Кому нужно столько индейки -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Кому нужно столько индейки
Инна Ганенко
Агроинвестор
март 2015
В России объявлено 40 проектов на 800 тыс. т, выяснил «Агроинвестор». Реализуется меньше десяти
Фото: «ДАМАТЕ»

Индейководство — небольшой нишевый сектор АПК — называют чуть ли не новым драйвером производства мяса-сырья. Но спрос на индейку почти не увеличивается, ее потребление — меньше 1 кг/чел. в год, а главный источник роста мощностей — замещение импорта. Вместе с тем за пять лет заявлено проектов производства мяса индейки на баснословную сумму — 200 млрд руб. Кто верит в идею большого рынка?

В 27 регионах страны анонсировано сорок проектов, вошедших в обзор «Агроинвестора». Их совокупная мощность около 790 тыс. т/год, стоимость — свыше 205 млрд руб. Производство запущено на 11 комплексах, т. е. пока реализовано примерно 27,5% заявок. Около 30% находятся на стадии проектирования или строительства, либо решаются вопросы с финансированием. Шесть из сорока проектов приостановлены или отложены. Судьба еще 25% стартапов достоверно неизвестна: связаться с инвесторами не удалось, а кроме самого анонса в открытых источниках они больше не упоминались, или сведения о них разнились.

В региональном разрезе

О строительстве крупных индейководческих предприятий или расширении действующих мощностей объявляли во всех федеральных округах кроме Дальневосточного (Крым не рассматривался — «АИ»).

Безусловным лидером по привлечению инвесторов в этот сектор стал Центральный округ. С 2009 года в разных регионах анонсировалось 16 проектов примерно на 330 тыс. т (здесь и далее, если не указано иначе — убойный вес) за более чем 120 млрд руб. На первом месте округа и всей России ­— Воронежская область. Она лидирует не только по количеству заявленных проектов и потенциально возможной мощности производства (более 105 тыс. т/год), но и по уровню невыполнения планов. Из четырех проектов — «Евродон», АПК «Индейка Черноземья», КФХ «Бортъ» и «Рамонская индейка» — ни один пока не построен.

Впрочем, в ЦФО сконцентрировано и максимальное количество уже действующих производств. Два из них — тульский «Краснобор» ресторатора Аркадия Левина и подмосковная птицефабрика «Егорьевская» — одни из пионеров промышленного индейководства России. Первый работает с начала 2000-х, а вторая занималась индейкой еще в СССР. Сейчас оба предприятия наращивают мощности: «Краснобор» до 20,8 тыс. т/год, «Егорьевская» до 8 тыс. т/год. В Липецкой области несколько лет работает «Задонская птицефабрика» компании «Зерос», где производится 4 тыс. т/год. В планах владельца компании Николая Бобина нарастить объемы до 13−15 тыс. т/год.

Крупным производителем индейки в центре России может стать Московская область. Если СПК «Новое Литвиново» построит, как планирует, комплекс на 60 тыс. т/год, то вместе с «Егорьевской» они смогут производить 68 тыс. т/год этого мяса.

Второе место по числу планируемых комплексов и объему инвестиций занимает Приволжье. С 2009 года здесь заявляли о строительстве восьми крупных предприятий почти на 205 тыс. т/год стоимостью порядка 55 млрд руб. Три из них уже начали работать. Первые очереди проектов ввели в строй «Дамате» в Пензенской области (15 тыс. т/год), комплекс имени Мажита Гафури в Башкортостане (24 тыс. т/год) и птицефабрика «Восточная» в Оренбургской области (4 тыс. т/год). Еще трое инвесторов — птицефабрика «Красноармейская» в Чувашии, «Евродон» и «Агросоюз» в Саратовской области — «заморозили» планы.

По пять проектов было объявлено в Сибири (на 54 тыс. т стоимостью свыше 5 млрд руб.) и в Северо-Западном округе (на 74,8 тыс. т примерно за 14 млрд руб.). В Омской и Ленинградской облас­тях планируется создать по три крупных комп­лекса. В первой строительство пока ведет только птицефаб­рика «Таврическая», во второй расширяет мощности «Конкорд».

