К середине июня посевные площади масличного льна составили около 1,8 млн га (93% от прогноза на этот год), в то время как в 2025-м этот показатель составлял рекордные 1,96 млн га, в 2024-м — 1,67 млн га, сообщает аналитический центр Ruseed. При этом в компании выделяют главную особенность рынка — продолжающееся смещение производства на восток страны: более 78% всех посевов льна сосредоточено в Сибирском, Приволжском и Уральском федеральных округах. Лидеры по площадям: Алтайский край (почти 270 тыс. га), Омская (около 200 тыс. га), Курганская (порядка 175 тыс. га), Оренбургская (160 тыс. га) и Челябинская (155 тыс. га) области. Особенно выделяется Оренбургская область, где уже засеяно около 160 тыс. га — почти на четверть выше прошлогоднего результата.
Рост интереса к масличному льну аналитики Ruseed объясняют тем, что эта агрокультура остается одной из наиболее экспортно ориентированных среди масличных, а спрос на продукты ее переработки сохраняется как на традиционных рынках, так и в странах Азии и Ближнего Востока. Если в начале 2010-х годов площади масличного льна в России не превышали 0,7-0,8 млн га, то сегодня они приблизились к отметке 2 млн га. Фактически за десятилетие агрокультура перешла из разряда нишевых в категорию стратегически важных масличных культур страны. «Таким образом, несмотря на небольшую коррекцию площадей после рекордного 2025 года, лен масличный продолжает укреплять свои позиции в структуре российского растениеводства и остается одной из ключевых нишевых культур отечественного АПК», — считают аналитики Ruseed.
Значение льна в структуре российского масличного комплекса продолжает расти, отмечают в компании. По итогам 2025 года лен-кудряш занял 9,3% в общей площади посевов масличных культур, увеличив свою долю на 0,5 п.п. по сравнению с 2024 годом. То есть практически каждый десятый гектар под масличными культурами в России сегодня приходится на лен.
По словам независимого эксперта аграрного рынка Александра Корбута, интерес сельхозпроизводителей к масличному льну активно повышается несколько лет подряд. Он объясняет это хорошим экспортным спросом: ранее — со стороны ЕС, в чамтности Бельгии, куда уходило порядка 45% от объемов внешней торговли, а также Китая, который демонстрирует стабильный интерес. Однако поставки российского льна в Европу прекратились, и освободившуюся нишу заняли казахстанские сельхозпроизводители.
«Когда была убита рентабельность и доходность зерновых за счет пошлин и других ограничений, начался активный поиск других культур, и то, что было нишевой культурой, постепенно становится базовой», — прокомментировал Корбут «Агроинвестору». Однако, продолжает он, непонятно, как дальше будет развиваться ситуация с учетом предложения Масложирового союза об увеличении экспортной пошлины на лен до 30% при отсутствии внутренних перерабатывающих мощностей. Впрочем, вероятно, в этом случае поможет Казахстан, который в рамках ЕАЭС сможет импортировать российский лен без пошлины.
Ранее в Масложировом союзе отмечали, что внутренний рынок масличного сырья защищен недостаточно, и пошлины на экспорт сои и льна следует увеличить. Об этом в ходе VI Масложировой конференции говорил исполнительный директор союза Михаил Мальцев. Сейчас на экспорт сои из России действует пошлина 20%, но не менее $100/т, на масличный лен — 10% от таможенной стоимости. При этом ставка на экспорт подсолнечника составляет 50%, но не менее 32 тыс. руб./т, рапса — 30%, но не менее 165 евро/т. «По льну рынок может перерабатывать большие объемы, требуется более высокая защитная планка <...>, — говорил тогда Мальцев (цитата по «Поле.рф»). — Мы рассчитываем все-таки на увеличение переработки льна, и в этой части сегодня обсуждаем открытие (экспорта) льняного шрота в КНР. Мы ожидаем этого в ближайшее время».
Больше новостей АПК — в нашем Телеграм-канале и ВК. Подписывайтесь!
