КОНФЕРЕНЦИЯ 20.09.2019

Зарегистрируйтесь на Russian Crop Production-2019/20 по специальной цене!

Узнать больше
Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!
ЛИШНИЕ фермеры
Евгения Чернышова
Агротехника и технологии
21 июля 2015
В настоящее время в России зарегистрировано около 305 тысяч фермеров, в то время как в Америке их число достигает 3,5 млн, а доля промышленных предприятий там так же велика, как и в нашей стране. Почему российский АПК выбрал путь консолидации и сконцентрировался на развитии агрохолдингов, и как выжить в сложившихся условиях фермерам?
журнал «Агротехника и технологии»
июль-август 2014
Фото: Легион-Медиа

Эксперты считают, что в нашей стране фермерство вполне могло бы составить конкуренцию даже самым мощным агрохолдингам, однако для этого необходим ряд изменений в законодательной базе, механизме финансовой поддержки государства и менталитете самих фермеров.

Кооперативное спасение

Чтобы стать конкурентоспособным на рынке, где взаимодействуют крупные агрохолдинги, фермерству необходимо выбрать новую стратегию развития, считает Артем Белов, исполнительный директор Национального союза производителей молока «Союзмолоко». Для этого фермеры должны занять свою нишу, к примеру, производить органическую продукцию люксового сегмента. Кроме того, российские КФХ могли бы перенять опыт Германии и объединиться в кооперативы. Это помогло бы снизить издержки за счет собственных мощностей по переработке и поспособствовало бы налаживанию альтернативных стабильных каналов реализации, например, укреп­лению позиций на локальных рынках, которые можно было бы обеспечивать молочными продуктами, рассуждает он.

Идея фермерской кооперации хоть и не нова для нашей страны, но удивительно плохо прижилась в условиях современности. В начале 20 века, по данным «Столыпинского центра регионального развития», в России было более 60 тыс. кооперативов и около 24 млн пайщиков. За первые годы революции и при НЭПе количество кооперативов сократилось почти вдвое. А уже после 1930 года, в период коллективизации, фермерство уничтожили окончательно. В Росстате сегодня информации по кооперативам не найти, и это несмотря на то, что с кооперацией и развитием фермерства даже связаны разделы новой госпрограммы. Нет никаких данных по кооперативам и на сайте Минсельхоза.

По мнению Николая Случевского, директора «Столыпинского центра регионального развития», проблема в том, что действующая экономическая система поддерживает крупные агропромышленные комплексы. Следовательно, мелким производителям необходимо масштабировать свою работу, чтобы получить возможность хоть как-то конкурировать с крупными холдингами. И лучший механизм — это кооператив.

Кооператив — это не романтическая идея, а механизм для развития бизнеса, подчеркивал Случевский в ходе своего выступления на фермерском съезде. Но для того, чтобы поднимать малые формы хозяйствования, необходима инфраструктура, которой сейчас нет. «Наша миссия — развитие фермеров, — заявил эксперт. — Некий альтернативный подход к сельскому хозяйству. Сейчас по всему миру идет тренд к биодиверсификации, то есть стремление к обеспечению экологической чистоты и безопасности окружающей среды и продуктов питания. Мы же в России теряем это богатство. Мы убиваем нашего фермера, уничтожая и то, что он производит».

Взаимовыгодное сотрудничество

Общие проблемы КФХ всем известны. В первую очередь, это сбыт. Для фермера остается актуальной проблема посредников, которые буквально душат сельхозпроизводителей. У большей части даже довольно крупных фермерских хозяйств сегодня выхода на рынки просто нет, а заниматься сбытом они не умеют или не привыкли. Другая сложность — практически полное отсутствие в России приемлемой инфраструктуры кредитного обеспечения для малых форм хозяйствования. Та, что есть, недос­тупна и сложна.

При кооперации эти вопросы час­тично решаются. Однако далеко не каждое фермерское хозяйство способно пойти по пути самоорганизации и вступить в кооператив. Для некоторых КФХ проще и выгодней переложить часть своих забот на крупный агрохолдинг и спокойно существовать у него «под крылом».
Так, к примеру, компания PepsiCo поддерживает поставщиков картофеля и сырого молока.

По словам директора по коммуникациям PepsiCo Россия, Украина, СНГ Марины Зибаревой, компания, в соответствии с глобальной стратегией локализации закупок, стремится использовать в производстве преж­де всего высококачественное сырье местных производителей. Еще в 1996 году PepsiCo запустила специальную агропрограмму, направленную на повышение качества и урожайности картофеля у российских поставщиков.

В рамках программы фермерские хозяйства обеспечиваются качес­твенным посадочным материалом и уборочной техникой, авансируются для покупки удобрений и средств защиты растений, получают постоянную помощь и консультации экспертов, участвуют в семинарах по обмену опытом, перечисляет Зибарева. Также помимо краткосрочных (до 3 месяцев) кредитов с прошлого года компания стала выдавать долгосрочные (до 1 года), которые направлены на улучшение инфраструктуры, увеличение поголовья и техническую модернизацию предприятий, подчеркивает специалист.

В том числе предусмотрены инвестиции в оборудование для овощехранилищ с системой климат-контроля. «Благодаря участию в агропрограмме, партнеры PepsiCo смогли существенно увеличить урожайность картофеля — с 13 т/га (среднероссийский показатель) до 25 т/га. Сегодня уже более 85% картофеля, поступающего на заводы компании, выращивается в России. Ежегодно компания приобретает более 280 тыс. т», — приводит данные Зибарева.

Обмен опытом — еще один важный вид поддержки и развития фермерства. Многие эксперты сходятся во мнении, что именно вопрос формирования информационного прос­транства для российского фермера сегодня ключевой. На стороне крупных агропромышленных комплексов опыт консалтинговых компаний АПК и богатая информационная база иностранных специалистов. Фермерам же приходится всему учиться почти с нуля и, как правило, самостоятельно.

«Фермеры — очень консервативные люди, они не доверяют никому: ни правительству, ни новостям, — замечает Случевский из «Столыпинского центра регионального развития». — Они верят только другим фермерам. Именно поэтому нужно дать им возможность общаться и обмениваться опытом. Пока, к сожалению, этой возможности они лишены».

Впрочем, обмен опытом для подопечных фермеров сегодня готовы организовать лишь крупные компании. Так, по словам Зибаревой, PepsiCo заинтересована в стабильном качестве и стабильных объемах поставок сырого молока, поэтому сотрудничает с теми пос­тавщиками, которые в силах обес­печить не только качество и объем, но также стремятся это качество повысить.

«Среди наших поставщиков много средних и крупных фермерских хозяйств, — рассказывает она. — С 2012 года компания проводит обучающие семинары для поставщиков с участием специалис тов-практиков из Европы и Северной Америки. Основные темы тренингов — воспроизводство, здоровье стада, кормопроизводство, экономика предприятия. Тренинг делится на теоретичес­кую часть, длящуюся два дня, и на практичес­кую — один день в хозяйстве».

В прошлом году PepsiCo провела 10 тренингов в 6 регионах России и обучила более 180 специалистов из 116 хозяйств, продолжает Зибарева. В этом году планируется организовать 14 тренингов в 12 регионах для более 250 специалистов из более 100 хозяйств. Графики обу­чения уже составлены. При этом в семинарах примут участие специалисты региональных министерств сельского хозяйства.

Прибегает к услугам фермерских хозяйств и агрохолдинг «Белая Дача» (Московская обл.). Сотрудничество с фермерами дает компании возможность сконцентрировать свой финансовый и организационный ресурс на переработке сельхозпродукции.

Сельское хозяйство и переработка — это разные виды бизнеса, говорит Председатель Наблюдательного совета группы компаний «Белая Дача» Виктор Семенов. Каждый должен специализироваться на том, что у него лучше получается. В конечном итоге такой подход дает синергетический эффект для покупателя, так как создается качес­твенный продукт при минимальных издержках.

«Когда «Белая Дача» была вертикально интегрированным холдингом, — вспоминает Семенов, — мы постоянно ощущали разницу между темпами принятия решений в сельхозпроизводстве и в промышленной переработке сырья. К тому же для каждой из этих подотраслей требуются абсолютно разные кадры. И еще один важный аспект. Мы часто забываем, что сельское хозяйство имеет дело с живыми организмами: растениями и животными. А они рождаются и живут не только в силу соблюдения технологий, но и благодаря особому доброму отношению к ним».

На первом этапе развития «Белой Дачи» предпринимались попытки создания региональных подразделений по производству сырья, рассказывает Семенов. Но быстро пришло понимание, что окружить это производство заботой и вниманием одновременно в десятках регионов невозможно. Именно поэтому было решено передать функции выращивания салатов местным фермерам, которые каждый день видят свою грядку, вкладывают в нее душу и свой труд.

Сотрудничество с фермерами в «Белой Даче» начинается со знакомства. «Мы смотрим поля и изучаем историю сельхозтоваропроизводителя, он — наше производство. Также рассказываем, какие требования мы предъявляем к сырью и из чего складывается технология производства наших салатов, говорим об условиях, на которых может быть создано сотрудничество», — говорит Семенов.

По его словам, компания бесплатно предоставляет полное технологическое и консультационное сопровождение, договаривается об объемах и сроках поставки, цене сырья (листьев салата). «Некоторым фермерам мы помогаем с закупкой семян, а иногда и техники. Каждый год количество наших поставщиков увеличивается, сегодня их уже более пятидесяти, и эта тенденция нас радует. Мы стремимся четко выполнять свои обязательства, и этого же требуем от наших партнеров», — заключает основатель группы компаний.

Рейдерские захваты

Как ни грустно признавать, но в сегодняшних условиях выжить самостоятельно фермеру практически невозможно. И дело не только в нехватке оборотного капитала и рабочих рук. Самое страшное — это невозможность оформить землю в собственность, а значит, полная незащищенность перед лицом чиновников и крупного бизнеса. Дело в том, что с 2010 года российские суды стали отказываться принимать решения об оформлении земельных участков фермерам, констатируют специалисты.

Вот только один из примеров. В конце 2005 — начале 2006 года в одном из районов Мордовии индивидуальными предпринимателями (главами КФХ) зарегистрировались девять граждан. Фермеры объединились для совместного выполнения сельскохозяйственной деятельности на землях бывших четырех колхозов (либо уже обанкроченных, либо находящихся в состоянии банкротства), рассказывает Фаина Макарова, заместитель генерального директора фирмы «Депозит» (Мордовия; оказание юридических, бухгалтерских, организационных услуг фермерам). Но поскольку эту землю в собственности они не имели (она принадлежала участниками долевой собственности), встал вопрос о передаче фермерам земельных участков в аренду.

«Надо сказать, только сособственники земельных участков и сельхозпроизводители, осуществляющие сельхозработы на землях сельскохозяйственного назначения, имеют право купить земельные доли, а потом выделить земельные участки в счет принадлежащих земельных долей, — отмечает Макарова. — Однако главе района не понравилось, что его лишили возможности передавать земли в аренду, тем более что он пообещал передать эти участки руководителю крупного агрохолдинга».

Далее все происходило как в кошмарном сне, говорит она. Вся административная мощь — чиновничий аппарат, силовики и судьи — встали на защиту коммерческого интереса агрохолдинга, хозяином которого был родственник губернатора. Дошло до того, что в борьбе за новые поля были произведены административные аресты фермеров за «нарушение общественного порядка», вспоминает Макарова. По ее словам, рейдеры фактически осуществляли открытое хищение при содействии правоохранителей, а фермеры, как могли, пытались предотвратить этот грабеж.

«Мы написали сотни заявлений, жалоб, обращались во все государственные органы районного, респуб­ликанского и федерального значения — ОВД, МВД РМ, МВД РФ, прокуратуру района, прокуратуру республики, Генпрокуратуру. Также просили о помощи СО СУ СКР, СУ СКР по РМ, СКР, ФСБ Мордовии, ФСБ России.

Стучались в комитеты Госдумы, комиссию по коррупции, писали губернатору, председателю правительства РФ, президенту РФ и в суды различного уровня. В общем, пытались подключить всех. И всегда действовали строго в рамках законодательства. Во время грабежей делали сообщения в ОВД и МВД. Если прибывшие сотрудники полиции никаких мер по предотвращению хищений не принимали, то собственной техникой пытались воспрепятствовать этим противоправным действиям, при этом все фиксировали на видео», — делится печальным опытом Макарова.

По ее словам, с 2006 по 2012 год на фермерских полях «происходили открытые столкновения с использованием людей и техники». Фермеры приняли участие в более 200 различных судебных дел — гражданских и административных. И хотя жалобы в многочисленные инстанции в итоге возымели действие — земельные участки были оформлены в собственность фермеров, радость была грустной, поскольку денег на развитие бизнеса уже не осталось — все до копейки ушло на судебные тяжбы.

Интересно, что и руководству «Белой Дачи» неоднократно приходилось вступаться за фермеров, которых незаконно пытались убрать с ухоженной земли. «Были даже случаи, когда рейдеры, наоборот, пугали нами и пытались под нашим именем совершить рейдерский захват, — недоумевает Семенов. — И только прямое общение с КФХ через наших пос­тавщиков позволило разрушить эти коварные планы. По моим ощущениям, рейдерство постепенно затухает, но, к сожалению, еще достаточно сильно развито. Думаю, это связано с незрелостью нашего общества, законодательной базы в целом и, как следствие, разгулом коррупции».

Противники аутсорсинга

Преимущества работы с фермерами оценили пока далеко не все крупные агропромышленные комплексы России. Многие из них, напротив, считают, что подобное сотрудничес­тво не может быть выгодным по определению.

Вести речь о полноценном аутсорсинге в российском сельском хозяйстве пока рано, рассуждает Ник Халливелл, директор по стратегичес­кому развитию группы компаний «Дамате» (производство молочной продукции). На сегодняшний день очень сложно построить взаимоотношения таким образом, чтобы были соблюдены интересы всех сторон.

Следует также понимать, говорит он, что доступ к капиталу в нашей стране крайне ограничен. Поэтому небольшие частные фермы не обладают активами, обеспечивающими качество и количество услуг аналогичных тем, что могут предложить фермеры в Европе и США. Иными словами, у российских фермеров на сегодняшний день просто нет возможности построить современные конкурентоспособные хозяйства, резюмирует специалист.

Другая сторона вопроса — безопасность продукции. По мнению директора Национального Союза свиноводов Юрия Ковалева, если говорить о свиноводстве, то смысла в сотрудничестве с КФХ в этой в сфере нет. «У нас были попытки организовать работу агрохолдингов с крупными КФХ, которым пытались отдавать свиней на откорм. Но все они провалились в силу ряда причин. Это и ментальность наших фермеров, и несоблюдение необходимых холдингам требований, и некоторое неудобство в организации постоянных поставок», — объясняет эксперт.

К тому же при текущей ситуации (вспышках АЧС), организовывать подобное сотрудничество и вовсе бессмысленно, уверен Ковалев. По его данным, за весь период развития вируса африканской чумы свиней на территории России с 2008 года по настоящее время в стране уничтожено около 1 млн животных. По экспертным оценкам, прямые потери, связанные с убытками компаний и потерями бюджета, которые пошли на выкуп этого поголовья, оцениваются примерно в 2 млрд руб. А косвенные потери компаний и бюджета достигают не менее 30 млрд руб.

«И это только потери от уничтожения свиней, а кто подсчитает, сколько предприятия не вырастили поросят из-за уничтожения свиноматок? Ведь это тоже недополученная прибыль», — замечает Ковалев, добавляя, что АЧС — это, прежде всего, удар по ЛПХ и мелким КФХ, потому что другого способа защиты от инфекции, кроме уничтожения не только больного, но и здорового поголовья, в зонах отчуждения не существует.

Мелкие и средние фермерские предприятия, разумеется, могут существовать и вполне успешно, рассуждает Ковалев, однако сегодня их численность составляет всего около 1%, и конкуренцию агрохолдингам они никогда составить не смогут. Законы о соблюдении условий гигиенической чистоты продукции постоянно ужесточаются, а со свиньями «шутить» в свете сегодняшней ситуации нельзя, заключает эксперт.

Группа «Черкизово» (производство и переработка продукции животноводства) с фермерами также предпочитает дела не иметь. «Мы выстраиваем собственную цепочку вертикальной интеграции, включающую выращивание зерновых, собственное производство кормов, а также полный цикл выращивания птицы и свинины, — рассказывает директор по связям с общественностью и инвесторами «Группы Черкизово» Александр Костиков. — По нашему мнению, на рынке птицы или свинины конкурентоспособными могут быть только агрокомплексы.

Во-первых, только крупные производители способны добиться снижения себестоимости и экономии на масштабе. Во-вторых, только они могут гарантировать биологическую безопасность поголовья».

Получается, что агрохолдинги и КФХ стоят по разные стороны баррикад и часто вынуждены враждовать, причем почти открыто. И если судебные тяжбы за землю или административные штрафы для крупного предприятия могут показаться незначительными суммами, для мелких форм хозяйствования они порой оборачиваются полнейшим разорением.

«На многолетнее противостояние властям и руководству агрохолдингов нашего региона мы потратили уйму времени, финансовых средств, затратили физические и моральные силы, — недовольна Фаина Макарова. — А итогом явилась лишь собственность земельных участков. Средств ни на ремонт техники, ни на дальнейшую деятельность не осталось. Уже два года ищем людей или организации, которые бы смогли либо взять в аренду, либо купить большую часть приобретенной нами земли.

Предлагали земли крупнейшей мордовской птицефабрике «Октябрьская», компании «КомиС», направляли также предложения в Российский Зерновой Союз, в министерство сельского хозяйства Пензенской области, различным сетевым ритейлерам, вели переговоры с одним из крупнейших сельхозпроизводителей Нижегородской области при КБ «Эллипс банк» — результатов нет».

Удивительно, но после столь ожесточенного противостояния со всеми ветвями власти у фермеров еще осталось желание работать. Любая форма сотрудничества с крупным бизнесом их устроила бы при условии, что оно будет взаимовыгодным. «Сейчас мы делаем очередную попытку получения кредита в «Россельхозбанке». Если к осени удастся получить, то продолжим работу собственными силами, хотя вести деятельность без внятной государственной политики невозможно», — заключает Макарова.

Борис Акимов, основатель фермерского кооператива LavkaLavka:
В крупных городах Европы сегодня успешно работают кооперативные супермаркеты, объединяющие фермеров-поставщиков и фермеров-покупателей.
Поставлять продукцию в такой супермаркет могут только фермеры-члены кооператива, купить что-то в нем может также только член кооператива. И работают там тоже исключительно члены кооператива, причем, что интересно, не за зарплату, а в качес­тве своеобразной социальной нагрузки. То есть каждый член кооператива должен отработать в магазине некоторое количество часов в месяц. Это дает ему право на покупку товаров с большей скидкой. Таким образом, расходов на персонал в подобных супермаркетах не будет.
За счет экономии на многочисленных издержках цена на продукты, даже фермерские, не столь высока. Поэтому в европейских странах фермеры стремятся войти в подобные кооперативы, ведь членство дает доступ к действительно качественным продуктам по выгодной цене. Для российского потребителя такая схема пока кажется странной, но мы хотим двигаться в эту сторону.
Кооперативы же, существующие сейчас в России, нельзя пока назвать удачными примерами фермерской кооперации. Все подобные организации сохранились с советских времен и продолжают оставаться кооперативами только потому, что давным-давно получили соответствующее распоряжение власти.
Чего хотят фермеры
Анна Соколова, глава КФХ, Крым:
Если моя задача будет заключаться только в том, чтобы вырастить качественный скот, а поставку кормов, молодняка, сбыт продукции и все остальное возьмет на себя кто-то другой, то на таких условиях я готова рассмотреть сотрудничество как в кооперативной форме, так и с крупным сельхозпредприятием.
Сегодня очень много маленьких хозяйств, для которых основная проблема связана со сбытом. Если бы кто-нибудь занялся решением этого вопроса, было бы просто замечательно: и крестьянам прибавка, и на прилавках больше качественной продукции. В последнее время все больше и больше людей заводят хозяйства, а вот заработать на этом не могут. Потому что для организации сбыта еще необходим интернет, которой есть далеко не везде, и дороги, с которыми тоже большие проблемы.
Марина Белоусова, владелица молочно-товарной крестьянской фермы, Алтайский край:
Чтобы сдать полученное молоко на анализ и получить на него ветеринарный сертификат, требуются деньги. Помимо этого необходима ежегодная сертификация молочной продукции, которая, опять же, не бесплатная. Прибавьте к этому затраты на ГСМ, запчасти и, главное, — налоги. Мы, к примеру, льготы на освобождение от налогов в первые пять лет деятельнос­ти выбить так и не смогли — налоговая просто отказала. А еще надо отчислять в пенсионный фонд, платить сельхозналог и так далее. Зато если налоги не уплатишь, автоматически начинаются штрафы, пеня и целая цепная реакция, которая приводит к удушению фермерского хозяйс­тва. А с каких денег их выплачивать? Субсидии на литр молока и вовсе смешные: в 2013 году на каждый сданный литр молока государство из федерального бюджета должно было доплатить фермеру 1,2 рубля за молоко высшего качес­тва и 0,4 рубля за молоко первого сорта. Это жалкие копейки, да и те хотят забрать.
Показать еще
Статьи по теме


Рекомендации
Реклама