На юге реализуется два проекта общей мощностью 101,6 тыс. т/год и инвестициями почти 23 млрд руб. С 2003 года в Ростовской области работает крупнейший на сегодня и самый амбициозный инвестор — «Евродон». Компания производит 35 тыс. т мяса индейки в год, увеличивает мощности на уже действующем предприятии до 54 тыс. т/год и строит рядом еще один комплекс («Евродон-Юг») на 48 тыс. т/год.

Учредитель и гендиректор «Евродона» Вадим Ванеев не отказывается от планов в Воронежской и Саратовской областях, но говорит, что сначала реализует ростовские проекты. Всего он хочет инвестировать в индейководство почти 58 млрд руб.

На Урале интерес к промышленному производству индейки пока проявили только два инвестора из Свердловской области. В сумме они могут произвести до 23 тыс. т/год с общими вложениями около 2 млрд руб., но оба пока не реализовали планы.

Два проекта на 17,8 тыс. т совокупной стоимостью 6,1 млрд руб. анонсировали на Северном Кавказе. «Агро-плюс» уже приступил к строительству на Ставрополье. Первую товарную продукцию компания планирует получить в 2015 году. В Кабардино-Балкарии о строительстве объявлял «Юг-Агро». Связаться с инвесторами не удалось.

В последние годы действительно анонсировалось много проектов по созданию новых и расширению существующих индейководческих комплексов, подтверждает президент Agrifood Strategies Альберт Давлеев. По данным компании, в 2012—2014 годы было 37 публичных анонсов. «Но на начало весны реально были одобрены, финансируются и реализуются, по нашим оценкам, всего восемь из них, — отмечает он. — К 2018−2020 годам вместе они смогут производить не более 400 тыс. т/год мяса индейки».

Успех для опытных

По мнению Давлеева, сейчас наилучшие перспективы для развития в сегменте промышленного инейководства только у двух категорий компаний. Успешными могут быть уже работающие на рынке, поскольку для них не существует понятия «цена входа», и есть опыт производства и свои покупатели.

Также выигрышны проекты, расположенные близко к целевым рынкам — крупным мегаполисам (Москва, Санкт-Петербург, города-миллионники) или в финансово стабильных регионах с более высоким уровнем доходов населения, чем в среднем по России. У этих компаний более быстрый оборот вложенных средств, стабильный денежный поток и хорошая капитализации бизнеса, соответственно, они могут гарантировать возврат инвестиций или кредитов. По­этому у обеих групп при любых условиях есть и будут преференции от кредиторов.

Среди таких лидеров Давлеев называет «Краснобор», «Евродон», «Дамате», комплекс имени Гафури. Возможно, со временем среди них окажется и «Тамбовская индейка» — совместный проект «Черкизово» и испанской Grupo Fuertes. «Остальным придется сложно: сроки возврата инвестиций удлиняются, придется подниматься до уровня лидеров, порой в буквальном смысле слова выживать, а в случае неудачи — продавать свои бизнесы более успешным конкурентам», — констатирует эксперт.

Мощность ростовского производства «Евродона» сейчас составляет около 35 тыс. т/год. К 2016-му планируется выйти на 120 тыс. т/год. Хотя компания не отказывается от проектов в других регионах, но относится к ним с осторожностью. «Сейчас до конца непонятно, как будет развиваться рынок: за последние годы заявлено о строительстве около полусотни индейководческих комплексов, банки ужесточили требования по их кредитованию, что вполне понятно. Поэтому мы пока смотрим, что будет дальше. Если все эти проекты «выстрелят» в 2015—2016 годах — рынок обрушится», — делится Ванеев.

«Дамате» в прошлом году запустила первую очередь проекта на 15 тыс. т/год в Пензенской области. Комплекс достался ей от обанкротившегося «Евросервиса». В планах компании в ближайшие два года увеличить производство до 60 тыс. т/год. «Потенциал нашего проекта еще выше на тех же инфраструктурных мощностях», — уверяет председатель совета директоров «Дамате» Наум Бабаев. Общий объем инвестиций в проект превышает 12 млрд руб., часть из них — кредит Россельхозбанка.

