Спасибо! Вы подписаны на нашу рассылку!
Владимир Алгинин
Антон Осипов, Николай Лычев
Агроинвестор
31 октября 2008
«Бизнес строится, чтобы была возможность его продать»
журнал «Агроинвестор»
июнь 2008
Фото: С. Румянцев

«Руссагропром-холдинг» - новый игрок аграрного рынка, созданный чуть больше полугода назад. Причем весьма амбициозный: за пять лет он планирует нарастить производство молока до 1 тыс. т/сут., земельный банк — до 300 тыс. га, построить супермегаферму на 10 тыс. коров и зарабатывать 25% от EBITDA. В интервью «Агроинвестору» гендиректор холдинга Владимир Алгинин впервые подробно рассказывает о бизнес-стратегии «Руссагропрома».

— Вы руководили сельхозактивами ВБД — компанией «СБЕ ВБД-Агро». Почему решили создать новый бизнес?

— Очень сложно развивать сельхозактивы, работая в FMCG-компании. Сельское хозяйство требует крупных инвестиций. Хорошая ферма на 60 т молока в сутки может стоить около 700 млн руб. — дороже перерабатывающего завода! К тому же крупному продовольственному холдингу, тем более публичному, трудно отвлекать деньги на создание приличной сырьевой базы: он лучше купит новый [молочный] завод, чем будет убеждать инвесторов в необходимости своего молока-сырья. Вложения в него окупаются за восемь лет. Инвестиции в переработку можно вернуть быстрее и при этом заработать больше денег. Да и объемы, поставлявшиеся «СБЕ ВБД-Агро» «Вимм-Билль-Данну», были мизерными: 1-2% необходимого холдингу сырого молока.

— Как возникла идея создания «Руссагропром-холдинга»?

— Мы с руководством ВБД еще в 2006 году несколько раз говорили, что сельхозактивы для их динамичного развития нужно сконцентрировать в отдельной компании. Такие же беседы проводились с собственниками «Нутритека» (относительно его сельскохозяйственного субхолдинга «Нутритек-агро»). Но тогда ничего не получилось. После этого мы выбрали другой вариант: основали самостоятельный бизнес и предложили ВБД передать нам активы в управление с возможностью их дальнейшего выкупа. Это четыре сельхозпредприятия в Краснодарском крае и одно в Ленинградской области. А «Нутритек» продал нам свой российский молочный и аграрный бизнес.

— Кто вложил деньги в ваш проект?

— Несколько акционеров-физлиц, один из которых я.

— Среди них есть совладельцы «Нутритека» или «ВБД»?

— Откуда мне знать, какие еще акции есть у людей?

— Бенефициары «Руссагропрома» имеют отношение к АПК или они непрофильные инвесторы?

— Непрофильные, но работали в близкой к АПК сфере. Как вкладываться в агробизнес, не зная, что там происходит?

— Сколько акций лично у вас?

— Точно говорить не буду. Скажу только, что доминирующих акционеров, как и контролирующего, среди нас нет. - В каких регионах у «Руссагропрома» сельхозактивы?

— В Вологодской, Московской, Ленинградской областях и в Краснодарском крае. Сейчас как раз завершаем приобретение двух сельхозпредприятий на Кубани, у них в общей сложности около 20 тыс. га земли в аренде и собственности, 3 тыс. фуражных коров и все, что к этому прилагается. На сегодняшний день у нас, с учетом активов в управлении, почти 14,5 тыс. дойных коров, в день производим 220 т молока.

— Председатель совета директоров «Нутритека» Георгий Сажинов заявлял, что вы договорились о поставках его компании молока в течение 10 лет. Есть такая же договоренность с ВБД?

— С ВБД одна договоренность — все предприятия «СБЕ ВБД-Агро» поставляют молоко ему. Спорить можем только о цене, а здесь у нас хороший козырь: в сутки привозим с наших вологодских и подмосковных предприятий больше 65 т молока. Таким образом, мы — стратегический партнер. Чтобы самим собрать столько сырья, переработчику придется объехать несметное число хозяйств.

— За пять лет «Руссагропром» хочет довести производство молока до 1 тыс. т/сут. Даже называющий себя крупнейшим российским производителем сырого молока «Красный Восток агро» доит примерно 500 т/сут. Не слишком ли смелые у вас планы?

— Мы правильно оцениваем свои силы. Строим в Краснодарском крае ферму на 2760 голов молочного стада. Также планируем возвести десятитысячник: 10 тыс. молочного стада, 11,5 тыс. молодняка и 7-8 тыс. быков. Только два этих проекта прибавят нам 250 т/сут.! Сейчас ищем для этого комплекса место. Необходим массив в 30 тыс. га с удобным подъездом, водозабором и т. д. Беда в том, что гектар стоит уже 30-40 тыс. руб. и продолжает дорожать.

— Вы хотите построить десятитысячник только под Краснодаром?

— Мы готовы рассматривать все предложения в любом регионе южнее Москвы. Сейчас, например, ведем переговоры в Калужской и Тамбовской областях. Будем строить ферму по блочному принципу (один блок — 5 тыс. голов). Но не думайте, что это будут огромные здания.

— Они будут облегченными, как первый проект фонда «Русские фермы»?

— Немного иначе. «Русские фермы» сделали в Подмосковье попытку максимально удешевить процесс строительства, и слава Богу, что она удалась. Мы же хотим создать 16-рядный коровник с беспривязным содержанием. Система кормления — развернутая, то есть кормовые столы расположены с двух сторон, чтобы был хороший воздухообмен, а животные зимой не замерзали.

— Сколько времени уйдет на возведение этой супермегафермы?

— Минимум два года: надо начинать с племенной фермы. Ведь 10 тыс. нетелей нам никто не продаст! Начнем завозить телочек и в это же время строить ферму по содержанию молочного стада и доильные залы.

— При каких ценах на молоко такие проекты прибыльны?

— Справедливая рыночная цена — та, при которой сельхозпроизводитель получает хотя бы 40% доходности. При себестоимости 10 руб./л это где-то 14 руб./л. Но это сейчас: к концу года себестоимость еще вырастет, потому что увеличатся затраты на топливо, минудобрения и т. д.

— Почему именно 40%? Другим отраслям достаточно 15-20%.

— Потому что за молочным животноводством тянется огромный «шлейф», который надо содержать. По аналогии с промышленностью можно сказать, что мы, по сути, на тракторах ездим и параллельно содержим завод по их производству. Из-за необходимости выращивать молодняк, покупать высокопродуктивный скот и генетический материал нужна доходность не ниже 40%.

— Некоторые компании называют меньшую себестоимость молока, чем озвученные вами 10 руб./л.

— И я могу назвать меньшую, если подсчитаю только прямые затраты. Но мы определяем соотношение прямых и косвенных затрат как 50 на 50 процентов. Чувствуете разницу?

— Во сколько обходится покупка КРС?

— Сейчас мы обсуждаем контракт на поставку 3 тыс. нетелей в Краснодарский край из США, голова стоит примерно тыс.

— Не удастся сбить цену?

— Ну не умеем мы, россияне, торговать — ни покупать, ни продавать! Два с лишним года назад страна еще ни копейки денег [на нацпроект] не нашла, но уже заявила, что купит сотню-другую тысяч голов КРС. А за рубежом сразу заявили цены выше прежних. Или возьмем сахарную свеклу. В этом году ее сеют меньше, и принимается решение снизить пошлину на импортный сырец. Радуемся, что цена на сахар не растет, а ведь так останемся вообще без свеклы! У нас она уже в прошлом году показала нулевую рентабельность, да еще «Евросервис» с октября не отдает 40 млн руб. за сырье. В итоге пришлось засеять сахарной свеклой 4 тыс. га вместо 7,8 тыс. га.

— Растениеводство для вас — сырьевая база животноводства или отдельный бизнес?

— Наша стратегия — сначала сделать высокоэффективным растениеводство. То есть первые инвестиционные вложения делаем в него, а в животноводство почти не инвестируем. Только так можно заработать деньги, достаточные для выплаты процентов по кредитам на старте крупного животноводческого проекта. В «СБЕ ВБД-Агро» мы в первый же год на 100% поменяли парк техники, потратив на каждое предприятие 150 млн руб. в ценах 2005 года. Сегодня делаем то же в хозяйствах Московской области.

— Какую технику закупаете для хозяйств?

— Стандартный набор на 10 тыс. га — два тяжелых, по 400 и более л. с., трактора John Deere или один Caterpillar. К ним в придачу еще два трактора John Deere по 200 л. с. и три МТЗ-1221. Вот вся наша полевая техника, за исключением вспомогательной: трех МТЗ-82, работающих с опрыскивателями, и трактора либо автомобиля для обслуживания (подвезти воду и пр.).

— Какова стоимость растениеводческой инвестпрограммы холдинга?

— В этом году — около 250 млн руб.

— А какой у него кредитный портфель?

— Под миллиард руб. По плану он должен вырасти в несколько раз. Одна только ферма-десятитысячник потянет на 2,5 млрд руб. Будем кредитовать ее под залог сельхозземель. На технику берем пятилетние, на ферму возьмем восьмилетний кредит на условиях нацпроекта.

— Вас кредитует РСХБ?

