Курс на замещение импорта -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Курс на замещение импорта
Виктория Хайруллина
Агроинвестор
февраль 2015
Государство поддержит строительство 1,5 тыс. га теплиц
Фото: ООО «АГРИСОВГАЗ»

Производство овощей в открытом и закрытом грунте не было в приоритете у государства до введения в августе прошлого года продовольственного эмбарго. В ближайшие три года на развитие тепличного овощеводства предполагается выделить более 9 млрд руб. из федерального бюджета.

Однако этих денег может быть недостаточно для реализации планов Минсельхоза — возведения к 2020 году 1,5 тыс. га тепличных комп­лексов. Более половины затрат на их строительство номинировано в валюте, и в нынешней макроэкономической ситуации немногие инвесторы готовы к таким вложениям.

В 2013 году товарное производство овощей в закрытом грунте, по данным Росстата, составило 636 тыс. т. В 2014-м этот показатель приблизился к 650−670 тыс. т за счет запуска новых тепличных проектов в разных регионах России. В этом году инвестиции в сектор продолжатся. Государство настроено на замещение импорта и выделило отрасль в разряд приоритетных.

Как привлечь инвесторов

До недавнего времени отрасль тепличного овощеводства была не особо привлекательной для инвесторов, поскольку не была в приоритете у государства и поддерживалась на минимальном уровне. Для сектора характерны и другие проблемы, мешающие его развитию.

Одна из причин низкой инвестиционной активности — сложности с получением кредитов на реализацию тепличных проектов, считает гендиректор компании «Технологии Роста» Тамара Решетникова. «Сегодня многих привлекает огромный потенциал отрасли, который базируется на уже сложившемся платежеспособном спросе населения на несезонные овощи и зелень, — рассказывает она. — Но современное тепличное производство требует значительных долгосрочных вложений».

Эти особенности бизнеса существенно ограничивают желания и планы потенциальных инвес­торов, считает она. По данным эксперта, из всех заявленных проектов реализуется только около 40%.

Старший советник и представитель по проектам в России голландской компания DLV Plant (консалтинг в области сельского хозяйства) Анна Пашкевич подтверждает, что основные проблемы тепличной отрасли заключаются в отсутствии доступного финансирования, эффективного краткосрочного кредитования для закупки семян и расходных материалов.

С ними соглашается директор компании «Белгородинвест-1″ (Белгородская область, инвестирует в строительство теплиц) Валерий Беляев. Кредитные ставки на уровне 20−25%, предлагаемые сейчас банками, становятся неподъемными для бизнеса, отмечает он. Кроме того, из-за рос­та курсов валют резко и значительно подорожало оборудование для тепличных комплексов.

«Когда в августе 2014 года мы рассчитывали основные показатели проекта, евро стоил 48 руб., сейчас он прибавил 60%, — сравнивает Беляев. — А учитывая, что около половины оборудования для тепличных комплексов ввозится из-за рубежа, стоимость проекта теперь тоже увеличится». Для решения проблемы нужно развивать производство отечественного оборудования, привлекая крупные инжиниринговые компании и изучая лучший мировой опыт, добавляет он.

Кроме того, тепличное производство очень энергоемкое, и дороговизна электроэнергии и газа — еще одна ощутимая проблема для инвес­торов. В себестоимости продукции эти две статьи расходов занимают до 60−70%. «И это при полном отсутствии субсидирования, — напоминает гендиректор СХП «Теплицы Белогорья» (Белгородская область) Анатолий Тарасов. — Мы потребляем 1,5 млн м3? газа в месяц, при стоимости 7 руб./м3?он обходится нам в 10−15 млн руб. ежемесячно. При сильных морозах расход увеличивается более чем до 2 млн м3/мес., что значительно бьет по карману». Тариф на электроэнергию составляет около 5 руб./кВт-ч.

Удорожание энергоносителей увеличивает сроки окупаемости проектов как минимум до 10 лет при инвестициях в строительство 200 млн руб./га, оценивает Тарасов.

Поэтому нужно соразмерно — до 10−12 лет — увеличить сроки кредитования таких проектов. «Мы брали кредиты на строительство тепличного комплекса и по договору с банком должны уложиться в семь лет, — рассказывает он. — Учитывая реальные сроки окупаемости проекта, времени слишком мало, но для банков это не аргумент». В отрасль станут инвестировать гораздо активнее, если вырастут сроки кредитования и будут введены дотации на энергоносители, уверен Тарасов.

Замдиректора по производству предприятия «Тепличное» (Мордовия) Сергей Рузанкин говорит о необходимости введения компенсации части затрат на электроэнергию. «Тогда работать было бы проще, — считает он. — Также необходима частичная компенсация затрат на технику».

Председатель совета директоров «Великолукского молочного комбината» (Псковская область, имеет собственный тепличный проект) Дмитрий Матвеев предлагает ввести ограничения в цене энергоносителей для производителей. «30−40% наших затрат — это стоимость электричества и газа, — делится он. — А за последние четыре года цена на газ выросла в два раза».

Учитывая высокую энергоемкость тепличного производства, инвестиционную привлекательность сектора снижают тарифы на подключение к газу и электроэнергии, вторит им председатель наблюдательного совета группы компаний «Белая Дача» Виктор Семенов.

Он считает, что для развития отрасли государство должно субсидировать кредитные ставки и частично компенсировать инвесторам затраты на оборудование. Это уже предусмотрено в скорректированной Госпрограмме развития сельского хозяйства, но пока средства не начали выделяться, знает топ-менеджер.

Чтобы инвесторы активнее приходили в отрасль, необходимо понизить кредитную ставку и сделать доступнее банковское финансирование, думает Решетникова.

Для привлечения в отрасль новых игроков, необходим реальный доступ компаний к дешевым заемным деньгам, но его пока нет, отмечает Анна Пашкевич. «Поэтому сейчас лишь единичные инвесторы, преимущественно пришедшие из других отраслей, воплощают новые проекты, — говорит она. — Но если заявленная государством поддержка будет реальной, то инвесторы потянутся в этот сектор».

Также этому может способствовать введение налоговых льгот в первые годы существования или реализации проектов. Однако усилить инвестиционный интерес иностранных компаний в нынешних условиях все равно вряд ли удастся, добавляет она.

Пока развитие тепличного сектора России идет очень медленными темпами, отмечает директор отдела консультирования голландской компании GreenQ Horticultural Expertise Group (консалтинг в секторе растениеводства защищенного грунта) Йиллес Худкнехт.

Он тоже думает, что для увеличения притока инвестиций в отрасль российские компании должны получить более низкие процентные ставки по кредитам и иметь легкий доступ к финансированию. «Сбор необходимой документации и соблюдение строгих правил также часто очень сильно усложняют реализацию проектов, отвлекая внимание инвестора от других важных процессов, например, получения новых знаний», — добавляет Йиллес Худкнехт.

При этом, по его словам, многие компании допускают ошибки, сначала закупая оборудование вместо приобретения необходимых знаний: более глубокое понимание технологических решений имеет большое значение и может способствовать повышению производительности и доходности проекта.

Решили поддержать

Скорректированная госпрограмма развития сельского хозяйства, утвержденная в конце 2014 года, предполагает, что для роста производства овощей защищенного грунта необходимо построить около 1,5 тыс. га теплиц.

Изначально дополнительную потребность отрасли в финансировании Минсельхоз оценивал в 45 млрд руб., утвержденный лимит на 2015−2020 годы — 43 млрд руб. Причем часть этих средств должны направить на развитие овощеводства открытого грунта и производство семенного картофеля.

На теплицы в федеральном бюджете на ближайшие три года заложено около 9,2 млрд руб. «Мы в течение шести-семи лет добивались того, чтобы тепличное производство попало в государственную программу, — рассказывает Семенов. — К сожалению, это состоялось не в самое удачное для страны время, но мы надеемся, что заявленные средства все же придут в сектор».

Беляев уверен, что финансовая поддержка государством проектов тепличного овощеводства — хороший шанс для бизнеса заместить импортную продукцию.

По итогам 2013 года Россия импортировала одних лишь томатов на сумму более $1 млрд, напоминает он. «Введенное продовольственное эмбарго дает отечественным компаниям возможность создать современное производство, заняв свободную нишу, — думает он. — Рынок тепличного овощеводства довольно емкий и, реализовав программу по замещению импорта, мы сможем не только создать новые рабочие места в сельской местности, но и снизить стоимость продукции».