«Краснобор» в следующем году готов нарастить производство с 16 тыс. т до 20,8 тыс. т/год, проект кредитуется Сбербанком. Новые площадки уже построены, сообщил гендиректор компании Игорь Сметанин. Рынок сбыта предприятия — московский регион.

«Черкизово» уже в следующем году планирует запустить индейководческий проект стоимостью 7,5 млрд руб. в Тамбовской области. Около 4,5 млрд руб. — кредит Сбербанка. За два года возведены основные корпуса комплекса на 40 тыс. т/год. «С начала реализации идеи общий объем вложений превысил 900 млн руб. По ряду объектов совсем скоро приступим к монтажу оборудования», — говорил в начале мая председатель совета директоров группы Игорь Бабаев.

Помочь успешной реализации проекта может хорошо выстроенная система дистрибуции, рассказывает директор по связям с общественностью и инвес­торами «Черкизово» Александр Костиков. «Благодаря этому мы сможем быстро попасть на полку в основных сетях и, соответственно, получить заметную долю на рынке», — надеется он.

Что планируют

Крупный проект с инвестициями 2,4 млрд руб. и мощностью 8,2 тыс. т/год в Ставропольском крае реализует компания «Агро-плюс». Предполагается создать производство замкнутого цикла — будут возведены инкубатор, площадки выращивания, комбикормовый завод, убойный и перерабатывающий цеха. «Строительство объектов уже ведем, пока на собственные средства, — комментирует главный инженер компании Евгений Пивченко. — Запустить производство надеемся в первом квартале 2015 года». Окупаемость проекта, по расчетам инвесторов, составит около пяти лет.

Питерская «Царская птица» в этом году планирует приступить к строительству комплекса в Новгородской области. Компания производит продукты питания, и индейка поможет диверсифицировать линейку продукции. «Сейчас мы на стадии проектирования, если все сложится хорошо, то до конца года начнем строить первую очередь на 7,6 тыс. т/год, — говорит гендиректор компании Денис Рассадников. — Полная мощность проекта — 22,8 тыс. т/год, инвестиции — 4,4 млрд руб.».

«Невьянская птицефабрика» и израильская компания Agro Vector Group еще в 2011 году подписали соглашение о совместном строительстве комплекса по производству 8 тыс. т/год индейки в Свердловской области. Инвестиции оценивались в 2,5 млрд руб. Но партнеры разошлись. «Мы считали стоимость проекта завышенной, — делится гендиректор птицефабрики Сергей Федоров. — По нашей оценке, предприятие такой мощности с помощью мини-кредитов реально построить за 1−1,2 млрд руб.».

Сейчас у компании российские инвесторы, но они не спешат продолжать строительство. «Пока стоим, — признает Федоров. — Подготовили всю проектную документацию, получили разрешение на строительство, подключили системы электро- и газоснабжения, есть средства, необходимые для открытия кредитной линии. Но из-за ожидания кризиса и снижения инвестиционной привлекательности России наши акционеры приостановили проект».

Последних также волнуют вопросы спроса и сбытовой политики. При этом Федоров уверен, что новые проекты по индейке нужны как в целом по стране, так и в Свердловской области в частности. По его словам, в регионе есть небольшое фермерское производство, но промышленного нет, поэтому в магазинах представлена индейка из Башкирии.

В Белгородской области намерения построить комп­лекс по выращиванию индейки с убойным предприятием и комбикормовым заводом есть у компании «ЭкоНика-М». Проект будет реализовываться в два этапа. На первом планируется производить 10 тыс. т индейки в год, построить убойный цех, инкубаторий, на втором — вдвое увеличить мощности. Общие инвестиции в проект — 4 млрд руб.

О проекте было объявлено два года назад, но строительство пока не началось. «Мы своих планов не отменили, просто очень долго решаются вопросы с документацией, с поиском инвестора, — объясняет гендиректор компании Николай Крылов. — Сейчас наконец получили разрешение на строительство двух площадок откорма, без него банки не рассматривают запросы на кредитование».

Компания нашла инвес­торов, готовых обеспечить 30% стоимости комплекса, уже принято решение о строительстве. «Думаю, уже через три месяца подготовим документы для подачи заявки в банк, скорее всего, это будут Россельхозбанк или Сбер», — предполагает Крылов. Непосредственно к строительству руководитель рассчитывает приступить весной следующего года.

В том, что новые индейководческие проекты нужны рынку, Крылов не сомневается: потребление можно и нужно увеличивать. По его словам, уже сейчас, когда проект еще на бумаге, к «ЭкоНике-М» обращались партнеры, желающие покупать на реализацию ее продукцию. «Мясокомбинаты тоже с удовольствием берут индейку на переработку», — добавляет Крылов.

СПК «Новое Литвиново» (занимается молочным животноводством и растениеводством) планирует создать комплекс по выращиванию и переработке мяса индейки в Московской области. Проектная мощность — 60 тыс. т/год. «Мы оформили земельные участки, выполнили технические условия, есть вся разрешительная документация и даже положительные решения кредитного комитета и правления Россельхозбанка о выделении кредита, но денег пока не получили, — рассказывал гендиректор компании Александр Щеткин в середине мая. — Общие вложения оцениваем в 8,6 млрд руб.».

С проблемой задержки финансирования столк­нулся и ленинградский «Конкорд». Проект на строительство 18 птичников с цехом убоя на 7 тыс. т/год продукции предусматривает инвестиции 0,5 млрд руб. «Кредит одобрен кредитным комитетом Россельхозбанка, ждем первых поступлений, — говорит гендиректор предприятия Аслан Тумов. — Начать строительство планируем во втором-третьем квартале этого года». «Конкорд» уже производит индейку (около 1,8 тыс. т/год.). «Последнее время мы отмечаем увеличение спроса, особенно в московском регионе, поэтому решили расширяться», — поясняет руководитель.

«Рудо-Индо-Стар» в прошлом году запустила первую очередь предприятия на 1 тыс. т/год мяса индейки в Рязанской области, потратив около 0,4 млрд руб., рассказывает руководитель проекта «Индейка» Владимир Колесников. Инвестор проекта — компания «Рудо» (производитель слабо- и безалкогольных напитков). «Владелец компании решил заняться производством продуктов питания и выбрал индейководческое направление как быстро окупаемый и перспективный бизнес, — рассказывает он. — Но на 1 тыс. т/год много прибыли не получишь, сейчас главное — понять специфику нового бизнеса, научиться работать и хотя бы выйти в ноль».

В следующем году планируется начать строительство второй очереди, благодаря запуску которой мощности вырастут до 4 тыс. т/год. «Мы реализуем индейку как на местном, так и на московском рынках, на нее хороший спрос, — продолжает Колесников. — Поэтому проблем со сбытом после увеличения объемов производства быть не должно». Сейчас компания занимается проектированием и ищет источники финансирования.

Строительство первой очереди кредитовал Сбербанк. «Хорошо, что у нас есть возможности зарабатывать на других направлениях деятельности — это помогает, когда случаются кассовые разрывы по индейководческому проекту», — отмечает Колесников.

У «Рудо» есть и своя идея развития индейководческого бизнеса с помощью кооперации, компания старается продвигать свой план через региональный Минсельхоз. «Фермеры будут заниматься выращиванием птицы, а мы — предоставлять им комбикорма, технологическое сопровождение и т. д. Потом будем выкупать это поголовье», — делится Колесников.

«НПВ Групп» планирует возвести комплекс на 14 тыс. т/год мяса индейки с инвестициями более 3 млрд руб. в Калужской области. «Сейчас занимаемся оформлением документации, проектированием, — говорит гендиректор компании Андрей Николенко. — К строительству хотели бы приступить уже в этом году».

Несмотря на потенциал роста рынка, аналитик «Инвесткафе» Роман Гринченко сомневается, что будет реализована значительная часть заявленных проектов. «Наиболее вероятно, что в основном будут запускать крупные предприятия, подразумевающие создание перерабатывающих мощностей, — рассуждает он. — Такие производства имеют более высокий уровень рентабельности и конкурентные преимущества, позволяющие вытеснить импортную продукцию с отечественного рынка».

«Половина из этих проектов нежизнеспособна, — категоричен Бабаев из «Дамате». — Финансировать маленькие производства — большая ошибка, на мой взгляд, абсолютно нецелесообразно строить предприятия по выращиванию индейки менее чем на 30 тыс. т/год». По оценке Ванеева из «Евродона», будет реализовано не более 15−20% анонсированных планов, остальные он считает просто разговорами.

Пока рентабельно

Ажиотаж в секторе связан с тем, что войти с новыми проектами в бройлерное производство и свиноводство сейчас довольно трудно, да и маржа в них уже несравнима с той, что была в начале их развития, считает независимый консультант по птицеводству Валентин Корыпаев. «Поэтому инвесторы ищут альтернативные рынки: индейку, утку, кролиководство и т. д., — перечисляет он. — При этом индейководство не слишком экзотично, цены на продукцию нормальные, окупаемость проектов — шесть-восемь лет».

По мнению Гринченко, основные причины привлекательности индейководства — высокий уровень рентабельности и потенциал роста отечественного рынка. На современных предприятиях маржа может доходить до 30−40%, что значительно выше, чем в других сегментах мясного производства. «При сохранении таких показателей рентабельности окупить инвестиции можно менее чем за пять лет», — полагает аналитик.

Окупить вложения более реально за 10 лет, спорит Ванеев. «Сроки возврата инвестиций увеличились в среднем на два года», — отмечает он. Да и о таких уровнях маржи уже сейчас сложно говорить, обращает внимание Тумов из «Конкорда». «У нас в прошлом году этот показатель был на уровне 4%, — говорит он. — Этого, конечно, недостаточно, есть над чем поработать. Например, чтобы снизить себестоимость производства, мы вскоре запускаем свой комбикормовый цех».

Если построят хотя бы половину из анонсированных производств (на 400 тыс. т/год), то из-за насыщения рынка можно ожидать существенного снижения потребительских цен, что приведет к потере рентабельности этого бизнеса, продолжает Гринченко. Сейчас отпускная цена индейки в 2,2 раза выше, чем бройлера, и в 1,5 раза — говядины и свинины (мясо на кости), сравнивает гендиректор Института аграрного маркетинга (ИАМ) Елена Тюрина.

Филе индейки в рознице стоит около 360 руб./кг, а бройлера — 180 руб./кг, приводит пример эксперт. «Индейка должна позиционироваться в цене между свининой и бройлером, — полагает она. — Для увеличения продаж необходимо снизить рыночную цену так, чтобы индейка была дороже курицы не более чем на 40%".

Себестоимость производства индейки в США сопоставима с себестоимостью бройлера, знает Тюрина, и этот факт стимулирует потребление. «У нас так сложилось, что индейка — дорогое мясо, его можно продавать в премиальном сегменте, — продолжает она. — Но это объясняется ограниченным предложением: индейку довольно часто можно встретить в московских магазинах, но гораздо реже — в городах-миллионниках». В регионах с ней еще хуже.

Если компании расширяют производство, то они должны понимать, что будут продавать продукцию не только в Москве, но и в провинции. Так как уровень доходов в регионах намного ниже, предприятиям придется снижать цену, жертвуя при этом рентабельностью производства, резюмирует Тюрина. «У нас цены в рознице держатся на высоком уровне — 400 руб./кг за бескостное бедро, — отмечает Федоров из «Невьянской». — Мы планировали снизить их как минимум в 1,5 раза, чтобы обеспечить массовые продажи». Скорее всего, небольшие предприятия будут торговать на своем региональном рынке, считает Щеткин из СПК «Новое Литвиново», а те, кто крупнее и логистически удобно расположен, станут ориентироваться на московский.

