Яичные птицефабрики начинают производить мясо бройлера в надежде повысить доходность -Агроинвестор
Добро пожаловать на "Агроинвестор 2.0". Старую версию сайта можно найти по этой ссылке. Об ошибках и пожеланиях можно сообщить здесь.
Не более 5МБ
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Яичные птицефабрики начинают производить мясо бройлера в надежде повысить доходность
Екатерина Балаева
Агроинвестор
ноябрь 2015
За прошедшие три года число птицефабрик смешанного типа выросло с 51 до 66, однако одновременный выпуск яйца и мяса может быть лишь переходным этапом перепрофилирования яичных предприятий в бройлерные. Компании меняют бизнес, чтобы увеличить маржу или занять нишу на пока менее насыщенном рынке, а также для диверсификации рисков
Фото: В. Лысов

По данным Евразийской ассоциации птицеводов, в прошлом году в России работало 159 яичных фабрик и 165 выпускающих мясо бройлера. Также действовали 66 предприятий смешанного типа, причем годом ранее их было на 15 меньше. Ассоциация отмечает тренд увеличения числа комплексов, специализирующихся на выпуске двух видов продукции, и ухода с рынка производителей яйца. Ведущий эксперт Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Даниил Хотько подтверждает, что в последние пять лет в отрасли наблюдается перепрофилирование яичных птицефабрик на смешанный тип производства, а вот бройлерные не меняют специализацию.

Смешиваются от безысходности

Процессы консолидации в птицеводстве активно проходили в 2000-х годах и продолжаются сейчас. На подъеме отрасли в 2005—2010 годы крупные компании стали выкупать фабрики. В структуру холдингов включали два типа яичных предприятий: первые — небольшие комплексы, репродукторы второго порядка, выпускающие инкубационное яйцо. Они представляли собой закрытые компактные площадки на 20−40 птичников, расположенных довольно близко друг к другу. В России насчитывалось около 50 таких игроков, и они приобретались в первую очередь, рассказывает президент консалтинговой компании Agrifood Strategies Альберт Давлеев. Второй тип — мелкие производители пищевого яйца. К 2015 году, по словам эксперта, и тех и других, сохранивших независимость, на рынке осталось крайне мало и лишь в отдаленных регионах страны. В основном небольшие предприятия закрылись или вошли в состав агрохолдингов и продолжают работать: там содержится родительское стадо компании или они выполняют функцию репродукторов второго порядка.

При этом до сих пор значительное число птицефабрик принадлежит государству: среди их акционеров администрации городов или регионов, отмечает Давлеев. Пример — банкротящаяся сейчас «Среднеуральская птицефабрика», учредителем которой является Министерство по управлению госимуществом Свердловской области, ему же принадлежит «Птицефабрика «Рефтинская»». Именно при участии государства, как правило, и создаются смешанные предприятия. По словам Давлеева, совмещение двух типов производства часто происходит от безысходности и может быть временным: постепенно яичная фабрика полностью перейдет на выпуск мяса или вообще закроется.

Дело в том, что яичный и бройлерный бизнес значительно различаются. «Это как грузовик КамАЗ и автомобиль Lamborghini: оба движутся по дороге, имеют четыре колеса, двигатель внутреннего сгорания, но выполняют совершенно разные задачи», — сравнивает эксперт. Во-первых, жизненный цикл несушки длится около года. За это время проходит семь-восемь оборотов стада бройлеров. За 40-дневный период жизни бройлера ему необходимо шесть разных видов кормов, яичная птица получает три-четыре вида, сравнивает Давлеев.

На смешанном предприятии получается минимум три производственных сегмента. Первый — если закупаются и выращиваются цыплята-бройлеры, второй — продуктивные несушки (выпуск товарного яйца), третий — ремонтный молодняк яичного стада. Для каждого из этих потоков нужны разные корма, в которых используется огромное количество добавок, и в итоге только из-за этого фактора такое производство становится нерентабельным, предупреждает Давлеев. Производить корма для бройлеров и несушек можно на одном и том же оборудовании и из одинаковых компонентов, однако они все же должны быть разными, подтверждает гендиректор холдинга «Русское зерно» (производит яйцо и мясо птицы в Башкортостане) Алексей Верхотуров.

Совмещать небезопасно

«Вторая проблема — безопасность, — продолжает Давлеев. — Дело в том, что после забоя бройлеров птичники нужно мыть, чистить, проветривать. Но у нас маленькие фабрики: яичные и бройлерные корпуса находятся на одной площадке, и, так или иначе, происходит перекрестное заражение». Особенно это касается взрослой яичной птицы, которая длительное время находится на комплексе: у нее накапливаются разные болезни, которые могут передаться бройлерам. В результате их производственные показатели и параметры ухудшаются. Организовывать на одной площадке смешанное производство нельзя, потому что птица будет болеть, соглашается Верхотуров. Для бройлеров и несушек необходимо использовать разные ветеринарные препараты, добавляет он.

Кроме того, существует проблема убоя. Давлеев говорит, что именно по этой причине камчатская яичная птицефабрика «Пионерская» который год не может запустить бройлерный проект: компания решила перепрофилировать часть птичников для несушек на производство мяса птицы, поскольку рынок региона испытывает его дефицит. «Там есть проблемы с менеджментом, но главный вопрос — отсутствие достаточных убойных мощностей и средств на их расширение, — знает эксперт. — Дело в том, что несушек забивают раз в квартал или полгода, а бройлеров — раз в пять-шесть недель, притом в огромных по сравнению с несушками количествах».

Цеха яичных фабрик предназначены для небольших объемов продукции, мощность их убойных линий — 1−2 тыс. тушек в день, продолжает Давлеев. А современное бройлерное производство рассчитано на то, чтобы забить птичник на 20−40 тыс. птиц за один день, то есть скорость линии должна составлять 2−3 тыс. бройлеров в час. Поскольку забивать птицу где-то на стороне, по аутсорсу, не получится, предприятию необходимо создавать новый убойный цех, устанавливать дополнительное оборудование, системы утилизации отходов. В итоге, по оценке Давлеева, расходы становятся такими, что заниматься подобным бизнесом просто невыгодно. «То есть, если кормами еще можно как-то управлять, то процессом убоя — никак», — резюмирует эксперт.

«Если производители яйца хотят заняться еще и бройлерами, и у них есть для этого знания, умения, технологические возможности и деньги для инвестиций в проект, то почему бы нет? — рассуждает коммерческий директор птицефабрики «Роскар» (Ленинградская область) Максим Жемчужников. — Однако я бы не сказал, что это может быть повальной тенденцией, потому что здесь много технологических нюансов: ветеринарных, по содержанию, кормлению, системе отслеживания». Кроме того, существует большая разница в реализации разных продуктов птицеводства. Есть особенности в технологии перевозки и выстраивании каналов продаж: в розничных сетях яйцом и мясом птицы занимаются разные менеджеры, рассказывает Верхотуров.

Впрочем, по словам Давлеева, несмотря ни на что, существует несколько десятков смешанных фабрик, которые выживают и даже получают прибыль благодаря тому, что в регионах их работы нет крупных бройлерных комплексов. Среди таких компаний Давлеев называет «Читинскую птицефабрику» (Забайкальский край) и «Вельскую птицефабрику» (Архангельская область). Правда, последняя сейчас не работает: производство постепенно прекратили после пожара, произошедшего в феврале этого года (см. врез «Погорели успешные»).

От яйца к курице

По мнению Даниила Хотько, глобальная причина перехода птицефабрик к смешанному типу работы в том, что внутренние потребности в яйце полностью обеспечены за счет собственного производства, и конкуренция в сегменте максимально высокая. На рынке мяса бройлеров она также значительная, однако ниши еще есть, особенно учитывая выпадение объемов импорта после введения продовольственного эмбарго. «В целом российский рынок достаточно обеспечен и яйцом и мясом, — считает Жемчужников. — Если предприятия переходят к смешанному производству, значит, либо они готовы конкурировать — например, у них по какой-то причине (отлаженные технологии, дешевое сырье) низкая себестоимость — либо они предполагают, что какие-то игроки уйдут с рынка и они займут их место». Также возможно, что отдельные компании намерены работать в отдаленных регионах, которые не до конца обеспечены яйцом и мясом птицы, добавляет он.

Опрошенные «Агроинвестором» птицефабрики переходили к смешанному производству ради освоения новых рынков и диверсификации бизнеса. «У нас переход к смешанному производству сложился исторически, — рассказывает Верхотуров. — Компания покупала готовые предприятия, выпускала яйцо, а рынку требовалось мясо, поэтому мы переводили яичные фабрики на выращивание бройлеров. У нас были небольшие комплексы, приспособленные для производства мяса птицы, поэтому мы решили, что экономически целесообразно перепрофилировать их». Для яйца нужно крупное специализированное предприятие, поэтому для этого сегмента бизнеса холдинг создал большие корпуса, поясняет топ-менеджер. «Мы двигались от яичного производства к бройлерному, кто-то делал наоборот», — добавляет он.

«На рынке яйца в московском регионе конкуренция очень существенная, поэтому в 2013 году мы решили открыть комплекс по производству бройлеров, при этом сохранив яичную площадку, — делится глава компании «Истрапродукт» (Московская область) Олег Мартыненко. — Мы видим перспективы на этом рынке и ставим задачу выделиться среди конкурентов, производя мясо более высокого качества за счет использования собственных высококлассных кормов. Сделать это на рынке яйца, на мой взгляд, сложнее».
Жемчужников рассказывает, что его компания начала производить яйцо с 1972 года, бройлерное мясо — с 1993-го. «Мы видели перспективы на рынках и яйца, и мяса птицы, и переработки и хотели занять разные доли на каждом из них, — отмечает он. — Мы одновременно производим яйцо и бройлеров, у нас разные стада, птицы, технологии, цеха, корма». Сейчас «Роскар» ежегодно выпускает около 1 млрд яиц и 1−1,2 тыс. т мяса птицы в месяц; около 15 лет компания занимается переработкой яйца.

В погоне за маржой

В последние годы из-за снижения рентабельности производства яйца многие яичные птицефабрики перешли на выпуск мяса бройлера. Например, Минсельхоз Кировской области в конце 2013 года сообщал о перепрофилировании «Орловской», «Кирово-Чепецкой», «Костинской» и «Уржумской» птицефабрик. «Иловайская» птицефабрика в Тамбовской области после реконструкции также станет выпускать мясо бройлера вместо яйца. «Шушенская птицефабрика» (Красноярский край) тоже переходит на производство бройлеров, сообщило Министерство сельского хозяйства региона. После сворачивания в конце 2013 года производства на обанкротившейся «Сибирской губернии» в крае резко сократился объем мяса птицы: по данным Красноярскстата, в 2014 году предприятия региона реализовали на убой 27,1 тыс. т птицы против 51,9 тыс. т годом ранее. При этом яиц в крае выпускается больше, чем нужно: в прошлом году было продано 668 млн при производстве 790,8 млн.

Даниил Хотько объясняет тенденцию перепрофилирования птицефабрик более высокой маржой бройлерных предприятий по сравнению с яичными. Последние, по его оценке, в среднем работают с рентабельностью 5−7%. «Хотя о средней доходности говорить довольно сложно: высокоразвитые предприятия формируют комфортную маржу, но есть компании, которые работают на грани нуля», — уточняет он, поясняя, что это связано с удорожанием кормов из-за роста цен на импортные компоненты и низкими ценами на яйца. Рентабельность яичных предприятий, особенно небольших региональных птицефабрик, колеблется на уровне 2−5%, тогда как бройлерные всегда получали в среднем 10−20%, сравнивает Давлеев. То есть, переходя на смешанный тип производства, яичные компании надеются увеличить доходность бизнеса. Это свойственно, скорее, небольшим игрокам, считает Хотько. Давлеев говорит, что, как правило, все же происходит полная трансформация яичного производства в бройлерное.

Однако сами сельхозпроизводители не уверены, что бройлерное производство отличается значительно более высокой рентабельностью. «Это очень относительное понятие, так как спрос и на яйцо, и на мясо птицы зависит от сезона, — отмечает Жемчужников. — По яйцам в году два пика — Новый год и Пасха. В низкий сезон (лето) яйцо стоит дешевле, а мясо — дороже». При этом, по его мнению, в среднем по году в процентном выражении яйцо рентабельнее мяса.

Верхотуров говорит, что переход его компании на смешанное производство напрямую не связан с рентабельностью, скорее, это вопрос диверсификации бизнеса. «Например, летом цены на яйцо низкие, а на мясо высокие. И наоборот. Таким образом, мы застрахованы от падения цены на отдельные продукты», — поясняет он. Жемчужников считает, что запрет на импорт мяса из ряда стран оказал косвенную поддержку отечественным производителям бройлера. На фоне продовольственного эмбарго существенно подорожали свинина и говядина, поскольку их цены привязаны к курсам валют из-за высокой доли импортной продукции. Мясо птицы и раньше было более дешевым, а теперь привлекательность бройлера увеличилась еще больше. Хотя курица тоже дорожает, потому что растет себестоимость производства, но все же меньше, чем другие виды мяса, добавляет топ-менеджер.

Затухающий тренд

Участники рынка отмечают, что переход с яичного производства на смешанное требует довольно существенных инвестиций. Давлеев считает, что объемы вложений зависят от размера предприятий, числа птичников, которые они готовы выделить под бройлерное производство, их площади и количества птиц. Строительство комплекса с убойным цехом на 2−4 тыс. бройлеров в час обойдется в $1−5 млн, то есть разброс очень большой. В любом случае для яичных фабрик это существенные деньги, уверен эксперт.

«Многое зависит от оборудования, которое вы хотите установить. Необходимо также учитывать, что для того, чтобы вырастить несушку, необходимо 180 дней, а бройлер принесет вам прибыль уже через 60 дней», — сравнивает Верхотуров. Он не думает, что в перспективе тенденция перехода к смешанному производству будет интересна рынку.

По мнению Олега Мартыненко, организовывать смешанное производство станут яичные компании, которые увидят возможность занять определенное место на рынке мяса птицы. Тогда как бройлерные фабрики будут входить в яичный бизнес значительно реже из-за насыщенности этого сектора. Впрочем, возможностей занять место на полке с мясом бройлера тоже становится все меньше, поэтому в дальнейшем тренд будет затухать. «А учитывая дороговизну перехода к смешанному производству, позволить себе вести такой бизнес смогут только агрохолдинги, которые будут одновременно приобретать яичные и бройлерные птицефабрики», — резюмирует он.

Даниил Хотько также считает, что в будущем тенденция перехода к смешанному типу птицефабрик вряд ли будет актуальна, потому что мяса птицы на рынке уже очень много. Как для яичного, так и для бройлерного производства важнее станет повышение эффективности. Компаниям необходимо менять упаковку, больше ориентироваться на потребителя, пытаться выходить на экспортные рынки и так далее, перечисляет эксперт. Кроме того, продолжит развиваться направление переработки яйца. Сейчас в России оно слабо развито, хотя спрос со стороны пищевой промышленности крайне высок, заключает Хотько.

Не справляются сами
В октябре на продажу была выставлена «Белокалитвинская птицефабрика» (Ростовская область) смешанного типа. По информации местных СМИ, предприятие испытывает финансовые трудности и вынуждено сократить производство. Объявления о намерении владельцев продать 87% бизнеса размещены на порталах «РБК Бизторг» и «Агросервер». Стоимость пакета оценивается в 1−1,1 млрд руб. Строительство аналогичного актива в текущих экономических условиях обошлось бы минимум в 1,6 млрд руб., говорится в сообщении.

Оборудование предприятия позволяет одновременно содержать 616 тыс. несушек, 164 тыс. молодняка яичных кур и 172 тыс. бройлеров. Все объекты фабрики были построены или реконструированы в 2009—2011 годах. Земельный банк предприятия — 8 тыс. га, растениеводческий комплекс полностью укомплектован парком сельхозтехники, следует из объявления.

По итогам первого полугодия 2015-го выручка «Белокалитвинской», работавшей менее чем на треть от имеющихся мощностей, составила 118 млн руб. Текущий ежемесячный объем производства птицефабрики — около 1,5 млн яиц и 120−140 т мяса бройлера. С ноября компания рассчитывает нарастить выпуск яйца до 4−4,5 млн/месяц. При полной загрузке предприятие может генерировать выручку по обоим направлениям на уровне 650−680 млн руб. в год. Маржинальная прибыль при этом будет не менее 18−20% от выручки. Кроме того, на предприятии есть резервные корпуса для выращивания птицы, что позволит без значительных инвестиций увеличить объемы производства в полтора-два раза в течение года. Это увеличит выручку до более чем 1 млрд руб. в год, говорится в объявлении.
Погорели успешные
В конце февраля 2015 года на территории «Вельской птицефабрики» произошел пожар. В огне пострадали убойный цех, цеха охлаждения, заморозки и хранения готовой продукции, что привело к остановке предприя¬тия. После оценки ситуации его собственники решили поэтапно прекратить производство мяса бройлера и яйца. В мае этого года в отношении организации начато конкурсное производство. Тогда же для сохранения торговой сети компании она начала заниматься переработкой мяса птицы и выпуском колбас.

Восстановить работу комплекса в полном объеме планируется в 2017 году, сообщала в июне пресс-служба губернатора и правительства Архангельской области. По словам министра агропромышленного комплекса и торговли региона Дмитрия Карельского, «Вельская птицефабрика» является одним из крупнейших сельхозпредприятий Поморья. По итогам 2014 года на его долю пришлось производство 13% продукции всего сельского хозяйства области, поэтому правительство региона заинтересовано в возобновлении работы комплекса и готово его поддержать.
Статьи по теме
Рекомендации
Показать еще