Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!

Бизнес «на авось»
Алена Гроздова, Мария Лушникова
Агротехника и технологии
29 апреля 2010
Добровольного желания минимизировать сельхозриски у агрокомпаний практически не возникает. В большинстве случаев к услугам страховщиков крестьяне прибегают лишь тогда, когда берут кредиты в банках, утверждают эксперты. Сельхозпроизводители объясняют свою позицию отсутствием свободных денег и недоверием к работе некоторых страховых компаний. В свою очередь представители крупных страховых компаний, потерявшие в прошлом году около половины клиентов, пеняют на последствия финансового кризиса, повлекшие за собой низкую рентабельность отдельных сельхозсекторов, и неспособность государства систематизировать работу рынка агрострахования, а именно — упразднить «схемное страхование».
Фото: www. morguefile.com

По мнению большинства экспертов, прошлый год был достаточно проблематичным для рынка агрострахования. Финансовый кризис и сокращение госсубсидий на страхование с 5 до 2 млрд руб. привели к значительному снижению количества страховых премий. В итоге некоторые страховые компании покинули рынок. «В 2008 году страховую «сцену» оставили более 40 компаний, еще 72 игрока ушли в 2009 году, а в 2010-м, по нашим прогнозам, рынок могут покинуть примерно 100-150 компаний», — говорит начальник Управления агропромышленного страхования компании «Ингосстрах» Деляра Сангаджиева. Главную причину происходящего она видит в потере части клиентов, исчисляющейся десятками процентов. По данным специалиста, в настоящее время на долю двадцати крупнейших страховых компаний приходится уже почти 85% продолжающего свое падение рынка.

Страховое меню

К услугам страховщиков аграрии прибегают в двух случаях: если хотят добровольно минимизировать сельхозриски и когда берут кредит в банке. Со слов Сангаджиевой, отрасль практически полностью закредитована. Поэтому основной объем агрострахования приходится на обремененное залогом имущество (70%), не считая схемного страхования.

Например, агрохолдинг «Кубань» (Краснодарский край; растениеводство, животноводство) в 2007 году застраховал урожай пшеницы будущего года на 8,8 млн руб. для предоставления его в залог по кредиту. Кстати, в хозяйстве не отрицают, что пользуются услугами страховых компаний только потому, что это одно из условий кредитования. Но порой это условие оказывается нелишним. «В 2008-м мы закупили в кредит импортный КРС, который необходимо было страховать в обязательном порядке. В прошлом году у нас произошел падеж скота, и страховая компания возместила ущерб, выплатив около 1 млн руб., — говорит генеральный директор агрохолдинга Федор Дружинин. — Однако получить страховую выплату было непросто: пришлось собрать уйму бумаг, предоставить страховщикам фотографии больных коров и их внутренних органов при вскрытии. Причем сам страховой агент от компании для сбора этих данных направлен не был. Все собирали собственными силами и средствами». Помимо импортного скота агрохолдинг также страхует технику, купленную в лизинг.

Кстати, cегодня в качестве залога банки чаще всего принимают не будущий урожай агрокультур и многолетних насаждений, а сельскохозяйственную технику и животных, добавляет заместитель генерального директора по страхованию в агропромышленном комплексе

Государственной страховой компании «Югория» Юрий Воловик.

Так, в крестьянском хозяйстве «Росток» (Вологодской область, животноводство), как и во многих агропредприятиях, в залоге у банка находится 300 голов КРС. «Страховых случаев за четыре года не было. Ежегодная страховая премия, выплачиваемая нами разным компаниям, составляет от 100 до 200 тыс. руб.», — говорит директор предприятия Сергей Юшкевич.

Президент группы компаний «Русские фермы» (Московская область, молочное животноводство, растениеводство) Андрей Даниленко отмечает, что при страховании залогового имущества в его сохранности заинтересован в том числе и банк. Поэтому в его интересах помогать своим клиентам-аграриям в разрешении спорных вопросов со страховщиками.

Об этом говорит, например, тот факт, что у некоторых банков есть соглашения о сотрудничестве с разными страховыми компаниями, добавляет генеральный директор свинокомплекса «Шувалово» (Костромская область) Сергей Честнов.

В прошлом году «Шувалово» застраховало в компании «Росгосстрах» порядка 1,3 тыс. голов племенного скота, приобретенного в кредит, на общую страховую сумму 22 млн руб. «За это время произошло несколько страховых случаев, — рассказывает Честнов. — Страховая компания возместила нам ущерб в полном размере. Этих денег было достаточно, чтобы покрыть расходы». По его словам, проблем в работе с банками и со страховщиками у них пока не возникало.

После погашения кредита одни аграрии продолжают страховать имущество, переходя на добровольное «классическое» страхование, а другие вообще отказываются от услуг страховщиков.

Основной проблемой на рынке «классического» агрострахования начальник отдела агропромышленного страхования компании «Капитал Страхование» Сергей Глуховский считает отсутствие достаточного количества денежных средств у аграриев на оплату страхового взноса. «Учитывая, что в 2009 году цены на зерно были невысокие (их снижение отмечается и в 2010-м), не сложно предположить, какой будет дальнейшая ситуация в агростраховании», — огорчен он.

Например, в хозяйстве «Кадниковское» (Алтайский край; растениеводство, животноводство), рассчитавшись с банком, решили пока больше не страховать КРС. «За пять лет, что животные были застрахованы, не было массового падежа, а денег на страховку уходило немало (около 56 тыс. руб./год почти на 300 голов), — объясняет свою позицию гендиректор Петр Першин. — И вообще, о каком страховании можно говорить, если стоимость тонны зерна третьего класса — 2,5-2,8 тыс. руб., а четвертого — 1,3-1,5 тыс. руб. [информация на начало февраля] при себестоимости 2,3 тыс. руб./т». При таких ценах рентабельность его бизнеса составляет всего 10% (в 2008 году она доходила до 80%). И если в прошлом году к началу весны хозяйству удалось реализовать 90% урожая, то в этом — только 15%, раздосадован аграрий.

Однако часть сельхозпроизводителей все-таки расценивает «классическое» страхование как способ защиты своих инвестиций. Например, Даниленко помимо страхования сельскохозяйственных рисков (в силу требований кредитных организаций) также страхует здания от пожара.

Урожай без потерь

Российский рынок страхования сельскохозяйственных рисков условно можно разделить на два основных сегмента: страхование с государственной поддержкой (только урожая) и без нее (урожая, техники, скота, птицы, имущества и т. д.), говорит директор управления страхования аграрных и природных рисков компании «РОСНО»

Леонид Голованов. Причем на долю первого приходится около 70% рынка, знает он.

По подсчетам Воловика из «Югории», на договоры с господдержкой приходится даже больше: примерно 80-85% всех страховых премий, собираемых страховщиками по сельхозрискам.

Страхование с господдержкой востребовано еще и потому, что растениеводство — самый рискованный сельхозбизнес, объясняет гендиректор некоммерческого предприятия «Центр инновационно-технологического обеспечения АПК» («ЦИТО АПК») Николай Милащенко. Вероятность наступления страхового случая здесь очень велика, так как многое зависит от неуправляемых погодных условий, говорит эксперт.

Однако несмотря на то, что страхование урожая с господдержкой занимает, по словам страховщиков, большую долю «в портфеле» страховых компаний, за последние два года количество заключенных договоров и сборов страховых премий заметно сократилось и в этом сегменте. «Рост происходил с 2004 по 2007 год, — вспоминает Воловик. — Но с 2008 года рынок стал развиваться медленнее, а в 2009-м и вовсе произошел резкий спад: количество застраховавшихся хозяйств сократилось более чем в два раза, а сборы страховых премий упали на 40%».

В числе основных причин «сужения» рынка страхования урожая с господдержкой специалист видит последствия мирового финансового кризиса, отсутствие четкой организации такого агрострахования и связанное с этим сокращение ежегодных бюджетных средств на субсидии для агрострахования (до 2 млрд руб. в 2009-м и 2010 году вместо запланированных в госпрограмме развития сельского хозяйства 5,5 и 10,7 млрд руб. соответственно) и неорганизованность системы перестрахования рисков. «В итоге некоторые региональные министерства в прошлом году отказались от федеральных субсидий. Например, в Алтайском и Пермском крае было прекращено страхование с государственной поддержкой», — негодует Воловик.

Механизм этого вида страхования самый неорганизованный в России и требует детальной проработки, убеждены специалисты. «О каком росте можно говорить, если отсутствуют четкие условия страхования. Например, условия предоставления и размер выделяемых субсидий из федерального/регионального бюджета постоянно меняется, в результате у сельхозпроизводителей нет уверенности в своевременном получении этих субсидий», — говорит директор управления страхования сельскохозяйственных рисков компании «Росгосстрах» Олег Блинков.

С ним соглашается Голованов. «Условия страхования с государственной поддержкой не отличаются гибкостью, — констатирует он. —  В них строго определен страховой случай и перечень рисков, которые весьма ограничены. Скажем, страхование от вредителей, болезней, пожара и противоправных действий третьих лиц в них не предусмотрены. К тому же тарифы варьируются только в установленных пределах и не могут быть выше или ниже, сроки заключения договоров страхования — исключительно до окончания сева сельскохозяйственных культур и начала цветения многолетних насаждений, а премия должна уплачиваться сразу полностью. Недостаточно гибок и порядок расчета страховой стоимости и убытка».

Специалист также замечает, что страхование с государственной поддержкой невыгодно для сельхозпроизводителей, применяющих инновации, меняющих технологии и планирующих получить более высокий урожай, чем принимаемый в соответствии с условиями государственной поддержки. С ним согласен Милащенко. «Если крестьянин захотел освоить новую технологию и получать 50 ц/га (вместо 30 ц/га), этот урожай никто не будет страховать, так как в постановлении правительства РФ от 31 декабря 2008 года №1091 «Об утверждении правил предоставления субсидий…» прописано, что для заключения договора необходимо предоставить данные урожайности за последние пять лет. То есть для того, чтобы застраховать урожай, полученный по инновационным технологиям, аграрию придется ждать пять лет», — иронизирует эксперт.

Помимо этого Голованов считает, что при расчете страховой суммы на условиях государственной поддержки цена за единицу продукции не может жестко устанавливаться на уровне прошлого года, потому что она, скорее всего, будет существенно отличаться от новой рыночной стоимости. Кроме того, это невыгодно сельхозпроизводителям, заключающим со своими покупателями контракты форварда.

К перечисленным недоработкам механизма агрострахования урожая с господдержкой он добавляет отсутствие глубокого анализа опасности страховых рисков, уточнения терминологии и критериев Рос- гидромета, используемых для оценки страховых случаев.

По мнению Голованова, страхование урожая в сегодняшнем варианте, несмотря на господдержку, еще и финансово обременительно для сельхозпроизводителей. «Чтобы получить компенсацию из госбюджета, аграриям необходимо в полном объеме уплатить страховую премию, причем в период проведения посевной, когда у них практически не остается свободных средств. Ведь ни для кого не секрет, что в это время у крестьян в приоритете расходы на покупку семян, удобрений, средств защиты растений, ГСМ, нежели траты на страховку», — объясняет специалист. Он считает, что страхователи должны получать возможность отсрочки оплаты страховой премии вплоть до конца уборки и частично выплачивать ее из суммы полученной субсидии, которая определяется исходя из страховой премии, установленной договором страхования. По действующим же условиям господдержки рассрочка не может применяться, так как субсидия предоставляется только после уплаты всей премии.

Еще один наболевший вопрос для аграриев — это размер субсидий и своевременность их получения. Со слов Глуховского из «Капитал Страхования», два этих пункта зависят от оперативности работы регионального Минсельхоза и наличия средств в бюджете субъекта. «В каждом регионе сроки выплаты страховой компенсации колеблются от 1-2 месяцев до 1 года и более, — добавляет Блинков из «Росгосстраха». — А размер субсидий порой может составлять менее 50% от оплаченной страховой премии».

В тихом омуте «схемы» водятся

Из-за сбоев в механизме страхования урожая с господдержкой уже не первый год существует так называемое «схемное» страхование, направленное на нецелевое использование казенных денег, говорит Сангаджиева. Сторонники «серых схем» - это небольшие региональные страховые компании, добавляет Милащенко. Крупные же игроки выступают, как правило, за «классическое» страхование.

По данным Воловика, на долю «схемного» страхования приходится примерно 60-70% от заключаемых договоров страхования урожая с государственной поддержкой. При таком способе страхования между аграрием и страховщиком возникают некоторые договоренности по оплате премии и возврату ее определенной части хозяйству вне зависимости от размера фактического ущерба (чего нет в «классическом» страховании). Тем самым всем участникам договора обеспечена прибыль за счет выделяемых госсубсидий. И именно поэтому некоторые эксперты называют этот «вид» страхования мошенничеством, объясняет Воловик.

По мнению Сангаджиевой, вопрос ликвидации «схемного» страхования должен решаться на государственном уровне. Пока же ограниченность рынка способствует демпингу среди страховщиков и отказу аграриям в выплате убытков. По ее мнению, один из вариантов решения проблемы — субсидировать крестьян по начисленной им премии, а не по уплаченной ими (бюджетное и налоговое законодательство это не запрещает). Такое изменение позволит решить проблему финансовой нагрузки на агрария в период посевной, убеждена Сангаджиева.

Трудности перевода

Большинство опрошенных «АТт» аграриев заверили, что не страхуют и не собираются страховать урожай с господдержкой.

Для того чтобы оформить субсидии, необходимо преодолеть бюрократический заслон, говорят они. Или иметь хорошие связи, гарантирующие не только помощь в получении государственной компенсации, но и защиту в случае наступления конфликтной ситуации, например, отказа страховой компании в выплате ущерба.

В хозяйстве «Кадниковское» решению подобной проблемы поспособствовала именно районная администрация. «В 2005 году из-за засухи у нас произошел страховой случай — частичная гибель посевов подсолнечника, — вспоминает Першин. — Целый год мы безуспешно добивались от страховщика возмещения убытка, но компания рассчиталась с нами только тогда, когда мы обратились за помощью к местным властям».

Двумя годами позже в «Кадниковском» произошел еще один страховой случай: ураган полностью побил посевы сахарной свеклы. В этот раз гендиректор решил не затягивать с решением вопроса и сразу же помимо специалиста из страховой компании пригласил еще экспертную комиссию, состоящую из представителей администрации, МЧС, семенной инспекции, Роспотребнадзора. В итоге оценка риска была проведена быстрее, чем в прошлый раз, — всего за пять месяцев, доволен Першин. Тем не менее, в прошлом году аграрий решил отказаться от страхования урожая с господдержкой.

Но все-таки неудачный опыт страхования с господдержкой довелось пережить не всем аграриям. Например, в агрофирме «Агро-Фролово» (Волгоградская область; животноводство, растениеводство), сотрудничающей с компанией «Макс», в прошлом году произошел страховой случай — частично погибли посевы овса, подсолнечника и рапса. Со слов главного бухгалтера сельхозпредприятия Ларисы Захарченко, страховая компания возместила ущерб без задержек.

Не попасть впросак

Многие аграрии убеждены, что часть страховых компаний, даже крупных и давно работающих на рынке, заключая договора, создают лазейки, чтобы при наступлении страхового случая использовать их для отказа от выплат. Однако у страховщиков на этот счет иное мнение. «Известно, что практически на всей территории нашей страны сельхозпроизводство осуществляется в весьма сложных климатических условиях: то засуха, то сильные дожди, то заморозки, то выпревание посевов и т. д., — перечисляет Воловик. — При таких обстоятельствах агрострахование очень рискованно даже для крупных страховых компаний. Поэтому они кровно заинтересованы в соблюдении крестьянами всего комплекса необходимых агротехнических мероприятий, таких как осуществление пересева или подсева поврежденных посевов озимых культур, борьба с сорняками, внесение удобрений, посев и уборка в оптимальные сроки. Ведь их невыполнение приводит к снижению урожайности застрахованных культур».

Однако на практике бывают случаи, когда хозяйства в силу ряда объективных и субъективных причин нарушают эти требования, а это является для страховщиков основанием для снижения суммы возможных выплат, предупреждает специалист. Также некоторые аграрии без ведома страховых компаний проводят списание погибших посевов или не соблюдают оговоренные договорами страхования сроки информирования страховщиков об имевших место отклонениях в развитии растений или условиях производства, добавляет он.

По словам Воловика, в утвержденных документах по страхованию с государственной поддержкой четко указан перечень опасных природных явлений, от которых производится страхование, а также приведены количественные параметры (критерии) Гидрометцентра РФ, по которым эти явления причисляются к страховым случаям. Однако некоторые природные явления в этом списке отсутствуют (например, суховеи). И если сокращение урожайности станет следствием не включенных в перечень явлений, страховщики исключат из суммы выплат ущерб по непредусмотренным договорами явлениям или вообще откажут в выплате при снижении урожайности из-за наступления таких рисков. Именно непонимание этих моментов и приводит к возникновению слухов о каких-то «лазейках» страховщиков, поясняет Воловик.

Со спикером соглашается Голованов. «В некоторых случаях непонимание может быть связано с тем, что ущерб у сельхозпроизводителя возник по совокупности страховых и нестраховых случаев. К примеру, засуха, нарушение агротехники или падение летательного аппарата. Ведь в страховом договоре указываются конкретные страховые риски, и именно они подлежат возмещению страховщиком», — говорит специалист.

О «лазейках» страховщиков можно было говорить 3-5 лет назад, продолжает Сангаджиева. «В настоящее время договоры страхования достаточно прозрачные для всех участников рынка, а правила у всех крупных страховщиков более-менее схожи. Проблема заключается в отсутствии страховой культуры у аграриев. Порой погоня за более дешевой стоимостью полиса сопровождается нежеланием узнать, какие страховые риски он покрывает. Как следствие, отсутствует понимание о качестве страховой защиты. Важно понимать: дешево — не значит качественно», — не сомневается специалист.

С ее слов, из всех трех групп клиентов, пользующихся услугами по предоставлению сельхозстрахования (клиенты «схемных» компаний, хозяйства, страхующиеся по требованию инвестора (вмененное страхование), и потребители, добровольно страхующие свои производственные риски), только последняя внимательно изучает договоры и хочет понять, как и в каком размере будут выплачиваться убытки, говорит Сангаджиева. У представителей второй группы, как правило, стремление купить «дешевую» страховую услугу превалирует над желанием понять, какие риски она будет покрывать. У таких клиентов при обращении в страховую компанию за возмещением средств нередко начинаются проблемы, отмечает специалист.

Поэтому аграрии должны получить у страховой компании полное разъяснение не только всех пунктов договора и правил страхования, но и пошагового порядка действий при наступлении страхового случая, советует Сангаджиева.

Мнение экспертов

По мнению Милащенко, недоверие аграриев к страховщикам исчезнет, если будет проводиться независимая экспертиза, которой страховые компании часто пренебрегают. «Кстати, именно из-за этого прошлый год выдался не очень хорошим для страховщиков, — констатирует он. — Практически все конфликты решались через арбитражные суды».

Так, в группе компаний «Солана-Агро-Сервис» (г. Самара; производство семенного картофеля и зерновых культур) из-за засухи в мае прошлого года пострадало 386 га посевов озимой пшеницы, застрахованных в «Московской страховой компании» (была в списке «Россельхозбанка» при предоставлении кредита). «В июле все документы, необходимые для страхового возмещения, были поданы в страховую компанию, в течение шести месяцев мы должны были получить свои выплаты. Однако ущерб нам не возместили (якобы из-за того, что мы вовремя не сообщили о потерях), и в июне мы подали иск в арбитражный суд сначала на 2,5 млн руб., а потом на 850 тыс. руб.», — рассказывает гендиректор компании Владимир Молянов.

В этом году Молянов решил поменять страховщика и обратился в компанию «Росгосстрах», с которой по итогам пяти лет хорошо сработался. В ней он дополнительно застраховал еще 1,2 тыс. га для получения кредита.

Во избежание судебных тяжб Милащенко советует страховым компаниям приглашать сторонних экспертов не только при наступлении страхового случая, но и при заключении страхового договора с клиентом. «Например, страховая компании ВСК вообще не берется за страхование без экспертизы, проводимой учеными из некоммерческой организации «ЦИТО АПК». Поэтому у этого страховщика практически нет судебных разбирательств», — говорит эксперт. Однако таких компаний мало, огорчен он.

Защита от гриппа и чумы
За последние несколько лет некоторые российские хозяйства пострадали от африканской чумы свиней и птичьего гриппа.
Специалисты крупных страховых компаний — «Капитал Страхование», «Росно», «Ингосстрах» — единогласно заявили, что эти недуги, как и другие инфекционные болезни (в том числе определенные ВОЗЖ), охотно принимаются на страхование.
Например, при страховании свиней от гибели в результате инфекционных заболеваний «Росно» покрывает в том числе и гибель животных в результате африканской чумы свиней (АЧС), говорит руководитель проекта отдела страхования рисков АПК Центра страхования финансовых рисков компании «РОСНО» Светлана Бучина.
В следствие этого из-за распространения АЧС в Южном федеральном округе тарифы и условия страхования животных в этом регионе изменились, замечает она. «На тарифы влияет расстояние до очагов заболеваний, «история» района по африканской чуме, наличие свинопоголовья в соседних сельхозпредприятиях, — объясняет специалист. — Также в хозяйстве обязан соблюдаться «закрытый режим» и отсутствовать предписания надзорных органов. На страхование не принимаются лишь животные из местностей, в которых уже объявлен карантин по АЧС или в угрожаемых зонах». Со слов Бучиной, в Южном федеральном округе тарифы обычно увеличиваются на 30-50% и могут вводиться лимиты по страховым суммам или повышенные франшизы.
По данным вышеуказанных компаний, с момента появления в России африканской чумы свиней и птичьего гриппа ни одно застрахованное от этих заболеваний хозяйство не пострадало (за исключением сельхозпредприятий, работающих с «Ингосстрахом»). Со слов начальника Управления агропромышленного страхования компании «Ингосстрах» Деляры Сангаджиевой, самые яркие примеры возмещения ущерба ее компанией — выплаты четырем птицефабрикам на общую сумму 23 млн руб. по птичьему гриппу.
Советы страхователей
Основная задача сельхозпроизводителей — понимать, что является страховым случаем. Ведь многие начинающие аграрии часто не задумываются над тем, какие условия страховщики вносят в договор. Например, определение минимальной суммы франшизы, говорит Андрей Даниленко, президент группы компаний «Русские фермы» (Московская область, молочное животноводство, растениеводство). Поэтому он советует аграриям консультироваться либо с профессиональным юристом, либо с аграриями, имеющими большой опыт страхования.
С ним соглашается Петр Першин, гендиректор хозяйства «Кадниковское» (Алтайский край; растениеводство, животноводство). «Аграрий должен быть внимателен при заключении договора. К примеру, некоторые компании выдвигают условия, по которым клиент должен сообщить о наступлении страхового случая в течение трех дней или суток, — говорит сельхозпроизводитель. — Вроде бы это мелочь, но когда доходит до дела, аграрии об этом забывают и потом судятся со страховщиком». Еще он предостерегает крестьян от сотрудничества со страховыми компаниями-"однодневками".
Как правило, такие страховщики предлагают аграрию застраховать будущий урожай по ставкам существенно ниже установленных. В итоге экономия на страховке может обернуться неполучением страховой выплаты при возникновении ущерба. Ведь любой риск имеет свою цену, поэтому качественная страховая защита, особенно при страховании урожая, стоит достаточно дорого, добавляет директор управления страхования сельскохозяйственных рисков компании «Росгосстрах» Олег Блинков.
Показать еще
Статьи по теме



Рекомендации
Реклама