Перспективы рынка

Сектору, безусловно, есть куда расти. «Даже если вдруг все заявленные проекты будут реализованы, производство индейки на душу населения составит немногим более 5 кг/год, — подсчитывает эксперт ИКАР Даниил Хотько. — В развитых странах едят больше, а у нас сейчас — менее 1 кг/чел. в год».

В 2013 году сельхозпредприятия произвели 127 тыс. т индейки, еще около 10 тыс. т (обе цифры в живом весе) дали хозяйства населения. По сравнению с предыдущим годом промышленное производство выросло на 33%. По расчетам Давлеева, в 2015—2020 годы объем российского рынка индейки достигнет 580 тыс. т, из них 20 тыс. т придется на импорт. Потребление составит около 4,1 кг/чел. в год.

По оценке аналитика инвесткомпании «Финам Менеджмент» Максима Клягина, через четыре-пять лет в общем объеме производства мяса птицы доля индейки будет достигать 12−15%. Наращивание объемов будет способствовать снижению цены и росту спроса. Поэтому вполне реально к 2020 году производить до 500 тыс. т мяса индейки в год. «Конечно, если экономические условия в стране будут оставаться хотя бы такими, как сейчас, — оговаривает он. — Если ситуация будет развивать с положительной динамикой, то выйти на такие объемы производства получится быстрее».

Щеткин тоже оценивает емкость российского рынка индейки в 500 тыс. т — в среднем, меньше 4 кг/чел. в год. «Такие объемы рынок, наверное, действительно съест», — добавляет он. Гринченко из «Инвесткафе» говорит о потенциале роста рынка до 600 тыс. т. По мнению Бабаева из «Дамате», к 2022 году емкость российского рынка индейки может достичь 400 тыс. т, а потребление возрастет до 2,9 кг/чел. в год. Индейка уже очень популярна, поскольку это диетическое и гипоаллергенное мясо, но в большей степени рост спроса будет зависеть от общего благосостояния, уточняет он.

Даже при снижении отпускных цен, в ближайшие пять лет (то есть в период выхода новых объектов на плановые мощности) емкость рынка не вырастет в пять раз, спорит Тюрина. По оценке ИКАР, к 2018 году производство может увеличиться до 250−300 тыс. т, у Тюриной похожие цифры — 250−280 тыс. т/год. Потребление, по ее мнению, в лучшем случае повысится в два раза (к показателю 1 кг/чел. в год). Пока этот показатель не растет и остается практически стабильным с 2005 года, объясняет эксперт.

Тогда емкость рынка индейки ИАМ оценивал в 118 тыс. т, при этом 88% приходилось на импорт, в стране производили около 15 тыс. т. «Теперь ровно наоборот, — добавляет Тюрина. — В 2013 году 88% приходилось на отечественное производство, порядка 12 тыс. т было импортировано».

Главные резервы роста в потреблении мяса индейки — в мясопереработке и фуд-сервисе, уверен Давлеев. По расчетам Agrifood Strategies, к 2020 году 25−30% отечественного мяса индейки будет продаваться в термически обработанном виде (ветчины, варено-копченая грудка, колбасы, сосиски и т. п.), 10−15% — в виде охлажденных и замороженных полуфабрикатов, еще 10−15% — через фуд-сервис. «Именно такой расклад — конкуренция против других видов мяса во всех секторах — позволит производителям индейки избежать «внутрицехового» соперничества и ценовых войн», — полагает эксперт.

Поэтому уровень потребления индейки также будет зависеть от состояния смежных и основных конкурирующих секторов мясного рынка, добавляет он.
Индейка вряд ли будет конкурировать с курицей, поскольку воспринимается как полупремиальный продукт в рознице и высокотехнологичное и качественное сырье для мясоперерабатывающей промышленности. А вот восполнять потери в производстве говядины, которые неизбежно будут расти из-за многолетнего тренда сокращения поголовья КРС в России, вполне реально.

Но основным конкурентом индейки Давлеев считает свинину. Ее рынок в ближайшие годы будет очень нестабильным из-за распространения АЧС, сокращения поголовья в ЛПХ и КФХ и невозможности резко снизить себестоимость производства, резюмирует эксперт. 

Как финансируют
По мнению Давлеева, возможности начала и расширения производства для новых и действующих индейководческих компаний будут серьезно ограничены отсутствием квалифицированных кадров, собственной базы племенного яйца, низкой рентабельностью проектов с невысоким объемом производства, а также дальнейшим усложнением кредитования и субсидирования.

«Агроинвестор» обратился в банки, кредитующие агросектор, чтобы узнать, насколько они готовы финансировать индейководческие стартапы.

Внешэкономбанк подтвердил, что участвует в реализации инвестпроектов по производству мяса индейки и продуктов ее переработки, но не уточнил количество поданных, одобренных и отклоненных заявок. Банк уже профинансировал создание комплекса «Евродона» мощностью 35 тыс. т в живом весе в Ростовской области. В 2013 году компании одобрили кредит на сумму 5 млрд руб. для удвоения мощности предприятия, сообщила пресс-служба ВЭБа. Также банк кредитует второй комплекс Ванеева под Ростовом, «Евродон-Юг», на 60 тыс. т в живом весе в год, выделив на проект 17,5 млрд руб.

В Кабардино-Балкарии создается предприятие «Юг-Агро» по производству 18,7 тыс. т мяса бройлера и 12 тыс. т индейки в год. 70% кредита ВЭБа в размере 3,7 млрд руб. обеспечены федеральной государственной гарантией.

Заявки на кредитование индейководческих проектов поступают на рассмотрение и в Газпромбанк. «В целом активность подачи заявок по индейке и другим проектам в животноводстве на равных с активностью в других сегментах, — говорит сотрудник банка. — Несколько лет назад основная часть заявок поступала по мясу бройлера, затем в моде были стартапы по свинине, теперь все чаще появляются проекты по производству индейки и прочих видов мяса». Это направление в Газпромбанке считают перспективным: «Мы ориентируемся не столько на текущие показатели потребления (довольно низкие в сравнении с другими рынками мяса), сколько на потенциал роста рынка как в физическом выражении, так и в стоимостном».
Экспорт поддержит цены
Возможно, что при насыщении рынка российская индейка пойдет на экспорт: производители будут стараться выйти на новые рынки, чтобы получить стабильный спрос и диверсифицировать каналы сбыта, полагает Роман Гринченко из «Инвесткафе». В отдаленной перспективе Костиков из «Черкизово» тоже видит в экспорте потенциал развития производства индейки.

При производстве и переработке остаются субпродукты, которые могут быть не востребованы на российском рынке, но вполне конкурентоспособны по цене с зарубежными, поставляемыми на международный рынок, напоминает Давлеев из Agrifood Strategies. «Можно смело добавлять к объему производства (или выделять из него) 50−100 тыс. т продукции на экспорт, что снизит ценовое давление на внутренний рынок», — уверен он.
У небольших свои преимущества
У гендиректора «НПВ Групп» Андрея Николенко есть сомнения, что в ближайшие год-два будут реализованы заявленные проекты, особенно крупные. «Поэтому мы вполне обоснованно рассчитываем занять свою долю рынка», — оптимистичен он. Конечно, очевидно, что чем больше объем выпускаемой продукции, тем, при прочих равных, ниже ее себестоимость. Однако и у небольших предприятий, применяющих современные технологии, есть преимущества, считает руководитель. Большие объемы обязывают к определенному поведению на рынке: крупные производители не смогут себе позволить работать с небольшими клиентами, локальными сетями и тем более с отдельными магазинами. Основной их сбыт будет формироваться в федеральных сетях. «А кто будет продавать в небольших городах? Как раз те, кто находится в этом районе, и кто не будет иметь гигантских объемов производства», — уверен Николенко.
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще