Рынки

Пчеловодство становится все менее рентабельным

Спрос на мед минимальный за последние десять лет

В текущем сезоне сбор меда на уровне среднемноголетних показателей
Pixabay
В текущем сезоне сбор меда на уровне среднемноголетних показателей
Pixabay

Производители меда отмечают существенный рост расходов, при этом цены на их продукцию в опте уже более десяти лет стоят на месте. Такая ситуация может негативно повлиять на отрасль: в условиях низкой рентабельности люди просто перестанут заниматься производством меда. Тем не менее, в текущем сезоне сбор меда не снизился по сравнению со среднемноголетним показателем. «На территории страны ежегодно производится 60-65 тыс. т меда, и в этом году объемы будут в этих же пределах», — рассказала «Агроинвестору» директор Федерального научного центра пчеловодства Анна Брандорф.

Пчеловод из Ленинградской области Евгений Смирнов в этом году получил хороший урожай меда, но меньше, чем в прошлом. В первую очередь это связано с погодой. «Апрель и май 2022 года были очень холодными, а это основные месяцы для развития силы пчелиных семей и приноса свежего нектара и пыльцы, летных дней для пчел было очень мало. Июнь и июль были теплыми, в эти месяцы пчелы и собирают товарный мед. В конце июля уже все медоносы отцветают и принос нектара минимальный», — делится пасечник.

Пчеловод из Орловской области Григорий Новиков отмечает, что производство меда в этом году у него меньше, чем в прошлом и позапрошлом, во-первых, из-за жары. «В некоторые дни выделения нектара из медоносных растений не было вовсе. Гречиха почти не выделяла нектар, так как дневные температуры во время цветения доходили до +32 градусов. Во-вторых, 40 из 180 наших пчелосемей отравились при обработке полей», — сетует он.

Если в Кировской и Рязанской областях, а также в Приморье показатели по производству меда неплохие, то на Алтае в этом году было много отравлений пчел в период обработки рапса, отмечает Брандорф. «Эта проблема наблюдалась и в других регионах: Рязанской, Кемеровской, Новгородской областях, в Краснодарском крае. Всего пострадало около 28 регионов. В местных органах управления, а также в федеральном Минсельхозе проводились совещания, на которых снова поднимался вопрос взаимодействия пчеловодов и растениеводов. При этом пчеловоды не жаловались, так как боялись, что им после этого не дадут жить», — подчеркивает она.

Пчеловод из Оренбургской области Павел Антонов, содержащий порядка 550 пчелосемей, говорит, что в этом году в регионе весна была ранней, потом наступило похолодание и пошли дожди — с мая до конца второй декады июня. «Подсолнечник посадили поздно, в начале июня, в итоге он зацвел только в начале августа, а не в середине июля как обычно это происходит в нашем регионе. В итоге основной медосбор был позже традиционных сроков на две недели, причем не только на подсолнечнике, но и на других медоносах», — говорит он. Антонов добавляет, что затраты пчеловодов выросли, так как пришлось тратиться на корма лишние две недели, а на это никто не рассчитывал.

По его данным, пчеловоды Оренбургской области, которые работают со стационарными пасеками, в этом году получили меньше меда, чем в прошлом. Средний сбор на небольшую пчелосемью составил 80-90 кг, хотя были пчеловоды, которым удалось получить до 140 кг меда, но их единицы.

«У меня передвижная пасека, — рассказывает Антонов. — Обычно в начале сезона начинаю медосбор в Краснодарском крае — как правило, там уже в конце первой декады мая цветет белая акация, с которой я собираю дорогой сортовой мед. Затем перемещаюсь на сбор с липы сначала в Воронежскую область, после — в Пензенскую, а затем в Оренбургскую. После окончания цветения липы собираю у себя в регионе подсолнечный мед. Поэтому сбор меда у меня был хорошим — не хуже, чем в прошлом году».

В этом году вы покупали мед нового урожая?


Многие пасечники Оренбургской области в этом году пострадали от обработок медоносов агрохимикатами, знает пчеловод. «Липовые деревья в нашем регионе опрыскивали от листовертки с воздуха, причем делали это не фермеры, а лесоохрана. Со стороны ведомства информация об опрыскиваниях появлялась на сайтах районных администраций, но она дошла не до всех пчеловодов, так как процесс взаимодействия пчеловодов с государственными органами пока отлажен слабо», — обращает внимание он.

После этого фермеры стали обрабатывать поля от мотылька, причем тоже без предупреждений, используя для этого препараты высокого, первого класса опасности, продолжает Антонов. «Площади обработки составили порядка 300-400 км, захватив Оренбургскую и Самарскую области, на границе которых находится моя пасека, и Татарстан», — рассказывает пчеловод.

По наблюдениям Брандорф, затраты у пчеловодов в этом сезоне существенно выросли. Для получения пчелиных маток необходимы большие объемы сахара, и если в рознице цены на него регулировались, то в опте стоимость составляла порядка 120 тыс. руб./т. При этом маток дороже продавать не получается, так как в данной нише очень большая конкуренция. Кроме того, увеличились расходы на ГСМ, лекарства. Также выросла цена на воск. С одной стороны, это хорошо для пчеловодов, так как они его производят, но при этом вдвое выросла и цена на вощину, которая нужна для изготовления рамок ульев. «Рентабельность отрасли существенно снизилась, поэтому новые, особенно молодые, предприниматели, не хотят вкладываться в пчеловодство. Более того, есть риск, что и действующие производители меда будут уходить из отрасли», — опасается она.   

Новиков пока не сильно ощутил на себе рост затрат на пчеловодство по сравнению с прошлым годом, так как все оборудование у него было закуплено заранее. «Однако если покупать что-то сейчас, то стоимость будет выше, чем годом ранее, — сравнивает он. — Например, из-за подорожания древесины ульи выросли в цене в среднем на 20-30%».

По наблюдениям Смирнова, затраты на производство меда в этом году увеличились почти в два раза — вдвое подорожали вощина и пчеловодные рамки, а это основные затраты на его пасеке, эти материалы необходимо покупать каждый год. Ульи были куплены в прошлом году. 

По словам Антонова затраты на производство меда повысились за счет увеличения стоимости вощины, логистики, ГСМ. При этом цены на продукцию не поднимаются с 2011 года: сейчас подсолнечный мед стоит 85-90 руб./кг в опте, и это считается хорошей ценой; в Ростовской области мед закупают по 70 руб./кг — столько он стоил в опте в 2010 году. Чтобы продать мед дороже, необходимы затраты на логистику. «Обычно мы зарабатываем на более дорогих сортовых медах — акациевом, донниковом, липовом, разнотравье — но первого в этом году было очень мало, второго не было, — рассказывает пчеловод. — По липе и разнотравью результаты тоже были не очень хорошими из-за продолжительной холодной погоды в конце весны -начале лета». В этом плане владельцы небольших пасек находятся в более выгодных условиях, считает Антонов: они продают мед по розничной цене постоянным покупателям, родственникам и хорошим знакомым.

Из-за роста затрат владельцу пасеки пришлось сократить количество работников: если в 2011 году он мог выплачивать зарплату четверым-пятерым сотрудникам, то сейчас в его хозяйстве остался только один работник. «Для того, чтобы оставаться в бизнесе, приходится искать новые способы заработка на пчеловодстве, — рассуждает Антонов. — Например, мы договариваемся с фермерами об опылении полей, в том числе подсолнечника на семена в Краснодарском крае, Воронежской и Самарской областях». Производство собственных семян для растениеводов является очень актуальным направлением работы из-за санкций на поставки зарубежных семян, добавляет он.

Смирнов рассказывает, что спрос на мед в этом году упал по сравнению с прошлым в два раза, хотя цены на него в 2022-м остались на уровне минувшего года. «Мед в нашей стране считается продуктом не первой необходимости, хотя с моей точки зрения, забота о здоровье должна находиться на первом месте, — рассуждает он. — Истинное падение спроса, конечно, происходит из-за обнищания населения. Человек в России при мыслях о том, что ему лучше купить: килограмм меда или кусок мяса, чтобы сварить суп и накормить всю семью, конечно выберет мясо, хлеб, макароны». Спрос на мед — это показатель благополучия и благосостояние населения, и сейчас этот спрос минимальный за последние десять лет, добавляет Смирнов

Директор компании «Мода Меда» (TM Bees&Seeds, производство меда и медовых урбечей для конечного потребителя) Александра Епифанцева рассказывает, что весной был серьезный всплеск цен на мед со стороны производителей — некоторые из них повышали цены на свою продукцию в два раза, однако через какое-то время ситуация стабилизировалась, и пасечники начали продавать мед почти по тем же ценам, которые были годом ранее — удорожание если и произошло, то ниже уровня инфляции.

«Со своей стороны мы держим цену для конечных потребителей, несмотря на рост стоимости упаковочных материалов и перебои с их поставками», — подчеркивает она. «Мода Меда» фасует продукцию в стеклянные банки с жестяными крышками, и последние периодически пропадают из продажи. «В итоге мы стали закупать их заранее, чтобы иметь запас на случай дефицита, хотя таких планов у нас изначально не было», — делится Епифанцева. В целом компания работает с поставщиками меда и материалов по долгосрочным контрактам. «Это помогает удерживать цены на комфортном и для нас, и для поставщиков, и для потребителей уровне», — резюмирует она.

Больше новостей АПК — в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь!

Загрузка...