В существующих макроэкономических условиях планы, которые декларирует государство, нереальны, уверена Анна Пашкевич. По ее словам, с точки зрения маркетинга, введение такого объема теп­личных мощностей — верный ход, но сроки реализации слишком малы.

Чтобы выполнить план, с учетом новых реалий дополнительную поддержку отрасли овощеводства защищенного грунта нужно увеличить как минимум в полтора раза, оценивает она.

Планы государства по быстрому расширению современных площадей защищенного грунта в России малореальны, солидарна Решетникова. «На 10 га современных теплиц выращивается в среднем 6−7 тыс. т/год овощей, — рассказывает она. — Даже если допустить, что все работающие сейчас старые комбинаты сохранят свой объем производства, то только для замещения импорта несезонных овощей потребуется построить минимум 1,8 тыс. га новых теплиц с современным оборудованием и передовыми технологиями».

Причем более 70% действующих тепличных мощностей — это советские комплексы, использующие устаревшие агротехнологии и оборудование, отмечает Решетникова. Их потенциал практически исчерпан.

Поэтому производство овощей можно увеличить, только если частные инвесторы при поддержке государства будут строить новые комбинаты. Если все запланированные проекты будут реализованы, то по итогам 2015 года производство овощей должно увеличиться примерно на 50 тыс. т с учетом того, что уже работающие теплицы не будут демонтированы, прогнозирует эксперт.

Для возведения 1 га теплиц нужно около 3 млн. Таким образом, инвестиции в отрасль должны составить более 5,4 млрд в течение ближайших пяти лет, подсчитывает Решетникова.

С учетом текущего курса рубля, эта сумма превышает 400 млрд руб., или 80 млрд руб. ежегодно, начиная с 2015 года. По оценке Пашкевич, инвестиции в строительство теп­лиц в среднем составляют от 300−350/м2?"под ключ» в зависимости от климатических и региональных условий. Сроки окупаемости — пять-семь лет, смотря какую продукцию выращивать.

Семенов уверен, что планы государства по возрождению тепличной отрасли реальны, если решить проблему инвестиционных кредитов, дороговизны электроэнергетики и компенсировать компаниям покупку оборудования.

Если строить теплицы на юге страны, то они вполне могут окупаться лет за семь, предполагает он. «Главное, чтобы государство не пошло по стопам СССР, развернув строительство на севере», — добавляет топ-менеджер.

Бизнес по производству овощей закрытого грунта высокозатратный и нуждается в господдержке, говорит Беляев. Тепличные проекты сегодня очень дорогие. В зависимости от выбора технологического решения стоимость возведения 1 га теплиц варьируется от 100 млн руб. (самый простой вариант без электродосветки и электрогенерации) до 220 млн руб. и выше.

То есть проект на 10 га обойдется минимум в 1 млрд руб. При комплексном подходе с собственной генерацией электро­энергии и системой досветки инвестиции превысят 2 млрд руб., сравнивает он. Сроки окупаемости новых теплиц, по его словам, в первую очередь зависят от применяемого технологического решения, но в среднем составляют не менее семи лет.

Заявленные государством планы не будут выполнены, пока не стабилизируется финансовая обстановка в стране, считает Матвеев. «Сегодня все инвестиции в теплицы на 80% номинированы в евро, все комплектующие импортные», — отмечает он. Компания задумывается о запуске новых тепличных проектов, но пока не начинает их реализацию из-за нестабильной ситуации с банками.

Инвестиции снизятся

В 2014 году инвестиционная активность в российской тепличной отрасли была средне-низкой, говорит Анна Пашкевич. «Кроме основных экономических проблем сектора, это связано со стремительным падением рубля.

Рост цен на тепличную продукцию не компенсирует обесценивание национальной валюты, — поясняет она. — К сожалению, нам приходится наблюдать снижение и существенное удорожание импорта, а в нашем производстве так или иначе присутствуют зарубежные компоненты: основное технологическое оборудование, семена, удобрения, некоторые расходные материалы».

Прошлый год был тяжелым для тепличной отрасли, подтверждает Йиллес Худкнехт. «В течение этого года наша компания построила несколько теплиц в Санкт-Петербурге, Владимире, Нижнем Новгороде, Екатеринбурге, Краснодарском крае, Тюмени, Новосибирске, однако возникли проблемы с оплатой», — делится он.

Тепличный сектор не очень привлекателен для инвесторов, потому что окупаемость проектов составляет не менее восьми лет, уверен он. Российский бизнес, как правило, планирует получать прибыль уже через три года, что при нынешних ценах на овощи (томаты, огурцы и т. д.) очень сложно.

Йиллес Худкнехт ожидает, что в 2015 году активность инвесторов в тепличной отрасли продолжит снижаться и будет реализовано меньше проектов, чем в 2014-м. «В нынешних экономических условиях компаниям выгоднее положить деньги в банк с 17-процентной ставкой, — считает он. — К тому же из-за девальвации рубля закупать оборудование для теп­лиц у иностранных поставщиков стало гораздо дороже».

В 2015 году инвестиционная активность в теп­личном секторе будет определяться политикой банков, полагает Решетникова: без кредитов невозможно создать новые комплексы.

Наиболее интересными и перспективными она считает проект «Липецк Агро» (инвестор — компания «Фито») с использованием теплиц Ultra Clima, кластер тепличных хозяйств в Белгороде общей площадью около 80 га, тепличный комплекс «Тюмень Агро» (инвестор — питерская компания «Теп­личные технологии роста») мощностью около 15 тыс. т овощей в год. За ними будущее теп­личной отрасли страны, уверена она.

Тепличное производство развивается и получает приток капитала, в том числе и от непрофильных инвесторов, говорит Беляев. Например, в Белгородской области теплицы строит компания «Изовол» (теплоизоляционный завод), в этом же регионе аналогичный проект анонсировала строительная компания «Гефест» и другие. «Новые игроки приходят в отрасль благодаря перспективности этой ниши и активной поддержке со стороны государства, — уверен он.

— Уже через три года мы сможем увидеть плоды совместных усилий бизнеса и власти по замещению импорта: наличие качественных овощей на прилавках магазинов, новые рабочие места и увеличение оборотов внутреннего производства». У «Белгородинвест-1» тоже есть проект создания тепличного комплекса на 12,9 га в Грайворонском районе Белгородской области.

«Белая Дача» готовится начать строительство автоматизированного тепличного комплекса в Ставропольском крае. Реализация проекта планировалась на 2016 год, но с учетом потребности в ускоренном замещении импорта компания решила ввести его в эксплуатацию в конце 2015-го и увеличить первую очередь с 2 га до 5 га.

Сейчас идут проектные работы, согласование технических условий присоединения инженерных сетей, уточняется стоимость. «Предприятие станет самым современным в стране, способным обес­печить круглогодичное производство, — рассказывает Семенов. — Теплицы будут покрыты специальным материалом, полностью пропускающим ультрафиолетовые лучи, что значительно повысит качество и вкусовые свойства салатов».

Холдинг надеется на господдержку, так как без нее комплекс не окупится. Для повышения экономической эффективности проекта, кроме субсидирования кредитов и компенсации части затрат на оборудование, необходимо не начислять НДС на продукцию, которая не производится в России, как это практикуется в других отраслях, предлагает Семенов. Он сожалеет, что «Белая Дача» поздно начала инвестировать в теплицы.

Проекты федерального уровня

Российский фонд прямых инвестиций AVG Capital Partners на протяжении нескольких лет успешно реализует проект «Фабрика овощей». Сейчас это крупный игрок федерального масштаба на рынке овощей защищенного грунта. Тепличные комплексы агрохолдинга занимают 40,6 га в Тульской, Ростовской, Челябинской и Новгородской областях.

Круг­логодичное производство овощей (огурцы, томаты, зеленные агрокультуры) составляет 20,6 тыс. т. Как рассказывал ранее «Агроинвестору» управляющий партнер AVG Дмитрий Штейнсапир, компания планирует масштабировать проект: наращивать производственную мощность действующих комбинатов, модернизировать их, а также строить новые предприятия.

«У нас есть стратегия, где прописано, в каких регионах с точки зрения логистики и климатических зон нам интересно развиваться, — говорил он. — Первое — юг: уже выбраны площадки в Ставропольском крае, и дальше хочется разворачиваться именно там». Есть возможность наращивания производства в уральском регионе.

Также интересными с точки зрения расположения теплиц Штейнсапир считает средневолжские территории. В ближайшие годы AVG планирует создать еще две теплицы, а также возвести вторую и третью очереди четырех действующих комбинатов. На двух строительство уже идет, в 2015 году может начаться и на третьем предприятии.

К 2016 году компания хочет расширить тепличные мощности до 100 га на пяти-шести площадках. «Рынку был бы интересен игрок, у которого есть 500 га теплиц, это наша цель на ближайшие лет пять, — делился планами Штейнсапир. — Ниша для замещения импорта есть, спрос торговых сетей тоже будет стабильным. А делать такой бизнес, имея действующие площадки, проще в плане привлечения финансирования, чем начинать с нуля».

Возможность стать одним из крупнейших игроков в овощеводстве закрытого грунта есть и у торговой сети «Магнит» Сергея Галицкого. Инвестировать в строительство теплиц «Тандер» (управляющая компания «Магнита») начал несколько лет назад, создав для этого «дочку» «Зеленая линия». Первые комплексы были запущены в 2012 году, в 2013-м они поставили в магазины около 600 т томатов, 15 тыс. т огурцов и более 2 млн штук зеленных агрокультур.

После выхода на полную мощность проект будет включать 24 тепличных блока на 120 га — по 5 га каждый, производительностью 37 тыс. т томатов и 30 тыс. т огурцов в год. Общие инвестиции оцениваются в 11 млрд руб.

В конце прошлого года Галицкий заявил о намерении в ближайшие 10 лет открыть в стране 40 новых производств продуктов питания. Среди них, вероятно, будут и новые тепличные комплексы. Стимулом для создания таких предприятий послужило отсутствие перспектив в сотрудничестве с иностранными поставщиками.

В работе над статьей участвовала Инна Ганенко.

Обмен опытом
Анна Пашкевич говорит, что еще одна проблема отрасли — дефицит квалифицированных кадров.

«У нас в стране слабая подготовка специалистов для овощеводства защищенного грунта, — отмечает она. — Но это проблема не только России, мы решали аналогичные задачи в других странах: у компании есть собственный Центр инноваций и повышения квалификации в Нидерландах». Сейчас ведутся дискуссии относительно создания голландско-российского центра для тепличной отрасли, который будет способствовать обмену опытом между двумя странами и сбалансирует теоретические и практические знания, делится Пашкевич. «Однако на это потребуется время, которое у отрасли вряд ли есть», — добавляет она. В Белгородской области этот вопрос уже решается, обращает внимание Валерий Беляев. «В местных средних специальных учебных заведениях и вузах стали вводить подготовку специалистов по овощеводству и агрономии в закрытом грунте», — знает он.

Улучшение образования для агрономов — один из важных факторов развития тепличной отрасли, соглашается Йиллес Худкнехт. В этом плане может быть полезен голландский опыт использования новых технологических решений и усиление обмена знаниями между двумя странами, например, через организацию студенческих программ, считает он.

Несмотря на нынешнюю экономическую обстановку, компании-лидеры голландского тепличного сектора продолжают сотрудничать с партнерами в России, отмечает Пашкевич. «Мы видим значительный потенциал в возможности помочь отечественным аграриям преодолеть существующие проблемы и сделать российские тепличные проекты более рентабельными благодаря использованию хай-тек инноваций и передачи знаний», —
говорит она.
Сколько ввозим
В 2014 году, по оценке Тамары Решетниковой, объем импорта овощей снизился на 8−10% по сравнению с показателем 2013-го в зависимости от вида продукции. Причина — передел рынка импортных поставок после введения эмбарго и девальвация рубля. Замещение импорта сегодня — это замена одних зарубежных поставщиков другими, считает эксперт. В первую очередь Россия ввозит томаты — более 800 тыс. т/год. Импорт огурцов ежегодно составляет около 180 тыс. т.
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще