USD

73.256 (0,08%)

EUR

86.963 (-0,12%)

MOEX

3804.33 (0,58%)

BRENT

74.76 (-0,45%)

Пшеница

702 (-0,45%)

Сахар

18.3 (-1,67%)

USD

73.256 (0,08%)

EUR

86.963 (-0,12%)

MOEX

3804.33 (0,58%)

BRENT

74.76 (-0,45%)

Пшеница

702 (-0,45%)

Сахар

18.3 (-1,67%)

USD

73.256 (0,08%)

EUR

86.963 (-0,12%)

MOEX

3804.33 (0,58%)

BRENT

74.76 (-0,45%)

Пшеница

702 (-0,45%)

Сахар

18.3 (-1,67%)

USD

73.256 (0,08%)

EUR

86.963 (-0,12%)

MOEX

3804.33 (0,58%)

BRENT

74.76 (-0,45%)

Пшеница

702 (-0,45%)

Сахар

18.3 (-1,67%)

USD

73.256 (0,08%)

EUR

86.963 (-0,12%)

MOEX

3804.33 (0,58%)

BRENT

74.76 (-0,45%)

Пшеница

702 (-0,45%)

Сахар

18.3 (-1,67%)

Мнения

Без еды и воды. «Цех под открытым небом» становится основой жизни

Pixabay
Pixabay
Журнал «Агротехника и технологии»

Журнал «Агротехника и технологии»

Читать номер


Экспертным мнением о возможной ситуации с экспортом сельхозпродукции, которая может сложиться в условиях новой реальности, с журналом «Агротехника и технологии» поделился заведующий кафедрой агроинформатики факультета почвоведения МГУ имени М. В. Ломоносова Дмитрий Хомяков

Сначала о некоторых уроках прошедшего года. Поразивший нас и не заканчивающийся кризис, несомненно, является в первую очередь, экологическим (можно опустить первое слово «санитарно-»). Человек из «покорителя» и «царя» природы в общественном сознании в од­ночасье превратился в обычную, теплокровную, весьма уязвимую часть биосферы (собственно, в реалиях это так и было, но казалось, что всё иначе). Кроме того, он стал «подкарантинным объектом». 

Мир — открытый и глобальный — вдруг трансформировался в «приоткрытый» и «компартментальный». Объём мировой торговли, по разным оценкам, сократился по сравнению с 2019 годом на 12-15%, а ВВП — на 4-5%. При этом уже имеющиеся и постоянно вводимые новые ограничения и санкции затрудняют выполнение достигнутых торговых соглашений, в том числе, в области сельского хозяйства. 

Как ни странно, но на фоне падения экономики, и роста безработицы оказалось возможным увеличить доходы населения (например, в США), ведь денег можно напечатать сколько угодно. Внутренние цены на многие товары и продукты при этом почти не растут или даже снижаются, если у населения отмечается «ответственное потребление», то есть уменьшение спроса и повышение уровня накопления резервов на непредсказуемое будущее. 

Неужели данный алгоритм становится универсальным для любой непонятной ситуации? Безусловно, пока ставки по кредитам низкие или близкие к нулевым, проблема растущего госдолга как-то решается. Но скорее рано, чем поздно, любые стимулы для больного организма перестанут действовать. 

Однако, надо признать, что в нашей стране такой подход не работает в полной мере. За последние 7 лет национальная валюта по отношению к резервным девальвирована в 2,5 раза, доходы населения, согласно скорректированной оценке Росстата, падают, а это ограничивает развитие внутреннего рынка, в том числе и производство продуктов питания. Люди не могут больше поддерживать прежний уровень потребления и переходят на более дешёвый рацион: экономят на еде, потребляют пищевые суррогаты. Вышедшая из-под контроля инфляция к концу 2020 года потребовала традиционного комплекса мер «ручного управления», в том числе, тарифного и нетарифного регулирования (ограничения) экспорта сельскохозяйственной продукции, контроля за внутренними ценами на отдельные виды продовольствия массового спроса. Не обходится и без мер прокурорского реагирования в случае их необоснованного роста. 

Согласно информационному сообщению Минфина РФ, средняя цена российской нефти марки Urals в 2020 году оказалась ниже, чем в кризисном 2016 году, составив $41,7 за баррель (для сравнения, в 2019 году цена за баррель составляла $63,6 за баррель). Таким образом, в среднем за прошедший год она опустилась почти до уровня 2004 года и стала ниже цены отсечения, которая была установлена в $42,4 за баррель. Столь низкой среднегодовой цены на главный российский экспортный товар не наблюдалось уже 16 лет (в 2004 году цена за баррель составляла $34,4; в 2005-м — $50,6). Следовательно, снижение доли нефтегазовых доходов в федеральном бюджете с 40-50% до 30% произошло исключительно за счёт конъюнктурных изменений на мировом рынке, обусловленных пандемией. 

Федеральный бюджет России на 2021-2023 годы — де­фицитный и оптимизированный. В него заложена ожидаемая средняя цена на нефть: в 2021 году в размере $45,3 за баррель; в 2022 году — $46,6 за баррель; в 2023 году — $47,5 за баррель. Хотя, какой-либо адекватный прогноз в описанной ситуации — вещь весьма условная. 

В подобных ситуациях неминуемо происходит сокращение расходов госбюджета. Секвестр в объёме примерно 50 млрд руб. коснулся и государственной поддержки развития АПК: на 2021 год пока выделено только 260 млрд руб., весьма полегчавших за последнее время. Не исключено, что в очередной раз поменяется и сам механизм этой поддержки, что тоже не самым лучшим образом скажется на отрасли. Произойдёт это или нет, но в любом случае регулирование цен до начала нового сельскохозяйственного года по цепочке отразится на доходах и финансовых ресурсах отечественных агропроизводителей, вынужденных дешевле продавать выращенную продукцию. В выигрыше окажутся лишь крупные холдинги, которые смогут нарастить долю рынка за счёт более слабых игроков. В свою очередь, на «незарегулированные» минеральные удобрения традиционно повысятся цены (темпы их роста превышают официальный показатель годовой инфляции). Кстати, за минувший год инфляция в стране составила 4,9%, а продовольственная оказалась в 2 раза выше. 

Проблема продовольственной безопасности и голода на Земле опять выходит на первый план. В 2020 году на апрельском виртуальном заседании Совета Безопасности ООН прозвучало предупреждение о возможном скором «голоде библейского масштаба». В 2019 году в мире от голода страдало более 820 млн человек, к концу 2020-го к ним должны были добавиться ещё 265 млн. Можно предположить, что число жителей планеты, испытывающих серьёзный уровень отсутствия продовольственной безопасности, с указанного выше 1 млрд человек в скором времени может увеличиться уже до 3 из 7,8 млрд ныне живущих. 

В начале декабря 2020 года в ООН заявили, что в 2021 году население планеты столкнётся с сильнейшим за 75 лет кризисом, вызванным пандемией, — на грани голодной смерти оказались почти 270 млн человек (это так политкорректно оценили их возможную гибель). При этом быстро и неуклонно растёт количество бедных и неимущих людей. 

port-675539.jpg

Сельское хозяйство — это «цех под открытым небом», предполагающий высокую долю ручного труда. На отрасль помимо экономических и кадровых неурядиц (в том числе, вызванных отсутствием временных рабочих по причине закрытых границ), влияют природные процессы и качество имеющихся ресурсов (почвы, климат, акватории и т. д.). Очередной ежегодный доклад ФАО «Положение дел в области продовольствия и сельского хозяйства — 2020» был посвящён оценке водных ресурсов, а также проблемам их наличия и использования в сельском хозяйстве. А уже в декабре 2020 года руководство КНР обнародовало планы «резкого расширения экспериментальной программы воздействия на атмосферные процессы», в том числе, предполагающей «искусственное воздействие на облака и атмосферные осадки». Ещё четыре года назад средняя температура на земном шаре достигла максимума, повторенного в 2020-м. Однако пока природные риски не закладываются в торговый прогноз и продовольственные балансы. Конечно, о запрещённом воздействии на глобальный климат никто не говорит, но очевидно, что борьба за ресурсы атмосферы уже разгорается. И если дело пойдет успешно и широко, никто не защищён от трансграничных последствий. Кстати, не стоит забывать, что вода является также продуктом питания, а стало быть, как и любой другой продукт, должна иметь рыночную стоимость. Таким образом, вода может стать ещё одной возможной перспективной экспортной позицией России. То есть борьба за национальное богатство нашей страны обострится. Как здесь не вспомнить про устойчивое развитие? 

По информации Минсельхоза РФ объёмы традиционных сельскохозяйственных товаров и сырья с 2016 по 2020 годы составили соответственно: $17,8 млрд; $21,6 млрд; $25,8 млрд; $24,5 млрд и $29,5 млрд. При этом, согласно «Росстату» темпы увеличения производства продукции российского АПК (в сопоставимых ценах по сравнению с предыдущим годом) колебались за этот период от минус 0,2 до плюс 4,8%. Хорошо известной из истории России экономической политике — «недоедим, но вывезем» не должно быть место в XXI веке! 

Достижение обозначенной в 2018 году ближайшей цели — обеспечить $45 млрд экспорта аграрной продукции к 2024 году — пока очень аккуратно перенесено на 2030 год в рамках соответствующего национального проекта. Тем не менее сама задача ежегодного системного, планомерного и сбалансированного роста экспорта продовольствия остаётся неизменной. 

Однако стоит заметить, что сбалансированный рост должен обеспечивать параллельное увеличение потребления качественных продуктов питания населением именно нашей страны. То есть у людей должна быть возможность их приобрести при текущем уровне доходов и благосостояния. При этом важно, чтобы несмотря на сегодняшнюю и будущие пандемии или их очередные волны, количество россиян постоянно росло. 

Остальное сделает современная финансовая политика с её инфляционными ожиданиями и слабеющим долларом. Одним из её результатов стало повышение цены на продукты питания в мире. Так, по данным ФАО, общий индекс мировых цен по итогам 2020 года вырос на 3% (до 98 пунктов), что является максимумом за последние 3 года, но всё же скорость подорожания продовольствия в прошлом году была почти на четверть меньше исторического максимума 2011 года. 

Так что рекорды темпов роста инфляции ещё впереди, это очевидная долгосрочная тенденция. Стоимость ГСМ уже не определяет цену еды. Продовольствие является наряду с нефтью биржевым товаром. Вместо нефтяных фьючерсов «новые антикризисные» деньги стали активно «паковаться» в продовольственных.

Загрузка...
Агротехника и технологии

«Агротехника и технологии»

Читать