— Да, а еще «Сбербанк», «Юникредит» и ВТБ. Первые два, как правило, кредитуют вологодские и подмосковные проекты, а «Юникредит» - в основном южные.

— Есть ли у вас планы по развитию свиноводства?

— Это единственное, чем мы перестали заниматься: все свинофермы законсервированы. Имеющиеся животноводческие мощности не позволяют работать с прибылью. Так, на откорме температура в помещении должна быть +22 градуса. Перепад в один градус — и 100 г комбикорма свинья тратит не на привес, а только на то, чтобы согреться. Когда цена на мясо была высокой, мы еще держались в пределах рентабельности, но после прошлогоднего обвала эту тему пришлось закрыть. К счастью, отделались малой кровью, успев вложить в реконструкцию свиноферм только 5-7 млн руб.

— Но коровники у вас тоже не новые.

— Они проще свиноферм. Не нужно помещений для молодняка: до трех месяцев телята живут в небольших домиках или круглых клетках. Взрослый КРС менее требователен к климату, нежели свиньи. К тому же молоко всегда будет востребовано, особенно после того как мелкие фермы прекратят существование. А это случится скоро — если не сегодня, так завтра.

— Планируете брать в управление новые агропроекты?

— Да. Сейчас заключаем договор о передаче полномочий единого исполнительного органа с одним агропредприятием. Будем работать за 15% от EBITDA. К осени, думаю, таких предложений будет с избытком: не оправдаются ожидания инвесторов от цен на зерно и, вероятно, подсолнечник.

— Сколько земель будет у «Руссагропрома» через пять лет?

— Думаю, наберем тысяч 300 га в собственности и аренде.

— А финансовые показатели?

— Хотим зарабатывать 25% EBITDA. Это главный для нас показатель.

— Какие прогнозы по выручке на 2008 год?

— По консервативному — миллиарда три рублей должны заработать.

— Холдинг планируется сделать публичным?

— В принципе любой бизнес для того и строится, чтобы была возможность его продать. Поэтому от него требуется определенный уровень публичности: люди хотят знать, правда ли то, что им говорят о компании. Мы тоже будем стремиться к открытости, хотя нам до этого еще очень далеко и сейчас этот вопрос не рассматриваем. Говорить о продаже бизнеса я готов не ранее чем лет через пять.

— А чем «Руссагропром-холдинг» может заинтересовать инвесторов?

— Мы ставим перед собой две основные задачи. Первая — управление затратами. Так как в сельском хозяйстве нельзя произвести уникальный продукт, выход один — стать лидерами по затратам на единицу продукции. Вторая — высокая стоимость компании. Она формируется из стоимости активов и эффективности бизнеса. В России компании чаще всего оценивают по первому критерию, то есть продают активы. Это неверно. Прицениваешься к предприятию и тебе говорят: мы хотим такую-то сумму, ведь у нас столько тракторов, столько зданий и т. д. Спрашиваешь, а что же они такие бедные, когда у них столько всего. В ответ рассказывают, чего не хватает, и начинают понимать, что при таком ведении бизнеса ну никак нельзя приобрести кучу активов и быть счастливым. В них еще предстоит вкладывать, а следовательно, предприятие должно быть продано дешевле. Наша цель — сделать компанию дорогой не с помощью покупки активов, а благодаря высокой эффективности бизнеса. Тогда он будет по-настоящему интересен инвесторам.

Владимир Алгинин, Генеральный директор «Руссагропром-холдинга»
Родился 17 апреля 1958 г. в деревне Гуличи Калужской области. В 1984 г. окончил Московский институт инженеров сельскохозяйственного производства, в 1992 г. — РГГУ по специальности «экономист-менеджер». С 1978 г., с перерывом на срочную службу в армии, прошел путь от слесаря до и. о. главного инженера совхоза «Бутчинский». В 1983—1987 гг. — председатель колхоза «Верная жизнь». С 1987 по 1988 гг. работал директором совхоза «Закрутовский». В 1988—1991 гг. был председателем Куйбышевского райисполкома Калужской обл. С 1991 г. — глава администрации Куйбышевского района Калужской области, с 1992 г. — директор департамента сельского хозяйства и продовольствия Калужской области. В 1996 г. назначен заместителем министра сельского хозяйства и продовольствия России. С 2002 г. — первый вице-президент «Росхлебопродукта». В 2003—2005 гг. — председатель совета директоров Таганского МПП. С 2005 по 2007 гг. — руководитель «СБЕ ВБД-Агро», с 2007 г. — гендиректор «Руссагропром-холдинга».
Заслуженный работник сельского хозяйства.
Женат, двое детей, внук и внучка. Хобби — рыбалка и охота.
Показать еще
Статьи по теме


Рекомендации
Реклама