финансовых экспертов склонялись к мнению, что Ванеев потеряет бизнес. В пользу такого сценария говорила репутация «А1». В течение 2000-х годов основным бизнесом «Альфа-Эко» (так прежде называлась «А1»), была покупка акций проблемных компаний и заработок на акционерных конфликтах. Предполагалось, что после ликвидации проблем и повышения акционерной стоимости холдинг будет продан стратегическому инвестору, хотя в чьих интересах действовала «А1» - осталось загадкой. Тогда же банки остановили финансирование «Евродона», он не мог начать заселять новые птичники. «Был момент, когда кормов для птицы оставалось всего на три дня: поставщики не отпускали в долг, потому что непонятно было, чем это все закончится», — говорил Ванеев РБК.
Но в итоге противостояние продлилось меньше трех недель: уже 26 февраля «А1» сообщила о продаже активов структурам ВЭБа — к слову, в день отставки с поста его председателя Владимира Дмитриева. Еще несколько дней спустя суд прекратил производство по искам Brimstone Investments Ltd. Ванеев признавал, что компания привлекала административные ресурсы, однако не уточнял — какие именно. СМИ писали, что о проблеме известно президенту Владимиру Путину, который в бытность премьер-министром посещал «Евродон», и якобы звонил Ванееву, когда у того возник конфликт с «А1». Очевидно, что если бы холдинг не защитили на самом высоком уровне, почти наверняка у ее основателя отобрали бизнес, причем руководствуясь буквой закона.
Газизуллин, более 20 лет входивший в совет директоров «Газпрома», этим летом в него не попал, что связывали с ситуацией вокруг «Евродона». Для самого холдинга история тоже не прошла бесследно: компания несколько отошла от плановых показателей производства и в итоге впервые формально уступила лидерство на рынке индейки «Дамате». Тем не менее, по итогам года холдинг рассчитывает вернуться на первую строчку, выпустив более 70 тыс. т, проектная мощность комплекса ближайшего преследователя — 60 тыс. т.
