USD

72.265 (-0,37%)

EUR

86.951 (0,00%)

MOEX

3829.67 (0,19%)

BRENT

73.87 (-0,16%)

Пшеница

664.4 (0,45%)

Сахар

17.04 (-0,06%)

USD

72.265 (-0,37%)

EUR

86.951 (0,00%)

MOEX

3829.67 (0,19%)

BRENT

73.87 (-0,16%)

Пшеница

664.4 (0,45%)

Сахар

17.04 (-0,06%)

USD

72.265 (-0,37%)

EUR

86.951 (0,00%)

MOEX

3829.67 (0,19%)

BRENT

73.87 (-0,16%)

Пшеница

664.4 (0,45%)

Сахар

17.04 (-0,06%)

USD

72.265 (-0,37%)

EUR

86.951 (0,00%)

MOEX

3829.67 (0,19%)

BRENT

73.87 (-0,16%)

Пшеница

664.4 (0,45%)

Сахар

17.04 (-0,06%)

USD

72.265 (-0,37%)

EUR

86.951 (0,00%)

MOEX

3829.67 (0,19%)

BRENT

73.87 (-0,16%)

Пшеница

664.4 (0,45%)

Сахар

17.04 (-0,06%)

Аналитика

Цены выросли, а доход под вопросом. Падение урожайности агрокультур в отдельных хозяйствах было настолько сильным, что его не сможет компенсировать даже высокая стоимость продукции

Shutterstock
Shutterstock
Журнал «Агроинвестор»

Журнал «Агроинвестор»

Читать номер

Засуха 2020 года не дала аграриям получить рекорд по зерновым, заметно сократила сборы масличных и сахарной свеклы. Недобор урожая немного сгладили хорошие закупочные цены. Средняя рентабельность в отрасли по итогам 2020 года может вырасти на 10-14% по сравнению с показателем 2019-го, но так повезет не всем аграриям. В то же время усиление государственного контроля за экспортом сулит в будущем снижение инвестиций в растениеводство и сокращение маржи

2020 год для растениеводства эксперты и аграрии характеризуют как «трудный, но неплохой». Погодные аномалии в виде теплой и сухой зимы, продолжительной весенней (а на юге — и летней) засухи привели местами к значительным потерям урожайности всех агрокультур. Но итоги уходящего года для разных регионов и производств выглядят очень пестро.

Погодные аномалии повлияли на результаты

Одной из главных интриг на протяжении первого полугодия было состояние озимых посевов. С января-февраля во многих районах, где выращивается озимая пшеница, наблюдался дефицит влаги. «На юге и в центральной части страны зима была европейского типа — мягкая, зачастую с положительными температурами, и осадков было немного. Дожди пошли только в апреле, но в южных регионах при этом еще и резко похолодало, — вспоминает руководитель зернового направления Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР) Олег Суханов. — Возвратные холода, а подобных ранее никогда не наблюдалось, привели к повреждениям колоса, которые не были заметны сразу. Только в мае выяснилось, что его просто нет». В наибольшей степени от этого пострадали Ставропольский и Краснодарский края, в меньшей — Ростовская и Волгоградская области, но так или иначе «прихватило» весь юг. В результате, например, на Ставрополье урожайность пшеницы снизилась на 34% до 25 ц/га по отношению к уровню прошлого года, а валовый сбор составил 4,3 млн т в сравнении с 6,4 млн т годом ранее. На Кубани урожайность главной зерновой культуры опустилась на 21% до 49 ц/га, а ее производство — до 8 млн т в сравнении с 9,3 млн т в 2019-м.

В то же время в центральных регионах России и Поволжье в мае пошли дожди, в июне и июле погода была благоприятной, за счет этого и сбор с гектара, и урожай зерна выросли. Так, ЦФО прибавил 32% до 48 ц/га при урожае 23 млн т в сравнении с 17,3 млн т годом ранее. В ПФО урожайность поднялась на 70% до рекордных 28 ц/га при валовом сборе порядка 19 млн т (в 2019-м — 11,5 млн т).

В Сибири и на Урале ситуация изначально тоже выглядела тревожно и ожидалось снижение производства, продолжает Суханов. Но оба региона неожиданно показали неплохой результат: в СФО сбор превысил прошлогодний, в УФО снизился, но все же не так сильно, как ожидалось, отмечает он. Большие потери яровой пшеницы ожидались в Сибири, подтверждает директор аналитического центра «СовЭкон» Андрей Сизов. Но по факту спад в западной части округа был компенсирован рекордной урожайностью в восточной. «Забавный парадокс: в этом году урожайность в Красноярске выше, чем на Ставрополье, на 20%, такого не было никогда, и сложно вообще было себе представить, что такое возможно!» — восклицает эксперт.

Несмотря на негативное влияние погодных факторов в период уборки, средняя урожайность зерновых получилась выше, чем в прошлом году (за исключением юга), комментирует директор информационно-аналитического департамента Российского зернового союза (РЗС) Елена Тюрина. Особенно заметно вырос сбор с гектара пшеницы: если по всем зерновым прибавка составила 3,7%, то по пшенице — 7,1% (30,4 ц). Урожайность ячменя увеличилась на 6% до 26,9 ц/га. Что касается всего производства, то, учитывая рост посевных площадей под озимыми зерновыми на 5,8%, страна вполне могла претендовать на рекорд, обращает внимание эксперт.

0027.jpg

Интрига с погодными аномалиями и состоянием посевов завершилась к уборке, по итогам которой страна получила второй в истории урожай зерна. «С учетом коэффициента рефакции, вероятно, в этом году можно говорить об урожае не ниже 83,6-84 млн т пшеницы, что почти на 10 млн т больше уровня прошлого года (74,4 млн т)», — считает Суханов. По ячменю сбор сопоставим с уровнем 2019-го — 21 млн т против 20,5 млн т соответственно. Оценка ИКАР всего урожая зерновых на начало ноября составляла 129,5 млн т. РЗС говорил о 83,6-84 млн т пшеницы в весе после доработки, 22 млн т ячменя, 132,8 млн т всех зерновых и зернобобовых. Прогноз аналитической компании «ПроЗерно» на начало ноября составлял 130,4 млн т зерна, «СовЭкона» в это же время — 133,5 млн т, из них 85,3 млн т пшеницы и 21,1 млн т ячменя. 

Дожди, которые реанимировали озимые в центре, Поволжье и отчасти в Сибири, не спасли посевы подсолнечника и кукурузы. «Юг из этого списка вычеркнули сразу, спасение для этих агрокультур не пришло. Казалось, что в Черноземье и ПФО посевы должны выправиться, но в итоге и там восстановления не случилось», — констатирует гендиректор «ПроЗерна» Владимир Петриченко. Такая же ситуация наблюдалась на Украине: там тоже ожидали хороший урожай подсолнечника и кукурузы, но производство потерпело «колоссальный крах». Если изначально Минсельхоз США прогнозировал, что Украина соберет 39 млн т кукурузы, то в ноябре ведомство снизило прогноз до 28,5 млн т. По мнению эксперта, в лучшем случае соседняя страна может собрать не более 26 млн т (в 2019-м — 35,8 млн т). То же самое и с подсолнечником: первые ожидания Минсельхоза США находились для Украины на уровне 17,5 млн т, затем оценка опустилась до 14 млн т. «На начало ноября там было обмолочено 95% площади подсолнечника, собрано в бункерном весе 12,1 млн т, — знает Петриченко. — Получается, крупнейший мировой производитель подсолнечного масла в этом году получит на 4 млн т сырья меньше, чем в 2019-м, когда было собрано 16,5 млн т».

0028.jpg

Ноябрьский прогноз эксперта на урожай кукурузы в России составляет 13,3 млн т. Однако с учетом сухой осени, которая позволяет вести уборку с небольшими потерями, оценка может быть повышена до 13,4-13,5 млн т, не исключает он. «СовЭкон» ожидает, что производство кукурузы в стране приблизится к 13,7 млн т. Несмотря на рост посевов данной агрокультуры на 8%, ее средняя урожайность снизилась на 14% по сравнению с прошлым годом и составила 51 ц/га, добавляет Тюрина. РЗС прогнозирует, что валовый сбор кукурузы будет в пределах 13,2 млн т, что на 5,5% меньше, чем в 2019-м.

Производство подсолнечника в 2020 году «ПроЗерно» оценивает в 12,2 млн т (в 2019-м — 15,4 млн т). Снижение объема сбора произойдет из-за сокращения урожайности почти на 20% до 14,4 ц/га и площади сева на 1,2% до 8,5 млн га, поясняет Петриченко. Оба этих фактора могли стать следствием неопределенности на рынке из-за ограничений экспорта масличных, обращает внимание Сизов. Масложировой союз России всячески лоббирует снижение вывоза за рубеж подсолнечника и рапса путем повышения экспортной пошлины. С марта в стране действовали и неформальные ограничения поставок подсолнечника на внешние рынки, когда экспортерам под разными предлогами задерживали или отказывали в выдаче фитосанитарных сертификатов. А с апреля по июнь вывоз данной агрокультуры за пределы ЕАЭС был ограничен, после чего до 1 сентября действовал разрешительный режим. Все это нервировало рынок. «В результате отдельные хозяйства сэкономили на семенах, удобрениях, обработках, что повысило зависимость от погодного фактора, — считает эксперт. — Плюс сократились площади под подсолнечником, которые до этого неуклонно росли с 2015 года».

Впрочем, эти же погодные условия не помешали России получить рекордный урожай рапса и близкий к рекордному сбор соевых бобов, подчеркивает Владимир Петриченко. В начале ноября производство первого он оценивал в 2,6 млн т. Причем такой результат был достигнут несмотря на сокращение посевов на 2,3%. «Площади сои уменьшились даже больше — на 8%, — говорит эксперт. — Но благодаря тому, что урожайность выросла на 9%, валовой сбор соевых бобов в стране может быть около 4,38 млн т». ИКАР тогда же прогнозировал, что урожай рапса составит 2,65 млн т, сои — 4,26 млн т. 

На экспорте работал «пылесос»

Одним из главных факторов влияния на бизнес растениеводов в 2020 году Сизов называет вмешательство государства в регулирование рынков. Разрешительный режим на вывоз подсолнечника был искусственным запретом, потому что компании не знали, как получить разрешение на экспорт, и отгрузки тогда практически остановились, напоминает Владимир Петриченко. Несмотря на это в течение сезона-2019/20, по оценке «ПроЗерна», из страны вывезли 1,56 млн т подсолнечника, в том числе 1,1 млн т за пределы Таможенного союза. «Это рекордный показатель, он превысил прогнозируемый объем (900 тыс. т) и цифры предыдущего сельхозгода, когда за рубеж было отправлено 361 тыс. т», — уточняет эксперт. Такой высокий объем отгрузок он объясняет эффектом «пылесоса»: накануне введения запретного механизма на рынке возник ажиотаж, что привело к росту цены на подсолнечник. Сейчас ожидание повышения пошлины с 6,5% до 30% с января следующего года тоже стимулирует поставки: в октябре вывоз составил 194 тыс. т против 44 тыс. т годом ранее. В целом за сезон-2020/21 экспорт подсолнечника может составить 600-700 тыс. т, но до введения ограничений отгрузки могут ускориться, а их общий объем достичь по итогам текущего сельхозгода 800 тыс. т, с учетом Казахстана — 1 млн т. ИКАР оценивает объем внешних продаж в 510 тыс. т.

Рынок зерна в этом году также подвергался регулированию. С 1 апреля по 30 июня поставки были ограничены введением квоты в 7 млн т. «Механизм квотирования явных ограничений для фактического экспорта не принес, — комментирует Суханов. — Даже если бы квоты не было, вряд ли бы из страны вывезли заметно больший объем. Последствия для рынка были только в том, что у ряда поздно спохватившихся компаний возникли проблемы с получением квоты для вывоза ранее законтрактованных объемов, что обернулось дефолтами и финансовыми потерями». 

РЗС отметил сокращение количества экспортеров зерна в период действия квоты: в июне 2019 года насчитывалось 65 компаний, в июне 2020 года их осталось 25, а к июлю только 9. «По итогам октября мы видим на рынке 45 компаний-экспортеров. Не все смогли вернуться на рынок», — отмечает Тюрина. По ее мнению, в будущем квотирование экспорта сулит нарушением закона свободной конкуренции. У аграриев становится меньше возможностей для выбора покупателя, в перспективе это может привести к снижению цен и рентабельности сельхозпроизводства. 

Механизм квотирования экспорта зерновых вызвал неопределенность на рынке, а квота была разобрана на 70% буквально за 1,5-2 дня, напоминает Владимир Петриченко. Реализованная схема оказалась непродуктивной и привела к тому, что из страны было вывезено больше зерна, чем планировалось: по данным ФТС, 7,2 млн т. Причиной превышения объема выделенной квоты эксперт называет залповый вывоз перед 1 апреля: «Все стремились успеть, пока не закрыли шлагбаум». В итоге в марте 2020 года было экспортировано 4,27 млн т зерна против 3,7 млн т в том же месяце годом ранее и 2,55 млн т в марте 2018-го. Для сравнения, в феврале уходящего года вывезено 2,2 млн т зерна, в апреле — 5,57 млн т. «Возникает вопрос, за что выступают авторы квоты — за регулирование рынка или психоз, и кому он выгоден?» — интересуется Петриченко.

11 ноября Минсельхоз разместил в базе нормативных актов проект постановления о введении количественного ограничения на экспорт зерновых и с 15 февраля по 30 июня в следующем году. Квота определена в размере 15 млн т. Тюрина считает, что этот фактор также обусловит увеличение темпов экспорта зерна в последние два месяца 2020 года. «Предполагаю, что в ноябре и декабре объемы поставок будут больше прошлогодних, хотя обычно в эти месяцы происходит сезонное снижение, связанное с погодными условиями, — разъясняет она. — Если в ноябре 2019 года было отгружено 2,5 млн т пшеницы, а в декабре — 2,3 млн т, то в этом году эти показатели соответственно составят более 3 млн т и 2,7-2,8 млн т». По данным РЗС, за июль — октябрь вывоз уже составил 20 млн т. Таким образом, до Нового года может быть экспортировано порядка 60% объема пшеницы, прогнозируемого к вывозу в сезоне-2020/21. 

ИКАР заметного ускорения темпов экспорта с июля по октябрь не отмечает. Объемы вывоза сопоставимы с показателями прошлого года, считает Суханов. «Рекордный экспорт был в сентябре, из-за того, что на рынок пришел большой объем нового урожая, а мировые цены в этот период бурно росли, — поясняет он. — Но в октябре темпы снова вернулись в норму». Экспортный потенциал в 2020/21 сельхозгоду эксперт оценивал в ноябре в 49,7 млн т зерна, включая 39 млн т пшеницы. Прогноз «ПроЗерна» — 50,1 млн т и 40 млн т соответственно, а также 4,2 млн т кукурузы и 4,8 млн т ячменя.

0029.jpg

Что с маржой

Ключевым событием года стало перестроение мирового рынка растительных масел. Недобор подсолнечника в России и на Украине привел к тому, что подсолнечное масло вновь стало стоить дороже соевого и рапсового, рассказывает Владимир Петриченко. В октябре стоимость первого подскочила до $1 тыс./т. Внутренние цены на подсолнечник тоже выросли: в середине осени, по данным ИКАР, он стоил 34,3 тыс. руб./т с НДС (в это же время годом ранее — 17,8 тыс. руб./т). Аналогично поднялась стоимость и сои с рапсом — до 38,2 тыс. руб./т и 36 тыс. руб./т соответственно (в прошлом году — 23 тыс. руб./т и 26,8 тыс. руб./т).

Из-за неурожая в Европе с июля укрепляются и цены на зерно. Так, если в начале 2020/21 сельхозгода пшеница третьего класса на внутреннем рынке стоила 14,4 тыс. руб./т, четвертого — 13,8 тыс. руб./т, то уже в конце октября — 17,3 тыс. руб./т и 16,5 тыс. руб./т соответственно. Самая высокая цена в ноябре была в Краснодарском и Ставропольском краях (18,5-19 тыс. руб./т), а самая низкая — в Сибири (14-15 тыс. руб./т). «До конца года такая расстановка цен может коренным образом измениться: остатки интервенционного фонда в СФО распроданы еще в прошлом сезоне, рыночные запасы находятся на низком уровне, а интерес к сибирскому зерну высокий как со стороны местной переработки, так и на экспорт, — отмечает Суханов. — К тому же соседний Казахстан, вероятно, продолжит активно закупать пшеницу из этого округа. Поэтому в обозримой перспективе цены там могут существенно укрепиться».

Учитывая высокие закупочные цены на зерновые и масличные, эксперты прогнозируют рост рентабельности растениеводства в текущем году. Елена Тюрина полагает, что для зерновых данный показатель увеличится на 12-14% с учетом повышения расходов на энергоресурсы. На фоне подъема мировых цен по итогам года подрастет и выручка экспортеров (рассчитывается исходя из разницы между ценой закупки у производителей и ценой экспортного контракта). Если на 1 июля она была отрицательной, то в ноябре составляла уже $40/т.

Увеличения рентабельности крупных агропроизводств в 2020 году ожидает старший руководитель проектов, направление «Оценка и финансовый консалтинг» группы компаний SRG Татьяна Козлова. «Но есть угроза, что в дальнейшем девальвация «съест» часть маржи, — предупреждает она. — Поступательный рост цен на агрокультуры с общеэкономической точки зрения к хорошему не приведет: скорее всего, после Нового года последует виток инфляции и подъем стоимости товаров первой необходимости, что может сопровождаться убытками или нулевой рентабельностью у переработчиков». Эксперт напоминает, что в составе себестоимости у российских растениеводов пока достаточно высокая импортная составляющая — это и семена, и гербициды, и техника. Поэтому на фоне увеличения курсов валют при росте текущей доходности в этом году повысятся и затраты на будущий сев.

В целом уходящий год Козлова оценивает для аграриев неоднозначно: «Пандемия, ограничения экспорта, засуха создали нервозную атмосферу на рынке». При этом ценовая ситуация в течение года складывалась для производителей весьма благоприятно. Рост цен практически на все агрокультуры позволил аграриям чувствовать себя комфортно даже в период сбора урожая. Если цены и снижались, то очень незначительно. Однако из-за скачков курсов валют бюджеты по нереализованным инвестиционным проектам выросли, поэтому производители вынуждены сдвигать сроки их ввода либо вообще откладывать до лучших времен.

Рентабельность растениеводства в целом по итогам года будет очень хорошей, особенно для Поволжья и ЦФО, уверен Андрей Сизов. Для Сибири и юга — чуть лучше среднего. «Можно сказать, что проблемы с погодой были полностью компенсированы высокими рублевыми ценами на все растениеводческие позиции», — говорит он. Внутренние цены в текущем году поддерживаются высокими мировыми. Росту российских цен также способствует ослабление рубля. 

0030.jpg

Подъем цен благоприятно сказался на экономике отрасли, соглашается партнер компании «НЭО Центр» Владимир Шафоростов. Даже те хозяйства, которым не удалось достичь плановой урожайности, сохраняют финансовую стабильность благодаря высокой стоимости продукции. «Поэтому для растениеводства год в целом получился удачным, хотя он в достаточной мере удивил своей непредсказуемостью — взять хотя бы опасения продуктового дефицита, которые высказывались весной на фоне влияния карантинных мер на цепочки поставок», — приводит пример эксперт.

С тем, что растениеводы по большей части финансово чувствуют себя неплохо за счет хороших цен реализации, согласен Олег Суханов. «Но стоит понимать, что высокие эти цены не для всех, для многих ведь они действительно справедливые, — подчеркивает он. — Так, допустим, в Ставропольском крае есть немало хозяйств, которые получили себестоимость тонны пшеницы порядка 15-17 тыс. руб. и более по причине резкого падения урожайности до 10-15 ц/га из-за погодных катаклизмов, и вот для них говорить о приличной маржинальности в этом году, к сожалению, не приходится».

Сами аграрии оценивают 2020 год по-разному. Председатель совета директоров племенного завода «Комсомолец» (Забайкальский край) называет его очень сложным. При севе на полях предприятия не было достаточно влаги, дожди пошли только в июне, из-за этого наблюдались неравномерные всходы по всем выращиваемым агрокультурам. А в июле-августе осадки были почти каждый день, но они больше мешали, не давали выйти ни с опрыскиванием, ни с почвоообработкой, сетует руководитель.

Несмотря на проблемы с погодой, в хозяйстве получили урожайность пшеницы и ячменя выше средней по региону — 18-20 ц/га. Главной позицией для компании является рапс (занимает 20 тыс. га из общей посевной площади в 41 тыс. га), его сбор с гектара тоже увеличился до 12 ц/га. В 2019 году из-за сильной засухи и града «Комсомолец» получил еще меньше — около 5 ц/га).

В «Красном октябре» (Ростовская область) уменьшилась урожайность подсолнечника — с 27,7 ц/га до 17,5 ц/га. Чтобы компенсировать финансовые потери, предприятие решило попробовать часть урожая самостоятельно экспортировать. «Раньше мы уже отправляли за рубеж зерно, но по подсолнечнику в этом году будет первый опыт», — делился в начале ноября гендиректор компании Александр Шебалков. На тот момент предприятие только подготовило партию к отгрузке, поэтому оценить, насколько это окажется выгодно, руководитель не спешил. По его данным, на начало ноября экспортные цены подсолнечника достигали $510/т. На внутреннем рынке в конце октября агрокультура стоила менее 30 тыс. руб./т. «Российские цены тоже представляются интересными, но на показатели рентабельности растениеводства большое влияние оказывает курс доллара, поэтому говорить о глобальной выгоде я бы не стал, поскольку по итогам года нас может ждать рост затрат на пестициды и удобрения», — отмечал Шебалков.

Директор еще одного ростовского хозяйства «Гелиос» Владимир Литвинов рассчитывал, что рентабельность растениеводства в 2020 году может вырасти на 10% по отношению к 2019-му. «В течение августа-ноября средние цены реализации поднялись на 35-37% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, — делится он. — Сильнее всего подорожал подсолнечник (на 63%), кукуруза (на 42%) и озимая пшеница (на 33%). Вместе с тем выросла и себестоимость — за счет снижения урожайности и повышения технологических затрат». Урожайность подсолнечника в хозяйстве составила 23 ц/га (в 2019-м — 40 ц/га), кукурузы — 25 ц/га (35 ц/га). Сбор с гектара пшеницы, несмотря на засуху, получился на уровне прошлых лет. «В целом тот уровень цен, который сложился во второй половине года, компенсирует рост себестоимости и даже позволит развиваться, — надеется руководитель. — Есть и другие положительные моменты: впервые за последние пять лет выросла цена на горох на 24%, в прошлые годы она была на уровне себестоимости, а теперь его рентабельность оценивается в 5%».

«Черные лебеди» съели сахар

Еще более неоднозначно в этом году выглядит ситуация с сахарной свеклой. По мнению ведущего эксперта ИКАР Евгения Иванова, 2020 год запомнится свекловодам и всем остальным как год больших удивлений во всех отраслях и направлениях жизни. «Произошло колоссальное количество событий, которые, следуя теории Талеба, можно охарактеризовать как классические „черные лебеди” — труднопрогнозируемые, редкие, со значительными последствиями», — поясняет он.

Среди прочих растениеводческих направлений свеклосахарная отрасль в принципе не может похвастать стабильной доходностью каждый сезон. В уходящем году на сектор влияли два основных фактора: резкое снижение посевов свеклы до 927,8 тыс. га (годом ранее — 1,14 млн га) и невероятный для России рекорд по вывозу сахара. «Из крупнейшего в мире импортера данного продукта наша страна превратилась в значимого экспортера, отправив за рубеж около 1,5 млн т, что в 5,4 раза больше, чем в предшествующем сезоне, — говорит Иванов. — Представить себе такое еще буквально летом 2019 года казалось невозможным».

0032.jpg

Но погодные сложности 2020 года добавили немало дегтя в перспективы сахарной отрасли. Погода сильно подвела — теплая и сухая зима привела к раннему севу. Последовавшие за этим заморозки, суховеи, град вылились в большую долю пересевов во многих регионах, от Ставрополья до Липецкой области, рассказывает эксперт. «А пересев — это рост расходов и однозначно снижение продуктивности, потому что вегетационный период у растений сокращается, они испытывают нехватку влаги, — обращает внимание он. — Затем добавилось сухое и жаркое лето: в ряде регионов с июля по октябрь не было ни одного дождя». В результате сильно пострадали юг и юго-восточные районы Центрального Черноземья. В большинстве регионов, кроме Волго-Урала и Алтая, резко сократилась продуктивность, снизилась урожайность и выход сахара при высокой дигестии.

К сентябрю стало очевидно, что Россия с трудом закрывает свой производственный баланс и, возможно, будет вынуждена импортировать сахар в больших объемах, чем обычно, предупреждает Иванов. «А поскольку недобор сырья в уходящем году отмечен и в соседних странах — на Украине, в Беларуси и Киргизии, цены на сахар взлетели, а производители свеклы в буквальном смысле выкручивали руки переработчикам, диктуя свои условия», — знает эксперт. Потенциальный урожай сахарной свеклы ИКАР в начале ноября оценивал в 33,4 млн т против 54,4 млн т в 2019-м. В это же время сахар на заводах стоил 42-47 руб./кг, годом ранее — 18-20 руб./кг.

По мнению Иванова, такая ситуация может оцениваться как благополучная для отдельных производителей свеклы и сахара в 2020 году, но не такая радостная для отрасли в целом. Возникает угроза избыточного роста посевов свеклы следующей весной, что опять может привести к существенному перепроизводству. «Несмотря на высокие цены, у многих свекловодов в этом году рентабельность будет все же под вопросом: на Ставрополье, в Ростовской и Воронежской областях отмечался колоссальный провал урожайности относительно прошлого года — на 38%, 43% и 39% соответственно (по данным на 10 ноября), — отмечал эксперт. — В регионах, где нет такого падения показателей ситуация более благополучная».

Потери урожая сахарной свеклы и пшеницы в этом году в хозяйствах компании Sucden были значительными. «В 2019 году урожайность главной зерновой культуры у нас была около 41 ц/га, а в этом — 33 ц/га, сахарной свеклы — 450 ц/га и 200-220 ц/га соответственно, — сообщает финансовый директор группы в России Глеб Тихомиров. — Основные проблемы возникли на Кубани и Ставрополье, а также в Ростовской области». В частности, по причине плохого урожая свеклы Тбилисский сахарный завод (Краснодарский край), входящий в группу, был сильно недозагружен сырьем. Себестоимость сахара топ-менеджер в текущем году оценивает в 50 тыс. руб./т с НДС. Для сравнения, в прошлом году она была около 23 тыс. руб./т.

Что касается сельхозпредприятий компании в центральной части России и в Поволжье, урожайность зерновых там была очень хорошая. Так, в Липецкой области собирали до 60 ц/га (в 2019-м — 40 ц/га). Однако того же опять-таки нельзя сказать про сахарную свеклу, которая также сильно пострадала от засухи. «Традиционно в конце августа — начале сентября в данном регионе происходит сильный прирост корня, но в текущем году его не было из-за полного отсутствия влаги в почве, — сетует Тихомиров. — Следствием этого стала низкая урожайность сахарной свеклы — 335 ц/га в зачетном весе против 410 ц/га в прошлом году». 

В отличие от оптимистичных оценок экспертов, Тихомиров в уходящем году прогнозирует снижение рентабельности растениеводства на 10-15%. При этом падение не будет более серьезным только при условии стабилизации цен на тех же высоких уровнях, которые отмечались в октябре-ноябре, предупреждает он.

Загрузка...
Агроинвестор

«Агроинвестор»

Читать