USD

72.253 (-0,39%)

EUR

86.156 (-0,91%)

MOEX

3822 (-0,20%)

BRENT

73.5 (-1,20%)

Пшеница

658 (-0,69%)

Сахар

17.04 (-0,06%)

USD

72.253 (-0,39%)

EUR

86.156 (-0,91%)

MOEX

3822 (-0,20%)

BRENT

73.5 (-1,20%)

Пшеница

658 (-0,69%)

Сахар

17.04 (-0,06%)

USD

72.253 (-0,39%)

EUR

86.156 (-0,91%)

MOEX

3822 (-0,20%)

BRENT

73.5 (-1,20%)

Пшеница

658 (-0,69%)

Сахар

17.04 (-0,06%)

USD

72.253 (-0,39%)

EUR

86.156 (-0,91%)

MOEX

3822 (-0,20%)

BRENT

73.5 (-1,20%)

Пшеница

658 (-0,69%)

Сахар

17.04 (-0,06%)

USD

72.253 (-0,39%)

EUR

86.156 (-0,91%)

MOEX

3822 (-0,20%)

BRENT

73.5 (-1,20%)

Пшеница

658 (-0,69%)

Сахар

17.04 (-0,06%)

Аналитика

Поправки с риском. Изменения в закон об агростраховании лишат господдержки растениеводов без полиса в чрезвычайной ситуации

Shutterstock
Shutterstock
Журнал «Агроинвестор»

Журнал «Агроинвестор»

Читать номер

Система агрострахования в России регулярно претерпевала изменения: государство определяло стратегию развития отрасли путем вариаций субсидирования и установки фильтров для страховщиков, работающих с господдержкой. В случае принятия нового законопроекта придется окончательно отказаться от прямой компенсации убытков в результате ЧС за счет государственных выплат и полностью перейти к страховому механизму возмещения ущерба. Страховщики видят в этом справедливый подход, однако эксперты аграрного рынка предупреждают о скрытых угрозах в связи с мизерной долей бизнеса, пользующегося страхованием

Страхование сельхозрисков в растениеводстве в России топчется на месте на протяжении нескольких десятков лет: вступление в силу федерального закона о господдержке в агростраховании в 2012 году ситуацию с апатией к полисам у селян кардинально не изменило. Далее почти ежегодно вносились корректировки в нормативно-правовые акты, но доля застрахованной пашни оставалась весьма скромной. За последние два года этот показатель вырос по отношению к 2018-му в пять раз: по данным Национального союза агростраховщиков (НСА), в прошлом году было застраховано 5,6 млн га, что составляет около 7% от посевов в стране. Озимый клин под урожай-2021 застрахован сейчас на 2,2 млн га, или около 11% от засеянной осенью площади полей, чего явно недостаточно для компенсации ущерба в случае масштабной чрезвычайной ситуации. Для этого нужен охват порядка 30-40%, оценивает НСА

Поля открыты для угроз

В последней редакции законопроекта, опубликованного на сайте Госдумы после принятия документа в первом чтении 17 марта этого года, норма о субсидировании всех сельхозпредприятий в страховании от ЧС установлена на уровне 80%, в действующем мультирисковом страховании она не превышает 50%. Для малых и средних агропредприятий эта пропорция будет постоянной. Для крупных она вводится с 1 июля 2021-го, через год доля госсубсидий в премии по договору снизится до 70%, еще через два — до 60%, и окажется на уровне 50% с 1 июля 2024-го. Размер 80%-ной компенсации страховой премии за счет государства на момент подготовки статьи еще обсуждался, возможно, в последующих редакциях он будет изменен. В федеральном бюджете в этом году заложено 4,4 млрд руб. госсубсидий на агрострахование с господдержкой. В случае оперативного принятия закон вступит в силу с 1 июля текущего года, но о введении нового вида страхования можно будет говорить с начала осенней посевной.

Необходимость нововведений прежде всего связана с тем, что уровень охвата посевов страховой защитой в России пока недостаточен для того, чтобы страхование выполняло ту роль, которую оно выполняет в других странах — основного механизма поддержки аграриев в случае гибели сельхозкультур от опасных природных явлений чрезвычайного характера, комментирует президент НСА Корней Биждов. «Во всей мировой практике именно государство определяет и стратегию, и ключевые элементы развития субсидируемого агрострахования, — напоминает она. — Практика общения НСА с аграриями показала, что наименее охваченный страховой защитой сегмент в АПК — это сегмент малых и средних хозяйств. В их деятельности есть разные факторы, которые препятствуют широкому использованию страхования, но один из них — это стоимость страхового полиса. Поэтому мы и поддерживаем, и считаем важным расширение уровня господдержки для таких предприятий до 80% от стоимости полиса».

В случае принятия законопроекта в трех чтениях в весеннюю сессию Госдумы у аграриев появится возможность застраховать посевы по новому риску — на случай наступления ЧС — в упрощенном порядке и в минимальные сроки, поясняют страховщики. Расчет страховой выплаты будет привязан к площади погибших посевов, поэтому выплаты хозяйства смогут получить в короткий период — ориентировочно в течение месяца после ЧС, то есть вне зависимости от того, как быстро они смогут подготовить статистическую отчетность по уборке урожая.

0019.jpg

По предварительным оценкам, стоимость полиса на случай наступления ЧС уменьшится в 2,5-3 раза в сравнении с мультирисковым страхованием, но при этом и размер страховой выплаты может быть ниже, хотя и «достаточным, чтобы покрыть прямые затраты агрария», считает Биждов. 

По словам замминистра сельского хозяйства России Елены Фастовой, в том числе благодаря изменению правил агрострахования к 2025 году доля застрахованных посевов вырастет до 20 млн га (30% всей пашни), а в этом году под защитой должно оказаться уже более 6 млн га (8%). В НСА рассчитывают, что в 2021 году доля застрахованных площадей составит 7-8 млн га (примерно 10%), в 2022-м — 8-10 млн га (13%), в 2023—2024-м — около 20 млн га (30%).

Полис подешевеет

По информации НСА, объем страховой премии в страховании рисков растениеводства с господдержкой показывает стабильный рост: с 1 млрд руб. в 2018 году до 5 млрд руб. в 2020-м. Страховые выплаты по всем направлениям агрострахования в прошлом году достигли 3,1 млрд руб., из них на страхование урожая приходится не менее 1,7 млрд руб. Выплаты по договорам, заключенным на условиях господдержки, выросли за год более чем в четыре раза — с 0,5 млрд руб. в 2019-м до 2,3 млрд руб. в 2020-м. 

0020.jpg

Прошлый год ознаменовался самыми крупными выплатами за время работы Единого объединения страховщиков агропромышленного комплекса — более 3 млрд руб. как по классическому агрострахованию, так и с господдержкой, подтверждает гендиректор страховой компании «РСХБ-Страхование» Сергей Простатин. «В части растениеводства мы наблюдаем тенденцию к кумуляции рисков в регионах, для которых ранее не были характерны подобные климатические отклонения, — отмечает он. — Это говорит о росте турбулентности климата». Яркий пример — Ставропольский край, где в 2020 году в результате крайне неблагоприятных погодных условий размер ущерба сельхозпроизводителей составил более 3 млрд руб., из которых 1,5 млрд руб. было застраховано. В регионе сложились уникальные природные явления, когда произошло повреждение посевов как озимых, так и яровых, что привело к снижению объемов урожая, а местами и к полной его потере. В то же время существуют регионы, где выплаты традиционно высокие. Так, более 130 млн руб. в прошлом году было выплачено в регионах, относящихся к зоне рискованного земледелия, — Самарской и Волгоградской областях в связи с утратой урожая в результате засухи.

Страхование на случай наступления ЧС — это абсолютно новый опыт для российских страховщиков и аграриев, акцентирует внимание руководитель дирекции комплексного страхования компании «Абсолют Страхование» Ираклий Райский. Отсутствие страховой статистики и опыта взаимодействия в этом направлении могут послужить сдерживающим развитие фактором в перспективе ближайших двух-трех лет, предупреждает он. Также страховым компаниям предстоит в ближайшее время решить ряд вопросов с организацией своей перестраховочной защиты и перезаключением договоров перестрахования с учетом ожидаемых изменений в законе.

Динамику развития агрострахования в регионах Райский оценивает исключительно положительно: наблюдается существенный рост доверия и интереса аграриев к продуктам сельхозстрахования. По сборам страховой премии в «Абсолют Страховании» лидируют южные регионы — Ставропольский край и Волгоградская область, по количеству договоров — Нижегородская и Тамбовская области.

«Подавляющее большинство российских регионов входит в зону рискованного земледелия: растениеводство не зря у нас называют „фабрикой под открытым небом“, — говорит руководитель Центра сельскохозяйственного страхования «Росгосстраха» Вадим Константинович. — Из-за катаклизмов, связанных с погодными условиями, ежегодно в десятках регионов объявляются локальные ЧС. В то же время страхование еще не обеспечивает защитой значительную часть рисков растениеводства. Спрос на агрострахование растет, но в разных регионах неодинаково, и в большей части он зависит от позиции региональных органов управления АПК и объемов софинансирования.

Необходима активная поддержка со стороны региональных властей и дальнейшее развитие законодательства в сфере сельхозстрахования, уверен Константинович. Финансовый ущерб от чрезвычайных ситуаций часто не только равен экономическим результатам деятельности сельхозпредприятий, но даже превышает их. «Помощь же из бюджета в виде компенсации всегда была меньше экономического ущерба. А страхование остается важнейшим инструментом защиты от погодных рисков и позволяет сохранить финансовую устойчивость предприятий АПК, — считает руководитель. — И государственная поддержка в этих вопросах — это еще одна ступень на пути к встраиванию страхования сельхозрисков в систему полноценной страховой защиты для российских аграриев».

Depositphotos_47586359_l-2015.jpg

Премии растут, договоры редеют

Согласно данным Банка России, в 2020 году объем премий по страхованию сельхозпроизводителей вырос на 43% по сравнению с 2019-м, составив 8,08 млрд руб. И то, что динамика этого рынка является положительной, — сейчас основной аргумент страховых компаний, работающих с АПК. Однако эксперты Института комплексных стратегических исследований (ИКСИ) считают, что относительно высокие темпы роста страхования аграриев до сих пор поддерживаются статистическим эффектом низкой базы 2017-2018 годов, когда объемы были самыми низкими с 2011-го. «Если сравнить текущий показатель с 2016-м, то сокращение объема премий составит 18%, а в 2012—2014 годах этот показатель был в 1,5-2 раза выше, чем сейчас», — утверждает аналитик ИКСИ Надежда Каныгина.

При этом в сравнении со многими странами мира объем российского рынка агрострахования чрезвычайно мал. Для сравнения, еще в 2018 году объемы премий по сельхозстрахованию в США составили около $10 млрд, в Китае — порядка $8 млрд, в Индии — $4 млрд, Бразилии — $1,8 млрд. В России же объем премий в прошлом году едва превысил $112 млн по среднегодовому курсу, обращает внимание Каныгина. «На фоне условного роста премий в агростраховании число заключенных договоров у нас сократилось по итогам 2020-го на 9% до всего лишь 47,2 тыс., а число действовавших на конец периода договоров — на 10,1% до 44,8 тыс., — рассказывает она. — При этом договоров агрострахования с господдержкой было заключено всего 3,15 тыс. Несмотря на то, что по сравнению с 2019 годом динамика положительная (тогда было 2,18 тыс. договоров), это все равно очень мало — например, в 2012—2014 годах заключалось порядка 8 тыс. контрактов с господдержкой ежегодно». Отсюда вывод: несмотря на рост рынка агрострахования с точки зрения объемов собранных премий, число его участников сокращается, констатирует аналитик.

Крайне неравномерно распространено агрострахование и в региональном аспекте, дополняет Каныгина. Зачастую в важных сельскохозяйственных регионах оно почти не представлено. Так, в 2020 году более половины (51,9%) собранных премий поступило из шести регионов страны: Ставропольского края (19,1%), Воронежской области (10,6%), Москвы (9,5%), Краснодарского края (5,3%), Татарстана (3,8%), Ростовской области (3,7%). В региональном распределении по количеству заключенных договоров наблюдается еще большая концентрация — 81,6% договоров приходится на один Приволжский федеральный округ и 68% — на пять субъектов ПФО (Чувашию, Татарстан, Марий Эл, Башкортостан и Пермский край).

Причин непопулярности агрострахования в регионах много, считает Каныгина. Размер премии высокий, зачастую аграриям просто нерентабельно оформлять договор даже на условиях 50%-ного субсидирования со стороны государства. Коэффициент выплат низкий. Причем если в 2020 году по коммерческому страхованию эта доля составила хотя бы 53%, то по страхованию с господдержкой — 34,7% (т. е. в среднем аграрии получили только треть от уплаченных премий). Впрочем, в 2019-м коэффициент выплат был еще ниже — лишь 11,9%. Для сравнения, в Китае в 2016 году при $6,3 млрд собранных премий объем выплат аграриям достиг $5,2 млрд — коэффициент выплат составил 82,5%.

Существуют и сложности получения выплат по договорам агрострахования с господдержкой. Причем в целом проблем с выплатами нет: по информации Банка России, в прошлом году из 2,47 тыс. страховых случаев 2,44 тыс. были урегулированы, а отказ был лишь по 408 инцидентам. Однако по страхованию с господдержкой расклад иной: из заявленных 480 случаев отказ был более чем в 40%.

Ситуация со страховыми выплатами с господдержкой может усугубиться и ввиду сокращения числа допущенных к такому страхованию компаний. По данным Банка России, в 2020 году в агростраховании участвовало 26 компаний, из них только 15 осуществляли страхование с господдержкой, в то время как в 2014 году — 63 и 43 соответственно. При этом в прошлом году 85,9% всех полученных премий пришлось всего на пять компаний — «РСХБ-страхование», «Росгосстрах», «АльфаСтрахование», «Страховую группу Авангард-Гарант» и «Согласие». Возможно, это также является фактором, негативно сказывающимся на функционировании рынка агрострахования в регионах. Ведь по факту в большинстве регионов сельскохозяйственное страхование осуществляли до пяти страховщиков, а страхование с господдержкой — в лучшем случае одна-две компании. Поскольку новый законопроект также предусматривает, что правительство страны вправе устанавливать требования к страховым компаниям, работающим с господдержкой, то сужение рынка продолжится, не исключает Каныгина. 

0022.jpg

Отдать природе, а не страховой

Растениеводы в регионах настроены к изменениям в законодательстве по агрострахованию крайне скептически, поскольку уже имеют негативный опыт сотрудничества со страховыми компаниями. Действующие нормативно-правовые акты абсолютно все на стороне страховщиков, они могут потребовать с аграриев любой документ для подтверждения страхового случая, поскольку в законодательстве четко прописано право требования «иных документов», говорит глава К(Ф)Х из Челябинской области (растениеводство, 2,5 тыс. га) Зинаида Салаватулина. «Эта формулировка создает безграничные возможности для предъявления порою абсурдных требований к сельхозпредприятиям, застраховавшим свои посевы, — утверждает она. — Основная же проблема заключается в том, что страховые компании не готовы платить по счетам и делают все, чтобы выплат не случилось».

По словам Салаватулиной, в 2014 году в ее хозяйстве произошел страховой случай — погиб урожай в результате сильной засухи, из-за которой в регионе был объявлен режим ЧС. При этом компания, в которой были застрахованы посевы, признала необходимость выплаты и насчитала компенсацию в размере 8 млн руб. Но затем Центробанк отозвал у нее лицензию, и выплаты в полном объеме так и не были произведены. «Мы обратились в НСА, чтобы получить выплаты из компенсационного фонда, поскольку страховая компания являлась членом данного союза, но несмотря на то, что решение о выплате было уже принято, нам нужно было снова доказывать в суде правильность вынесенного ранее решения, — сетует глава КФХ. — Судебные тяжбы продолжались в 2015—2016 годах, и хотя с нами работали хорошие юристы, отбиться в суде от московских профессионалов было нереально. В итоге плюсом к 8 млн руб. ущерба мы рисковали получить 3 млн руб. судебных издержек». Теперь страховать посевы КФХ не намерено вовсе: лучше отдать природе урожай, чем страховщикам свои деньги, считает Салаватулина.

К тому же страховые компании предъявляют излишние требования к малым хозяйствам. Так, им нужно доказать биологическую урожайность полей — способность земли произвести хороший урожай, что в принципе невозможно. В небольшом регионе даже нет таких институтов, которые могли бы выдать фермеру технологические карты и расписать, что «уральский клочок земли способен уродить 100 ц/га», добавляет Салаватулина. «Если автомобиль страхуешь по кругу, в случае ДТП страховщики производят оценку и выплачивают владельцу деньги, они не допытываются, каким бензином ты заправлялся, какие амортизаторы ты поставил, на какой резине ехал и т. д. Почему у аграриев совсем по-другому? — удивляется челябинский фермер. — В случае ЧС, вызванной климатическими условиями, агрокомплексу нужна прямая государственная поддержка, без посредников, которыми сейчас выступают страховые компании».

Пользу от страхования сельхозрисков получают исключительно страховые компании, а не сельхозпредприятия, которые порою годами не могут доказать наступление страхового случая и получить компенсацию, отмечает гендиректор «Логус-Агро» (Воронежская область) Игорь Алименко. «Для страховщиков это возможность получить доступ к федеральному бюджету», — полагает он. По словам руководителя, около пяти лет назад компания страховала посевы, но можно сказать, что по принуждению, поскольку иначе не получила бы господдержку.

«Мы перестали страховаться, потому что поняли, что страховые компании не совсем порядочно себя ведут, в том числе вместе с НСА. В этом году мы ничего не будем страховать, не видим в этом смысла», — категоричен гендиректор «Центрально-Черноземной плодово-ягодной компании» («ЦЧПЯК» работает под брендом «Сад-Лидер» в Воронежской области) Юрий Замятин. Проблем с доступностью страхового полиса нет и никогда не было, поскольку государство компенсирует часть затрат сельхозпроизводителям, если размер госсубсидии увеличится — это хорошо, значит, полисы станут еще доступнее, рассуждает он. Но аграрии не обращаются в страховые компании по другой причине — нет доверия. «Я лично знаю еще несколько сельхозпредприятий, которые когда-то страховали посевы, но в случае гибели урожая не получили ни копейки выплат, наоборот, были вынуждены проводить годы в судах, а теперь обязаны выплачивать еще и судебные издержки», — рассказывает он. Сама же «ЦЧПЯК» не смогла взыскать со страховщиков 204 млн руб. за уничтоженный заморозками урожай яблок в Воронежской области в 2016 году: один из крупнейших за последние годы исков в сфере агрострахования России остался без удовлетворения. Как ранее сообщал «Коммерсантъ», сад площадью 1,28 тыс. га был тогда застрахован в том числе от заморозков на сумму 341,8 млн руб., первый взнос составил 16,2 млн руб. После гибели завязи яблок страховая компания произвела предварительную выплату — 5,6 млн руб., но от дальнейших отказалась. Общая сумма убытка составила 209,9 млн руб.

0023.jpg

«Отношение к страхованию сельхозрисков самое положительное, но, к сожалению, действующая нормативная база не позволяет рассчитывать на получение страхового возмещения, — убежден председатель совета директоров компании «Раздолье-Агро» (Тульская область) Алексей Иванов. — Есть ряд нормативных документов и различного рода приложения к ним об опасных природных явлениях, если в них подробно разобраться, то получается, что вероятность получения возмещения стремится к нулю, потому что доказать наличие страхового случая крайне сложно. Я не говорю про размер страхового возмещения, который также в большинстве случаев смехотворен и не соотносится с реальным ущербом». Некоторые аграрии страхуют посевы вынужденно, потому что в отдельных регионах получение господдержки требует наличия страховки, знает топ-менеджер. По его словам, увеличение размера госсубсидии при оформлении полиса — важный аргумент, но не главный. Сначала необходимо разобраться в механизме возмещения: если он будет более содержательным и жизнеспособным, тогда все увидят плюсы. «В чьих интересах происходит увеличение господдержки при оформлении полиса? Обычно ответ на этот вопрос очень простой: „через кого пойдут деньги госбюджета — у того и главный интерес“, — рассуждает Иванов. — Проблемам в агростраховании не один десяток лет, но воз и ныне там. Страховщикам ты интересен ровно до того момента, как заплатил премию». 

Изменения в закон об агростраховании затронут широкий круг получателей господдержки, поскольку предусматривают дополнительные программы для садов и теплиц в части страхования доходов, качества продукции, индексного страхования. Садоводы давно ждали «тонких настроек» в общем механизме страхования — с учетом ведения специфики их бизнеса. По мнению экспертов, сегмент садоводства и виноградарства — перспективная для страхования ниша, поскольку последние годы фиксируются потери урожая на достаточно крупных площадях — более 20 тыс. га, но застраховано оказывается не более 10% площадей, в связи с этим страховые выплаты ничтожно малы. «Садоводство в России никак не защищено страхованием, для нашего сектора действуют слишком невыгодные условия, если сравнить с той же Сербией, где доля страховых велика, потому что полисы стоят там копейки, а выплаты по страховке очень достойные, — знает гендиректор «Брянского сада» (Брянская область) Олег Кобец. — Нужно ориентироваться на зарубежный опыт при реформировании отечественной системы страхования, потому что она не работает. Но зато у нас в стране отличные условия действуют при закладке садов». 

Depositphotos_104882200_l-2015.jpg

Для мелких — особые условия

До сих пор в агростраховании полностью отсутствовало разграничение подходов к урегулированию убытков в зависимости от категории бизнеса. «Убыток по договору одинаково ощутим как для крупного предприятия, так и мелкого КФХ или ИП, и правила получения возмещения едины, — поясняет руководитель управления страхования сельхозрисков компании «Абсолют Страхование» Дмитрий Ямашкин. — Как показывает практика, крупные и успешные предприятия чаще пользуются страхованием, нежели небольшие организации. Поэтому одна из наших главных задач — это массовая популяризация агрострахования и доведение информации о его эффективности до максимального количества участников сельскохозяйственного рынка всех категорий».

Однако информационный вакуум на селе не единственная преграда на пути развития агрострахования в сегменте малых форм. По мнению экспертов, процедуру получения страховых выплат для фермеров и микропредприятий необходимо упростить. «Пакет документов, зафиксированный в правилах страхования, оптимальный, необходимый и достаточный для получения возмещения. Однако дьявол кроется в мелочах: в реальности сложности гарантированно будут ждать аграриев на этапе сбора и правильного оформления этих документов», — считает координатор партнерских программ Ассоциации К(Ф)Х и сельхозкооперативов Новосибирской области (АККОН) Алла Канаева. По ее словам, фермерам так или иначе придется отвлекаться от текущей работы, ждать представителей страховой компании для подтверждения страхового события, соблюдать полноту сведений и правильность оформления документов при отсутствии у большинства опыта, предоставлять прозрачное и достоверное ведение текущего учета деятельности, на основании данных которого будет рассчитываться размер убытка (далеко не везде учет ведется правильно).

По данным АККОН, в Новосибирской области застраховано 8% от общей площади региональных посевов, но фермеры вообще не участвуют в этих цифрах. Главной причиной нежелания страховаться является отсутствие доверия к этому инструменту, а подорвано оно было не всегда корректными действиями страховщиков. «Несмотря на сложности, опасения и отсутствие практики, лично я как экс-страховщик с 20-летним стажем работы в отрасли смотрю в будущее агрострахования с большим оптимизмом, — говорит Канаева. — Поэтому абсолютно искренне призываю аграриев относиться к страхованию как к возможности купить свое спокойствие и уверенность в судьбе бизнеса». 

НСА подтверждает, что при страховании по риску ЧС пакет документов и сама процедура урегулирования убытка для малого бизнеса и микропредприятий будут существенно упрощены, прежде всего за счет сокращения документальной базы страховой выплаты до 2-3 видов документов. Это стало возможным за счет самого активного использования инструментов дистанционного зондирования полей, а также проведения космического мониторинга. С их помощью эксперты страховой компании могут подтвердить наступление страхового случая, не выезжая из офиса в Москве.

0025.jpg

В отдельных регионах природные катаклизмы уже стали ежегодными. Так, начиная с 2013 года в Амурской области фиксируются локальные подтопления, переувлажнение почвы и ранние заморозки с выпадением снежного покрова, что крайне негативно сказывается на урожайности сельхозкультур в регионе. «Мы все чаще задумываемся о страховании, но опыта пока нет», — рассказывает и. о. директора финансового департамента «АНК-Холдинга» (выращивание сои, переработка высокопротеиновых соевых бобов, Амурская область) Алексей Мякинников. Да и пока смущают некоторые моменты, признает он. Во-первых, страховать необходимо всю площадь, которая засевается, хотя под риски неурожая в компании попадают всего 5-10% посевов. Соответственно этим масштабам нужно платить и страховую премию. Во-вторых, средняя урожайность по району, на основе которой страховщик считает потери, будет всегда значительно ниже той, что можно получить в крупном и стабильно работающем агрохолдинге. К примеру, средняя урожайность сои — 12 ц/га, но технологии «АНК-Холдинга» позволяют выйти на данный показатель даже при очень плохих климатических условиях, хотя снижение до такого уровня в самой компании будет причисляться к потерям сбора. Поэтому пока данные условия не изменятся, смысла страховаться нет, констатирует Мякинников. 

Чтобы изменить ситуацию с агрострахованием в России, необходимо рассмотреть возможность субсидирования 80% премии для всех участников в долгосрочном периоде (без снижения доли субсидии хотя бы в течение нескольких последующих лет), а для отдельных категорий (например, малого и среднего бизнеса) — вплоть до 100% премии, предлагает Надежда Каныгина. Для примера, в Китае уже с 2008 года субсидия составляла 60%, а с 2014-го — от 65% до 80% в зависимости от агрокультуры и региона, знает она.

Из развитых стран наибольшая господдержка в сфере сельхозстрахования предоставляется в США, Испании, Италии и Франции. По мнению аналитика ИКСИ, теоретически у России существует альтернативный сценарий развития — как у Германии, где нет системы госсубсидирования премий по договорам агрострахования, но хорошо функционирует конкурентный страховой рынок и государство предоставляет отдельные выплаты лишь в случаях серьезных ЧС. Пока же даже при условии новых изменений в правилах российского сельхозстрахования с господдержкой преодолеть стагнацию в отрасли вряд ли удастся, по крайней мере в ближайшем будущем.

Уже пробовали

Впервые подтянуть показатели по страхованию в АПК до европейских значений чиновники пытались в 2016 году, когда отрасль была переведена на единые общероссийские стандарты и появилось требование участия страховых компаний в едином объединении агростраховщиков (НСА). Одновременно была усилена роль государства (Минсельхоза и Банка России) по развитию всех элементов системы сельскохозяйственного страхования. Усиление контроля привело к полному прекращению деятельности тех страховых компаний, которые были ориентированы на псевдостраховые схемы под освоение госсубсидий.
В 2016 году страхованием удалось охватить 3,3 млн га пашни. Однако из-за изменения порядка субсидирования АПК и введения «единой субсидии» площадь застрахованных посевов сократилась примерно до 1,2 млн га в 2017 и 2018 годах. В 2019-м субсидии по агрострахованию вывели из так называемой «единой субсидии», а с начала 2020-го — оформили в качестве целевой выплаты. В результате уровень охвата посевов агрострахованием вырос до 4,7 млн га в 2019-м и до 5,6 млн га в прошлом году.


Загрузка...
Агроинвестор

«Агроинвестор»

Читать